Что почитать: свежие записи из разных блогов

Записи с тэгом #слэш-фанфик из разных блогов

Kanime, сообщество «kanime»

Эпилог.

Утро для Ацуши началось с ошеломленного вздоха, когда он проснулся и обнаружил себя в объятьях Осаму, уточнение: в объятьях обнаженного и крепко посапывающего Осаму. Мужчина лежал боком, чуть придавив головой плечо Накаджимы, а еще бедро старшего детектива с комфортом разместившееся между ног парня.
Юноша вспыхивает и вспоминает события прошлой ночи. Красочные события. Собственное бесстыдное поведение и удовольствие, а также головокружительный полет в конце. А дальше, кажется, он вырубился…
Ацуши сглатывает слюну и замирает, когда натыкается глазами на оголенные участки тела Дазая – да те самые, которые мужчина обычно скрывает плотными повязками бинтов. Там ничего нет – по крайней мере того, чего бы требовала постоянное обматывание чистыми повязками. Обычная белая кожа – ни шрамов, ни увечий, ни татуировок, ни каких-нибудь странных отметин. Но тогда зачем Осаму это делает?
Ацуши задумывается, но в голову лезут всякие глупости, однако одна мысль кажется разумной – Осаму одарённый, что если способности детектива требуют выполнения каких-нибудь странных условий. Как со способностями многих других эсперов? Вон Куникида имеет ограничение размером своего блокнота. Или Катай-сан без своего футона, не способный применить свою силу…
Хотя, зная Осаму – Ацуши не удивился бы, если бинты являются частью каких-нибудь внутренних заморочек мужчины и дар тут не причем, кто знает…
Может когда-нибудь Дазай расскажет о себе больше – юноше бы этого хотелось.
Под одеялом и от тепла старшего становилось жарко – Ацуши пошевелился, он попытался выползти из объятий Осаму, как тот резко открыл глаза, уставившись на парня. Губы Дазая в одно мгновение растягиваются в похабную улыбку – таких улыбок у него Ацуши еще не видел, они заставляют младшего зардеется в смущении.
– Ацу-чан, – нежно говорит Осаму, он выпускает тело из объятий, но, тем не менее, хватает ладонью подбородок Накаджимы и властно оставляет глубокий поцелуй на опухших губах. – С добрым утром, сладкий мой.
– Осаму, – пищит тот из-за внезапного прозвища. – Пусти.
Еще немного насладившись сахарными губами Накаджимы, Дазай отпускает его, и ложиться на спину, вытянув ноги под одеялом, а руки закинув за голову.
– Надеюсь, что после всего, – начинает говорить бывший член портовой мафии, не скрывая довольства в голосе. – Ты, наконец, переедешь ко мне.
Эти слова заставляют Ацуши вспомнить о разговоре, с которым когда-то к нему подкатывал Осаму: о нём и о Кёко-чан и о каких-то странных слухах.
– Признайся, – вместо ответа выдает Накаджима, он садится на матрасе и сверху вниз смотри на второго. – Ты всё это придумал, да? Обо мне и о Кёко-чан – и сплетней о нас. – Юноша смотрит испытующе. – Это ведь все не правда?
Тот улыбается улыбкой хитрого лиса.
– Я не врал, – сообщает Дазай. – Эти слухи… о вас и, правда, болтали всякое.
Накаджима хмуриться, он почему-то не верить словам своего парня.
Мужчина резко вскакивает и опрокидывает юношу на спину, нависая сверху, склоняясь ниже, шепчет в самые губы, глядя при этом в глаза:
– Ведь именно я их и распространял.
Глаза парня широко распахиваются и он возмущенно задыхается.
– О-о…Осаму, ты… – едва справившись с собой, выдыхает он, однако Дазай затыкает его очередным ласковым поцелуем.
Спустя несколько минут натиска со стороны мужчины и упорства Накаджмы, старший партнер руками прижимая парня к себе и заявляет горячим дыханием:
– Ты мой.
– Это возмутительно, – для порядка говорит Ацуши, а сам весь горит из-за слов Осаму. – Но…
– Да-да?
– В обмен, я хочу того же.
– О! – Впервые юноша видит, как щеки Осаму заливает румянцем – ему это определенно нравится. – Да, я понял. Конечно, я тоже твой.
Сердце подскакивает к горлу и Накаджима прижимается к лицу Дазая несмелым поцелуем…
Прекрасный миг – начальной точки их долгих и крепких отношений, всё только начинается. Впереди вся жизнь и весь мир ждет, вперед к будущему…
Это не конец, до финала еще годы…

The end

ОГЛАВЛЕНИЕhttps://blog-house.pro/kanime/post-123013/

Kanime, сообщество «kanime»

17 глава. Пара недель спустя. (18+)

Отношения с Осаму развивались медленно и не спеша, мужчина не давил на Ацуши; поцелуи, невинные объятья, да держание друг друга за ручку. Прошло несколько недель после того дела и их отношения сдвинулись с мертвой точки только сейчас – Ацуши набрался смелости пригласить Дазая на романтическое свидание, а потом возможно произойдет что-то большее. Он решил отдаться на милость Осаму, пусть у него голова болит в отношении секса. Дазай ведь наверняка опытен в таких вещах – вот и пусть отдувается, решает готов Ацуши к новому уровню отношений или нет.
В дверь комнаты постучали – это Осаму зашел за ним.
– Ацуши, ты готов? – из-за двери раздается голос слаще мёда.
– Бегу, – откликается второй, остановившись на мгновение напротив зеркала, чтобы пригладить волосы. А затем отпирает замок и неожиданно оказывается в объятьях мужчины. – Осаму!
Забинтованные руки прижимаю его к груди, а старший склоняется ниже, оставляя приветственный поцелуй на любимых губах. Мгновение близости, а далее бывший член портовой мафии выпускает юношу и позволяет ему запереть двери собственной комнаты.
Подобное стало привычным и почти обыденным Ацуши практически не чувствует смущения, разве что толику неловкости – опасаясь чужого осуждения. Коридор общежития – далеко не лучшее место, где стоит демонстрировать свои пристрастия. Вдруг их кто-то увидит!
Но вернемся к вопросу о свидании. Если бы несколько дней назад Ацуши не повстречал Сасаки Такеши, то он бы еще долго ломал голову о том, куда позвать Дазая. Накаджима возвращался из местного отделения полиции, куда его Куникида заслал отдать какие-то документы. Они встретились на улице и, конечно, Сасаки узнал его. Они перекинулись парой фраз: выяснилось, что управлять театром взялся отец Рокудо Ториямы, то есть дедушка Юкио. Он же им и управлял пару десятков лет назад, со временем молодой Рокудо-младший всему научиться под мощной опекой дедули и театр перейдет в его руки. А пока тот вернулся к главной роли в отложенному (из-за трагичных событий) спектаклю. А еще Ю-тян принял решение не открывать родным истинную личину убитого, а также умолчать правду о смерти собственных родителей – ему не хотелось сеять смятение в сердца пожилых людей.
А потом Такеши смущенно поблагодарил Ацуши и его напарника, и выразил свою признательность подарком пары билетов на постановку, где бой-френд Сасаки исполнит ведущую роль.
И вот Ацуши облачившись в свою самую новую одежду (спасибо Акико-сан за то, что в своё время заставила раскошелиться на классический фасон костюма для всяких мероприятий, на которые время от времени приглашали членов Вооруженного детективного агентства). Дазай оделся в свою обычную одежду разве что сменил плащ на пиджак, да зачесал волосы на бок. Такой образ очень ему шёл – настолько сильно, что парню захотелось сделать фотографию и тайно любоваться ей.
Конечно, ехать в таком виде в автобусе было не комильфо, поэтому по просьбе его наимилейшего Ацу-чана – Дазай одолжил авто у Киникиды; Осаму расположившись на водительском сидении, а юноша на соседнем месте, вдавил педаль газа и машина тронулась.

***
Спектакль был интересным – Ацуши впервые побывал в театре на постановке. К тому же Сасаки подарил им билеты на очень хорошие места: серединка пятого ряда, где открывался отличный вид на сцену и актеров.
Как выяснилось – постановка не была про Золушку в обычном понимании (если не брать в расчет пол героя), действие происходило в будущем на какой-то кибернетической планете. Главный персонаж-сирота, которого играл Юкио, увлечен сборкой андроидов, работая за гроши на местном заводе. Внезапно выясняется, что владелец завода это его настоящий отец и ему срочно потребовался наследник.
Парня принимают в семью, но с условием. Он должен обручиться с сыном конкурирующей корпорации, что скрывает в себе скрепление какого-то очень выгодного договора для укрепления позиций в бизнесе обоих семей.
В-общем персонажа Юкио ждут трагические события, предательства и снова нищета. А потом любовь, когда жених, предавший его – осознает собственную ошибку и отдалиться от людей, которые манипулировали его чувствами.
В конце их ожидает хэппи-энд, счастливое завершение истории.
Зрители хлопали стоя, когда прозвучал финальный диалог центральных персонажей, а потом выразительное объятье и чувственный поцелуй.
Рокудо Юкио показался себя с лучшей стороны, как актер. Его игра была весьма впечатляющей, особенно в эмоциональном плане сложных сцен, где упор делается на драматическую составляющую. Жесты, мимика, многозначительная игра глазами – всё это говорит о его несомненном таланте. И не только его, если честно. Другие актеры тоже профессионалы своего дела выдавали игру на уровне. Особенно партнер Юкио – не молодого мужчину среднего возраста, которого невероятно круто загримировали, придав ему моложавости.
Было очевидно, что Рокудо-младшего ждет чудесное будущее, он наверняка станет местной знаменитостью и звездой театра.
Закончив воздавать благодарности овациями Ацуши с Дазаем, покидают зал полные впечатлений и в хорошем настроении. Осаму берет юношу за руку, вокруг них толпа и чтобы не потерять друг друга – это лучшее решение. Да и постановка настроила их и другие парочки на романтический лад – преимущественно здесь были люди нетрадиционных взглядов на жизнь.
Ацуши неловко улыбается, когда они протискиваются в толпе народу к выходу, а когда оказываются на воздухе – сразу же спешат к машине, чтобы оказаться наедине.
Эротизм постановки передается детективам – Ацуши хочется целоваться и не только, он чувствует, что хочет большего, чем касание губ и жар объятия. Сегодня он бы…
Мысль улетучивается, когда Осаму резко припадает к нему, впиваясь глубоким страстным поцелуем – в нем нет ласки, он груб, даже жесток, прикусывая губу юноши почти до крови, шарит по-хозяйски в полости рта Накаджимы своим языком, действует так, будто уже занимается любовью.
А руки Осаму стискивают тело второго бесцеремонно, вдавливая пальцы через одежду в нежную плоть. Ацуши задыхается, теряя разум от жара и желания. Мужчина резко отстраняется, и, переведя дыхание, вопрошающе шепчет:
– Ацу-чан, проведешь ли ты эту ночь со мной?
Резко втянув в себя воздух Ацуши краснеет под раздевающими глазами, и стиснув пальцы, кивает. Дазай улыбается и медленно проводит языком по своим губам, предвкушая, а потом отпускает бока Накаджимы и поворачивает лицо к рулю.
За окном ночной город, вывески, фонари, надписи – расплываются цветастыми неоновыми полосками; скорость высокая, на грани разрешенной. Они словно летят по трассе. Сердце стучит у горла, конечности немеют. А внутри что-то разгорается, пламя желания, возбуждения, страсти. Он хочет Осаму, хочет его власти.
– Осаму, – едва слышно говорит юноша, опустил глаза, не решаясь сейчас смотреть на партнера.
– М?
– Я хочу, чтобы ты взял меня.
А потом слышен звук разгоряченного дыхания, Дазай выдыхает:
– Ацуши… Я… я люблю тебя.
Юноша закусывает губу, теребя языком недавний укус Осаму, отвечает, окончательно заливаясь краснотой.
– И я тебя.
– Посмотри на меня, – сразу же повелительно просит мужчина.
Сглотнув слюну, парень медленно распрямляет спину и поднимает смущенные глаза.
– Смотри на меня, – говорит, почти приказывает тот, глядя в ответ горящим взором. – Не отводи взгляда.
И Ацуши смотрит, проваливается, как будто тонет, а дыхания не хватает. Минута за минутой. Юноша не знал, как Дазай довез их до общежития и умудрился не врезаться в столб. Это останется неразрешенной загадкой.
Чуть позже, уже в комнате старшего, в кромешной темноте – Осаму толкает парня к стене и впивается долгожданным поцелуем, шаря руками по стройному горячему телу. Юноша ахает от неожиданности и стонет прямо в рот мужчине.
– Тише, – говорит он ему в губы. – Стены тут тонкие.
Тот кивает и прячет лицо в изгибе шеи Дазая, втягивая вкусный запах партнера.
– Нравиться? – спрашивает он, положив руку на затылок второму, надавливая пальцами в кожу, а второй обнимает за талию. Накаджима громко вздыхает и кладет ладошки на грудь своего парня, чтобы почувствовать его тепло, жар чужого пока тела. Так прошло едва ли пару минут, а потом юноша отстраняется от мужчины и начинает раздеваться. Осаму переводит дыхание и тоже снимает с себя тряпки – всё, кроме бинтов. Но и их чуть развязывает – просто ему хочется, чтобы Ацу-чан сам снял их, увидел что под ними.
Накаджима стоит к нему спиной всё еще в рубашке, неловко стягивает штаны. В комнате раздражающе темно, Осаму мечтает включить свет, но он не посмеет нарушить атмосферу – точно не сейчас. Терпение. Для Ацуши это впервые, излишняя откровенность может его напугать, а мужчина этого не хочет. Это всё может испортить настроение. А для хорошего первого раза – главное это настрой и опытный партнер. У Дазая опыт имеется, он знает: что и как нужно делать.
Он подходит вплотную к юноше и обнимает со спины, Ацуши замирает на миг, а потом напряжение в мышцах уходит и он расслабляется. Слепо хватается за чужие руки и натыкается на ослабленные бинты – тянет, как будто неосознанно.
– Ацу-чан, – шепчет он в ухо, одну руку высвобождает из хватки, и, распахнув полы рубашки, касается оголенной кожи на животе.
– М-м, – вырывается из приоткрытых губ младшего.
– Ничего не бойся, – просит Осаму.
– Я не боюсь, – с усилием отвечает тот, возбуждение кружит голову, а рука партнера откровеннее ласкает плоть, опускаясь ниже, к каменному естеству.
Дазай целует косточку ключицы, окончательно стягивая рубашку и отбрасывая её в сторону, наклоняет голову, и неспешно толкает своим телом тело младшего к футону. Мысленно воздавая благодарности самому себе, утром было так лениво убирать постель в шкаф – кто знал, что это будет весьма кстати.
Уложив Накаджиму, говорит:
– Я сейчас.
Исчезает в ванной комнате, чтобы вернуться с баночкой и лентой презервативов. Кроме всего прочего включает тихую музыку на телефоне – для бóльшего расслабления и правильного ритма.
Ацуши следит за ним из-под полуприкрытых век, в темноте его глаза блестят, как у кошки. Изыскано.
Осаму укладывается рядом, обнимает парня, заставляет его повернуться боком лицом к себе, одну руку протискивает под головой и опускает на позвонки спины, а вторую смоченную в масленой жидкости кладет на естество Ацуши, чтобы через секунду опустить её дальше, к закрытому пока отверстию.
Юноша судорожно выдыхает и чуть разводит бедра, пряча лицо на груди старшего.
Мужчина больше не сомневается, однако не позволяет себе действовать необдуманно – осторожно начинает ласку, пока не проталкивает в анус палец и тогда начинается искать то заветное местечко, бутон удовольствия, который затопит страстью сознание Ацуши. И сделает процесс по-настоящему незабываемым.
И вскоре находит.
Он понимает это, по учащенному дыханию партнера и едва слышному стону.
– Здесь, да? – томным голосом спрашивает.
Тот закусывает губу, пытаясь прервать собственный стон.
– О-осаму, я… я не-е…
– Это простата, – сообщает партнер. – Источник удовольствия любого мужчины.
– Осаму, – стонет он его имя, когда Дазай проходит уже тремя пальцами по той точке. – Осаму…
Постыдные звуки хлюпанья, как будто оглушают. Несколько минут растягиваются почти в вечность… или так только кажется?..
– Повернись, – говорит он, выпуская парня из объятий и вытаскивая пальцы.
Ацуши раскрасневшийся, с томным взглядом, сглатывает слюну и ложится на спину.
– Не так, давай на живот, – улыбается ему второй.
– Но…
– Что?
– Я хочу так, – изрекает это чудо и призывно смотрит на губы Дазая. – Поцелуй меня.
– А! – срывается с губ бывшего мафиози, под взглядом невозможных глаз разве возможно отказать? Да и собственное возбуждение давит, шепчет сдаться. – Ацу-чан, так будет больнее.
– Я хочу так, – упрямо повторяет тот.
Дазая вздыхает и тянется за презервативом, сняв шуршащую упаковку, заявляет:
– Тогда одень его на меня. – Протягивает резинку парню.
Накаджима подчиняется, поднимается, и садится рядом, берет в руки предмет и впервые касается горячей истекающей возбуждением плоти Осаму, руки его дрожат. Пальчики действуют осторожно, будто он боится сделать что-нибудь не так. Естественная реакция – так почти всегда происходит в первый раз. Как бы ты не был уверен в партнере или влюблен в него, страх так просто не преодолеть – это что-то на уровне инстинктов.
Когда Ацуши заканчивает Осаму толкает его, укладывая на спину, затем хватает баночку и не жалея смазывает себя.
– Раздвинь ноги.
Юноша подчиняется, а Дазая подхватывает его под бедра, закидывая ноги на плечи.
– Осаму! – удивленно вскрикивает Накаджима.
– Ты сам захотел такую позу, – лукаво улыбается тот, приставляя член к приоткрытому отверстию. – Расслабься, сейчас ты получишь всё.
Первые движения давались с трудом и не сладко, но вскоре Дазай нашел волшебное местечко и дело пошло веселей. Ацуши прерывисто дышал, ему хотелось стонать, но было нельзя, поэтому на одном из толчков Осаму, он вцепился зубами в бинты на шеи партнера, чтобы хотя бы так заглушать неподобающие звуки.
А Дазай очень жалел, что не поехал с ним в лав-отель, он мечтал услышать крики удовольствия его чертенка, на полную громкость, в апогеи удовольствия.
– Ацуши, – выдыхал он его имя, вбивая свою страсть в тело любовника. – Ацуши.
Удовольствие нарастало, накатывало волнами, словно прилив. Юноша схватился за плечи партнера, приподнимая таз, для более глубокого погружения.
Они были близки.
Еще несколько хаотичных движений, ничего романтичного, под конец акт превратился в настоящий животный трах. Еще немного движений и пик, финал события.
– М-м-м, – мычит Ацуши, подрагивая, изливаясь.
Дазай рычит, когда стенки дырки сжались из-за оргазма любовника и кончает следом.
А потом вытаскивает член, опускает бедра партнера и валится рядом, громко и тяжело дыша.


ОГЛАВЛЕНИЕhttps://blog-house.pro/kanime/post-123013/

Kanime, сообщество «kanime»

16 глава. Дело закрыто.

Прежде чем вернуться в офис Дазай затащил Ацуши во «Фруктовую кошку» – обсудит расследование, а также дополнить историю недостающими элементами, так сказать для полноты картины. А также для отчетов. А еще время близилось к обеду.
Они устроились в самом дальнем уголке, рядом с окном и большой витриной, которая весьма удачно закрывала от любопытных глаз. Официантка только что принесла заказ, аккуратно расставив тарелки и чашки на столике, тихо удалилась.
– Итак, – начал Дазай, он положил два кубика сахара в свое кофе и замешал ложечкой. – Можем начинать.
Ацуши кивнул, проглотив ложку салата – он заказал «Цезарь».
– Коидзуми – убийца. У нас есть его признание. Но подробности…
– Ацу-чан, – вздохнул и покачал головой Осаму. – Ты не с того начинаешь.
– Тогда? – неуверенно сказал младший, прикусив губу.
– Ты просто кушай, – посоветовал ему Дазай. – А я расскажу тебе увлекательную историю Ицуки Коидзуми.
Мужчина выглядел расслабленно, на губах мелькала знакомая полуулыбка, а глаза светились довольством, ведь он полностью захватил внимание Ацуши. Юноша с трудом удержался от смешка и кивнул, придвинув тарелку поближе, начал хрустеть салатом.
– Несколько лет назад некий юноша, посмотрел фильм, который режиссировал брат господина Ториямы. Юноша просто влюбился в эту работу, следующие несколько лет, с жадностью проглатывая все работы, над которыми работал Кэничи Рокудо. Юноша вскоре осознал себя фанатом режиссера. А так как парень учился в старшей школе и скоро должен был случиться выпускной – решил избрать путь творческой профессии. Он с трудом, но поступил в университет, где когда-то учился его кумир. – Дазай смочил пересохшее горло глотком сладкого кофе, и продолжил: – Учился он хорошо. В университете часто устраивали спектакли, в одном ему удалось поучаствовать – и Богиня удачи улыбнулась студенту. Именно на ту самую постановку пришел Кэничи – его божество киноискусства. Юноша сделал всё, чтобы его заметили и смог познакомиться с кумиром. Прилежный, талантливый студент сразу же понравился Кэничи, со временем они сдружились. Парень хоть и был фанатом, но не из тех, кого называют навязчивыми. Через некоторое время Кэничи даже познакомил его со своей молодой женой обворожительной Алисой Вандэм, которая уже была на сносях. Молодому человеку не составило труда очаровать и её – оба назвали его своим другом и членом семьи. Более того, когда ребенок родился – он стал его крестным отцом. – Осаму снова хлебнул кофе, пока Ацуши поглощал салат.
Годы шли. Юноша окончил университет, снялся в нескольких посредственных фильмах, продолжал общаться с семьей Рокудо. Потом Кэничи приглашает его сняться в своем новом проекте и с жаром тот соглашается – вне себя от счастья. Потом съемки, монтаж и т.д. И вот презентация, куча народу: знаменитости, музыканты, пресса. Толпа жаждет пообщаться с успешным режиссером – Коидзуми понимает и остается в стороне. Но, когда мероприятие заканчивается садиться в машину вместе с семьёй Рокудо: Кэничи, Алисой и маленьким Юкио.
Он был там, вместе с ними. И именно он спас мальчика, когда машина потеряла управление – от неожиданного испуга он применил силу, о которой даже не догадывался. И видел собственными глазами гибель людей, которых любил.
Коидзуми не знал, что делать. Ребенок у него на руках плакал и истерил, а автомобиль прямо на их глазах врезалась в столб и несколько раз перевернулась. Он бросился к ней, а мальчишке запретил приближаться к разбитой машине.
Но они уже были мертвы с перебитыми конечностями и потеками крови, от нахлынувших чувств, произошел скачет силы, и его откинула подальше от происшествия и от крестника. Когда он очнулся, в прессе уже трубили о трагедии и о чудом спасшемся сыне выдающегося режиссера и блистательной актрисы. О самом Коидзуми сказано не было и слова. А потом объявили ложные обстоятельства смерти, и тогда он понял: трагедия – её кто-то подстроил. Ему приходит в голову идея с помощью своей силы узнать, что к чему. Он проникает в кабинет криминалиста и делает копии с настоящих документов о вскрытии и исследованиях автомобиля, пока их не уничтожили – фактически еще несколько часов и ничего бы не осталось. Никаких доказательств. Ясно было одно – кто-то заплатил, чтобы скрыть правду.
Несколько лет у него ушло, чтобы раскопать истину. Он нашел виновника трагедии – это оказался брат его кумира, его божества искусства, друга. Рокудо Торияма – завистливый младший брат.
Ещё несколько лет ушло на метания, он не хотел нанести травму крестнику, лишая его еще одного родственника, а отомстить Торияме хотел. Поэтому решил отложить свою месть до тех пор, пока Юкио не повзрослеет и постараться открыть мальчику глаза. Устроился работать в родной университет, вскоре туда поступает ребенок, которого он спас – и он учит его. Коидзуми почти счастлив, но о мести он не забыл. Когда до получения диплома Рокудо-младшему остается всего ничего – Коидзуми начинает действовать.
А дальше ты знаешь. Письма. Выяснения отношений, угрозы Ториямы. Побег Юкио. И убийство.
Дазай отставляет пустую чашку в сторону, Накаджима с трудом проглатывает комок в горле. У него уходит несколько минут на осмысления слов наставника.
– Всё это звучит невероятно, – сказал Ацуши, вскинув лицо к Дазаю. – Но, Осаму, как ты всё это понял?
Тот улыбается так, словно ждал именно этого вопроса, и изрекает:
– Элементарно, Ватсон. – Поднимает руку ко рту, будто держит воображаемую трубку. – В соц. сети, где Юкио зарегистрирован, каждый год в день годовщины трагедии, под памятными постами крестника – единственный, кто всегда лайкал эти посты был ни кто иной, как Ицуки Коидзуми. Чтобы он там себе не думал – всё-таки он был публичной личностью когда-то, нитей ведущих к нему было достаточно. Оставалось только получить какие-нибудь доказательства. И удача была на нашей стороне – скрытые видеокамеры. Остальное дело техники.
Ацуши благоговейно выдохнул сраженный дедукцией старшего детектива, вниманием к деталям и гибкостью ума. Сам он бы не скоро додумался проверять знакомых Юкио в социальной сети, а уж на количество лайков и подавно не обратил внимание. Все-таки Ацуши был далек от подобных развлечений – у него даже собственной странице в интернете нет. Да и не гонится он за новомодными трендами. У него даже телефон устаревшей модели, да и кнопочный к тому же. А-а… кажется, его куда-то не туда унесло…
– Дазай-сан, – позвал его Накаджима, вернувшийся к размышлениям о расследовании. – Так в чём заключается одарённость Коидзуми?
– Ацу-чан, – наигранно расстроено сказал Осаму. – Ты меня расстраиваешь, это же очевидно.
Ацуши нахмурился, сопоставляя факты в голове, а потом решил их высказать вслух, так сказать для наглядности и облегчения задачи:
– Сила, которая спасла в критической ситуации, когда случилась авария. Проникновение в чужие квартиры и воровство ценных доказательств. Убийство человека – внутренние повреждения Ториямы такие, словно его сбросили с немалого расстояния. И ты держал его своей способностью, потому что он мог в любой момент сбежать воспользовавшись…
– Ну? – словесно подгоняя, сказал мужчина, выжидающе уставившись на подопечного. – И еще одарённость, которая очень нужна государству.
Юноша крепко задумался, размышляя несколько минут, а затем вскинул подбородок и сказал:
– У меня есть два предположения.
– Давай.
– Первое, возможно, он может каким-то образом воздействовать на собственное тело – убыстряясь и замедляясь. Попасть в квартиру Рокудо-старшего – на невероятной скорости поднявшись по кирпичной стене и забраться через балкон или окно. А, например убийство Ториямы – на такой же скорости толкнуть мужчину в стену, кости и внутренние органы сразу же превратятся в кашу, – высказав первое предположение, посмотрел на Осаму – тот покачал головой, тогда Ацуши продолжил: – Второе, способность как-то перемещаться в пространстве – не с помощью скорости, а что-то вроде телепорта. И тогда убийство господина Ториямы произошло несколько иначе: Коидзуми телепортировался на крышку с мужчиной, а потом еще на несколько метров выше и сбросил Рокудо-старшего, а сам снова переместился в безопасное место.
– Во-от, – протянул Осаму, – можешь же, когда хочешь. Верно. Коидзуми – одарён способностью к пространственному перемещению. Лакомый кусочек для министерства внутренних дел.
– Эта сила настолько ценная?
– Невероятно, – подтвердил бывший мафиози. – Его отправят за границу и заставят использовать способность для добычи стратегически важной информации, шпионаж за теми, на кого укажут. Так сказать будет служить ради благо Японского государства.
– Ох, – выдохнул Ацуши. – Такие подробности…
– Только в отчете об этом не пиши, – предупредил его второй.
– Я догадался.
– Вот и молодец.
А потом они прикончили остатки обеда, и, заплатив по счету, отправились в офис для завершения доклада и закрытия дела.


ОГЛАВЛЕНИЕhttps://blog-house.pro/kanime/post-123013/

Kanime, сообщество «kanime»

15 глава. Момент истины.

А после они с Дазаем, держась за руки, вошли в здание – напряжения не чувствовалось. Ацуши был смущен и только. Осаму излучал спокойствие и уверенность – рука дарила тепло чужого тела и держала крепко. Толика романтики казалось бы в самый обыденный день. А для Накаджимы чувственность первой влюбленности – всем существом сосредоточившись на ладони рядом шагающего человека. Он слышал его пульс отчетливо, как свой собственный. В животе расцветали цветы и порхали бабочки.
По лестнице они поднялись к нужной квартире, и Осаму нажал на дверной звонок.
За тонкой стенкой что-то зашевелилось, кто-то заворчал, а потом щелкнул замок. Перед ними возникла сонная, небритая физиономия Катая Таямы.
– Ох ты ж, мать твою, – оригинально поздоровался, когда лицезрел Ацуши в компании Дазая. Улыбающегося Осаму Дазая. Его улыбка и правда могла нагнать страху, если не знать: что за ней сокрыто, конечно. Младший детектив поймал себя на мысли – сейчас бывший мафиози похож на кота нализавшегося валерьянки или наркомана, который раздобыв себе дозу, предвкушает момент апогея.
Ацуши позабавила реакция Катай-сана, он даже позволил себе тихий смешок.
– - Здравствуй, Таяма, – проигнорировал слова оного, сказал Осаму, крепче сжимая ладонь юноши. – Мы к тебе по делу.
Тот, сглотнув, перевел неоднозначный взгляд на сцепленные руки пары детективов, поднял в вопрошании бровь (но ему никто не ответил), а затем кивнул в сторону (странно косясь на них), чтобы те проходили в квартиру.
Много времени не потребовалось, чтобы ввести Катай-сана в курс дела и в чём будет, заключается его роль. Бывший мафиози передал листок с логином и паролем – они договорились, что мужчина свяжется с Осаму завтра, когда отследит IP-адрес злоумышленника, а также адрес проживания. Дазай не стал настаивать на срочности исполнения – все присутствующие помнили о том, что заказчик этого дела убит, а также в договор входило лишь нахождение Рокудо-младшего. Убийца – просто шел довеском к этому делу. Денежной компенсации за распутывания этого «клубка» не будет – разве, что некоторая письменная благодарность из отдела местной полиции. И то не факт.
Не Осаму, не Катаю Таяме и тем более Ацуши-куну никто не будет оплачивать сверхурочные и затраченное личное время. Поэтому нет ничего удивительного в том, что подобные дела детективы стараются все-таки переносить в рабочее время – время, как говорится «терпит». Конечно, получается не всегда: случаются форс мажоры. Но что есть – то есть.
Сердечно попрощавшись с Катаем-саном, Ацуши и Дазай отправились домой, в общежитие – на улице уже потемнело. Ночь была теплой, легкий ветерок приносил с собой свежесть и прохладу, – его сильно не хватало в дневном времени суток. Ночная Йокогама наполнялась цветастыми неоновыми вывесками, на дорогах гудели машины, разодетая молодёжь готовилась отрываться на вечеринках. А младшие члены портовой мафии выходили из своих убежищ, чтобы провернуть сомнительного вида делишки.
Сев в пустой автобус, пара детективов, сделав небольшой крюк, вышли на своей остановке и неспешно прогулочным шагом пошли по велосипедной дорожке напрямик к общежитию.
Дазай снова взял Ацуши за руку, наслаждаясь смущенным обликом младшего товарища. И ничего не говорил – юноша был ему за это благодарен, он еще не был готов к обсуждению подробностей, находя успокоение в уютном молчании.
Когда они подошли к комнате Накаджимы – Осаму приподнял руку младшего детектива и оставил на тыльной стороне – влажный, теплый поцелуй.
– Спокойной ночи, Ацу-чан, – молвил он.
– - Спокойной ночи, Д-дазай-сан, – растерянно сказал Ацуши.
– Осаму, – поправил его тот, в ожидании приподняв бровь.
Юноша поспешно откашлялся и покладисто повторил:
– Осаму.
Мужчина принял довольный вид и скрылся в своей комнате, напоследок подмигнув парню.
Ощущая, как горят уши и щеки, Накаджима ввалился в свою комнату, стараясь, как можно меньше производит шума – не хотелось бы потревожить сон Кёко.
Она уже спала на своем футоне, тихо посапывая – еле заметно поднималось и опускалось одеяло. Юноша воздал благодарности своей одарённости – усиливая обостренность зрения тигриным – именно это помогло разглядеть спящую девочку и обстановку комнаты. Передвигаться на ощупь не хотелось. По той же причине он оставил мысли о личной гигиене, отложив чистку зубов до утра.
Почти бесшумно вытащил из шкафа свой футон и расстелил на привычном месте рядом с окном, быстро разделся и юркнул в постель, закрывая глаза.
День был перенасыщен событиями и впечатлениями. Ацуши с трудом мог поверить, что согласился на предложение Дазая. И небо не рухнуло на голову. И мир не перевернулся. Как будто ничего не изменилось – в самый обычный день пришло решение, над которым, если честно, он думал постоянно. С того момента, как Осаму огорошил его своим признанием. И получилось это, возможно со стороны будет казаться, слишком просто и легко. Но это не так. Немудрено ведь всё шло одно к одному.
Ацуши погрузился в свои воспоминания о первой встрече с Осаму Дазаем. Ничего не скажешь, разве только была она весьма оригинальной – эта встреча. Он, Ацуши Накаджима, пухнул с голоду – несколько дней не ощущал хоть какой-нибудь пищи на языке. Парень до сих пор помнил собственный ужас и сосущий голод, не дающий думать ни о чем, кроме желания что-нибудь проглотить. Страх преследовал, ведь зверь который идет за ним, уничтожая всё на своем пути. Откуда ему было знать о собственной силе?
Впервые тогда он решился на воровство, но удача не была на его стороне. В реке он заметил тело – это был Дазай. Человек, впоследствии протянувший руку помощи в отчаянную минуту и вытянувший с самого дна нищеты.
Ацуши помнил, как кинулся в воду, на одних рефлексах спасая, как он тогда думал тонущего человека. Кто же знал, что у Осаму – это такое развлечение. Не ожидал он получить выговор вместо благодарности…
Однако, несмотря на свое недовольство из-за «спасения» – мужчина выслушал Ацуши и даже накормил, за счет Куникиды, как бы странно это не звучало. Такова была его эксцентричная натура.
Юноша был ему безмерно благодарен – никто для него подобного не делал за всю его скромную жизнь. Он помнил прищур карих глаз, оценивающих, как будто заглядывающих в душу…
Накаджима втягивает в себя воздух, а затем выдыхает и открывает глаза. Из-под одеяла вытаскивает руку и касается кончиками пальцев собственных губ – пробуждая недавние воспоминания о ласковых касаниях Осаму. Он улыбается – и знает: на самом деле сейчас ему бы хотелось оказаться с Дазаем-саном, быть в его объятья, вдыхая запах мужчины, засыпать под звук его сердцебиения. Ему невыносимо, как хочется. Но Ацуши также знает себя: ему не хватит смелости на такой поступок.
Поэтому опустив ладонь, закусывает губу и поворачивается на бок, заставляя себя закрыть глаза, и старается уснуть. На краю сознания мелькают мысли-фантазии о наставнике – под их хоровод он и засыпает, обнимая подушку, будто другого человека…

***
Утром, возле ворот общежития его дожидается Осаму, он улыбается и манит подойти к себе. Ацуши не знал, как умудрился не покраснеть под насмешливым взглядом, подходит к нему.
– Доброе утро, Ацу-чан, – нежно говорит он. – Как спалось?
– Доброе. – Он не решается произнести имя Дазая. – Хорошо, а вы?
Тот морщится и говорит:
– Перестать, просто на – ты. Чувствую себя стариком, а ведь я старше тебя всего на четыре года, – он хватает юношу за подбородок и наклоняет лицо, шепча на ушко: – Да и странно говорить «вы» – своему парню.
Накаджима тут же вспыхивает, не зная, куда деть глаза от смущения. Не сказать, чтобы это ему не нравилось – внимание бывшего мафиози. Он прикидывал у себя в голове, когда сможет привыкнуть к постоянному флирту? Проваливаясь в глубокие очи лица напротив – понимал, что очень не скоро…
– Ты позволишь? – еле слышно спрашивает Дазай.
Ацуши кивает, закрывая глаза и Осаму умилившись трогательной мордашке, склоняется ниже и целует алые приоткрытые губы. Краткое мгновение близости длилось не так долго, как хотелось бы обоим: в японском обществе не приветствуется публичное проявление своих пристрастий. Улица – далеко не самая подходящая локация для этого. Поэтому скользнув языком по языку Ацуши несколько ласковых секунд, Осаму отстраняется, облизывая собственные уста.
Юноша же переводит дыхание и, зардевшись, опускает глазки в пол – вид у Дазая больно говорящий: он, очевидно, хочет большего. Больше прикосновений, больше ласки, больше страсти и больше времени на всё это дело. Ацуши бы тоже хотелось приласкать его в ответ, правда, он не был уверен в собственной решимости, да и нужными знаниями не обладал…
– М-м, – протянул Осаму, взяв руку юноши в свою. – У меня замечательные новости.
– Какие? – Вскидывает голову тот.
– Полчаса назад звонил Таяма, он нашел нашего анонима.
Взгляд младшего детектива загорается в ожидании продолжения.
– И кто это?
– Поэтому я тебя ждал здесь. Мы не пойдем в офис, а сразу же отправимся ловить его.
– Ну не томите же, кто он? И куда мы пойдем? – Он даже не осознанно крепче сжимает руку своего напарника, полностью переключив внимание в деловое русло.
– В университет, – улыбаясь энтузиазму юноши, сообщает Дазай. – Это один из преподавателей – камера видеонаблюдения зафиксировала его лицо, а Каяма вычислил его по IP – он пользовался общественным компьютером в общей библиотеке. Хвала администрации учебного заведения: за скрытые камеры. Вряд ли он рискнул провернуть свою махинацию, если бы знал, что всё это зафиксируется в цифру.
– И? Вы назовете его имя?
– Ацу-чан, что я говорил? – искусственно возмутился Осаму.
– Т-ты, – тут же исправил себя второй, умудрившись не покраснеть. – Ты назовешь его имя? Кто он?
– Ицуки Коидзуми – преподаватель актерского мастерства. В прошлом актер – он снялся в нескольких незначительных фильмах, а потом ушел в преподавание.
Ацуши задумался, какой же может быть у него мотив? Какая связь между ним и Рокудо-старшим? Зачем ему посылать анонимные письма Юкио? Они ведь наверняка встречались, может быть Рокудо-младший был его студентом?
– Этот тот самый университет, в котором обучался Рокудо Юкио? – спросил юноша, поднимая взгляд на старшего детектива.
Дазай кивнул, а затем дополнил:
– Именно он обучал нашего потеряшку. Более того Коидзуми являлся его классным руководителем учебной группы. Они очень хорошо знакомы. Согласись, наводит на определенные мысли.
– То есть мы не можем полностью полагаться на слова Юкио-куна, потому что они вполне могли быть в сговоре.
– Молодец, – похвалил его Осаму, потрепав свободной рукой волосы юноши. – Детектив всегда должен быть настороже и не брать слова потерпевших в абсолют. Мы не знаем насколько Юкио-сан пострадавшая сторона, пока что.
– Спасибо. – Накаджима впервые за сегодня улыбнулся из-за похвалы, ему было приятна положительная оценка Дазая.
– Ладно, мини-совещание закончено, – возвестил бывший мафиози, отпуская руку одарённого. – Поспешим.
Ацуши кивнул, и они пошли, шагая рядом, почти соприкасаясь плечами, к автобусной остановке. Дорога предстояла долгая – университет находится на другом конце города и путь займет около 40 минут.

***
Универ представлял собой типовое здание, каких в Йокогаме насчитывалось пятнадцать штук, разве что внутри они отличались индивидуальной отделкой. Светлый холл, подвесной потолок, на стенах фотографии выдающихся выпускников, пара диванчиков, да несколько растений в кадках.
Попасть в учебное заведение оказалось несложно – корочки частного сыскного агентства сделали свое дело, охранник на входе пропустил их почти без вопросов, кажется, у него уже имелся опыт общения с подобными «субъектами».
Заглянув в расписание занятий – получили информацию о том, что преподаватель Коидзуми сейчас вел пару в 304 кабинете на третьем этаже, а потом у него будет окно.
– - Какая удача, – шепнул Осаму, когда они поднялись на третий этаж и уселись на один подоконник ожидать, когда закончится пара. Что в себе насчитывало минут 20.
Глядя в окно на проезжающие по дороге машины, мужчина сказал:
– Диалог с ним буду вести я.
Второй растерянно взглянул на него.
– Почему? Ведь всё расследование ты заставлял меня разговаривать со всеми.
– Мы знаем точно, что он отправлял анонимки Юкио-куну – у нас есть доказательства. Однако доказать его причастность к убийству господина Ториямы мы не можем, поэтому нам нужно действовать осторожно.
– Но разве обещание убить в анонимке не является косвенным доказательством?
– Этого мало для полноценного обвинения, – пояснил тот, а потом, глянув на часы, прикрепленные к стене над кабинетом, предложил следующее: – Может, сыграем в игру?
– Мне не кажется… – Однако Осаму его перебил.
– Я предлагаю поразмышлять вслух о том, как, если это действительно Ицуки Коидзуми(1), смог расправиться с Рокудо-старшим.
Ацуши замер, в голове промелькнула неожиданная мысль, он сглотнул.
– Вы…Ты ведь уже знаешь, как он его убил? Просто хочешь, чтобы я тоже пришел к этому? Подобная игра…
Губы Дазая моментально растягиваются в хитрую улыбку.
– Ты начинаешь больше меня понимать. Да, я знаю, как и почему он с ним расправился, но все-таки реальных доказательств у меня нет, пока что. Через несколько минут мы их получим. – Он поднял ладонь, остановив её в воздухе рядом со щекой юноши, тем не менее, не стал прикасаться к коже парня. – Итак, ты сыграешь в игру?
Накаджима бросил взгляд на пальцы вблизи, а затем прикрыл глаза, и сам поддался к ним, ласково потершись о чужую конечность.
– Нет, – ответил он в итоге. – За несколько минут мне всё равно ничего путного в голову не придет. Лучше проведем оставшееся время так, – закончил он и рискнул открыть глаза, призывно улыбаясь. – Или же ты просто поделишься со мной своими мыслями.
– Грязно играешь, – промурлыкал мужчина, наклонившись ближе. – Я бы поцеловал тебя, да времени нет.
Ацуши пребывал в экстазе от собственной смелости и дерзкой догадки, которая оказалась верной. Он на волне эйфории подался вперед, уткнувшись носом в плечо Осаму, прижавшись внезапным объятием.
Тот явно не был готов к такому, поэтому, наверное, голос прозвучал несколько ошеломленно:
– Ацу-чан, ты…
Как в плохом кино продолжения не последовало, потому что прозвучал звонок, и они резко отскочили друг от друга – и вовремя, двери кабинетов открылись, выпуская вереницу из зевающих студентов. Дождавшись, когда последний из них покинет аудиторию, они, переглянувшись, подошли к двери с табличкой 304. Дазай постучался и вошел, Накаджима следом за ним.
Сидящий за столом мужчина приятной внешности уставился на незнакомцев подозрительным взглядом. Он был облачен в футболку с V-образным вырезом, поверх которой находился пиджак белого цвета, брюки бежевые на несколько оттенков темнее пиджака. Волосы волнистые, зачесанные на бок, брюнет.
– Здравствуйте, – поприветствовал его старший детектив, он приблизился к столу. – Мы к вам по делу.
– Кто вы? – недружелюбно осведомился тот, прищурившись.
– Ацуши Накаджима, – представил его бывший мафиози. Юноша кивнул под колким взглядом мужчины. – Я Осаму Дазай. – Он подал руку для рукопожатия. – Вы Ицуки Коидзуми?
– М-м, – протянул тот, и всё же ответил на пожатие Дазая. Осаму не отпустил его руки. – Да, я.
Затем последовал щелчок, который заставил вздрогнуть не только Ацуши, но и преподавателя; Ицуки пораженно разглядел наручник на своем запястье и запястье Осаму, чтобы следом взорваться:
– Какого черта вы творите? Что вам надо? – Он дергал свою конечность, но Дазай крепко её держал. Потом вскочил на ноги. – Отпустите меня! Что вы себе позволяете?!
– Дазай-сан, – Ацуши моментально оказался рядом и, преобразив ладонь в тигриную, опустил её на плечо преподавателя, силой принуждая вернуться в сидячее положение.
– Я требую объяснений, – повышая голос, завопил подозреваемый. А затем он нахмурился, потом ошеломленно выпучил глаза и в конце побледнел. – Что? Как это?
– Не получается? – насмешливо спросил Дазай, чуть склонив голову на бок. – Ты одарённый, с исключительной силой. В моем присутствии у тебя не получиться сбежать с её помощью.
Следом наступило молчание, пока Коидзуми не подчинился напору детективов, сгорбившись.
– Кто вы? – почти спокойно осведомился он.
– Мы по поводу анонимных писем, которые вы высылали Рокудо Юкио. Зачем вы это делали?
– Что вы несете…
– Бросьте, – сказал Осаму холодным стальным голосом. – У нас есть доказательства, Ацу-чан, будь добр, консоль в левом кармане.
Юноша отпустил плечо преподавателя, чтобы выполнить просьбу напарника. Включив устройство, быстро нашел нужные записи – они были в папке на рабочем столе. Включил один из роликов и сунул под нос Коидзуме.
Дазай продолжил крепко держать подозреваемого стальным рукопожатием, блокируя его своей способностью, пока тот, побледнев еще сильнее, наблюдал в собственном исполнении отправку писем. Две скрытые камеры очень выгодно были расположены: одна – четко фиксировала лицо, другая – экран компьютера. На их основе и был смонтирован этот и еще несколько роликов.
– Вы попались, – произнес Дазай, когда ролик закончился. Ацуши вернул консоль в карман Осаму. – Отступать некуда. Не мы, так полиция выбьет из вас признание.
Лицо преподавателя потемнело, и он опустил голову, признавая поражение, сказав:
– Что вы хотите знать?
– Почему вы убили Рокудо Торияму? – прямо спросил старший детектив.
– Потому что он – чудовище. Он убил людей, которых я любил и уважал, – зло ответил он. – Он заслуживал смерти.
– Эти люди, – начал Ацуши, внезапно поняв мотив. – Это родители Юкио?
Мужчина перевел взгляд на него и кивнул.
– Да.
– Как вы убили его? – продолжил допрос Осаму. – И где?
– Свое силой. – Кисло улыбнулся тот. – На крыше его дома, где нет ни одной видеокамеры – беспечные люди.
– Спасибо, – сказал Дазай, его голос звучал сочувствующе. – Этого достаточно, так?
Ацуши не понял, кому это сказал старший товарищ, пока дверь кабинета не открылась и туда не ввалилась толпа людей. Людей в форме отдела по делам одарённых и возглавлял их бывший друг Дазая – Анго Сакагучи, высокий мужчина в круглых очках и с родинкой над губой.
– Благодарю Осаму, – чинно сказал Сакагучи, проходя между парт. – И тебе Ацуши-кун.
– Не нужна мне твоя благодарность, – прохладно ответил бывший член портовой мафии. – Скорее покончим с этим, не желаю находиться в твоем обществе больше необходимого.
Оба знали причину этой отчужденности, косвенно, но Анго был виновен в гибели лучшего друга Осаму – Одасаку…
Поэтому он не стал ввязываться в спорный конфликт с Дазаем, кивнул головой одному из своих людей. К Дазаю и пристегнутому к нему Коидзуми подскочил сотрудник в форме, оперативно открыл замок наручников, освобождая кисть детектива.
– Кто вы? – растерянно спросил преподаватель, когда тот же сотрудник освободил и его руку. – Разве вы не должны…
Дазай с Накаджимой отошли чуть в сторону.
– Я Анго Сакагучи, возглавляю министерство по делам одарённых, – представился он. – У меня есть к вам предложение: вы оставляете деятельность преподавателя и получаете неплохую должность под моим началом, а также государство закроет глаза на все ваши преступления. Если вы откажетесь – вас передадут правоохранительным органам, где вас будет ждать суд и тюрьма для одарённых, а также сыворотка, которая полностью заблокирует вашу уникальную способность. Поверьте, не каждому эсперу делаются такие предложения.
Анго подошел вплотную к мужчине и подал руку для рукопожатия.
– Ну что, мы договорились?
Коидзуми-сан громко втянул в себя воздух, переваривая услышанное. Сглотнул слюну, опустил глаза к собственным рукам, несколько раз сжал и разжал пальцы.
– Я согласен, – ответил он, долго не думая. И пожал руку Сакагучи, скрепляя договор.
Выбор без выбора. Может Коидзуми и запачкал себя кровью, но отъявленным преступников он не являлся. Просто человеком, которому сделали больно и он взял правосудие в собственные руки.
А признание, которое выбил из него Осаму пригодится в качестве ошейника (эдакого рычага) для уникального эспера, сила которого крайне необходима отделу по делам одарённых.
– Закончили? – подал голос Дазай. – Тогда мы возвращаемся в агентство.
– Да, – подтвердил Анго, свет отразил от стеклянной поверхности очков, бликуя, когда тот повернул голову к бывшему мафиози. – Теперь я твой должник.
Осаму предпочел проигнорировать слова Сакагучи, развернулся и первым покинул кабинет, минуя толпу из эсперов в форме. Ацуши вежливо поклонился и кивнул на прощание, поспешил за напарником.
Спускаясь по лестнице юноша, наконец, сообразил, почему охранник так просто их пропустил – всё было спланировано заранее. Мышеловка. Наверняка даже аудитория кабинета была напичкана всякими жучками – фиксируя перемещения Коидзуми, а также признание, с помощью которого в будущем преподавателем можно будет манипулировать, ловко. Хотя лучше сказать, наверное, бывшим преподавателем. Он теперь на крючке.
Подумать, государство идет на подобное…
Что за силой Коидзуми обладает?
Мысли скакнули к Осаму и Ацуши похвалил себя за то, что сообразил отказаться участвовать в игре Дазай. Не хотелось выставить себя дураком на потеху мужчине. Всё-таки, ему еще расти, и расти, как сыщику.
Когда они вышли под прямые солнечные лучи, Осаму повернулся к напарнику и сказал:
– Возвращаемся в офис, завершим свои отчеты и покончим, наконец, с этим делом, согласен? Я всё расскажу.
– Идем, Осаму, – сказал Ацуши, специально акцентируя интонацию на имени детектива – непривычно строгим был облик его пары, хотелось вернуть ему игривость.
– Ацу-чан, – серьезность тут же слетела с Дазая, а улыбка украсила и без того обворожительное лицо. Он протянул руку, за которую младший детектив сразу же ухватился. И они пошли к автобусной остановке.

*****************************



(1)Ицуке Коидзуми – отсылка к персонажу фэндома Меланхолия Харухи Судзумии - Ицке Коидзуми.


ОГЛАВЛЕНИЕhttps://blog-house.pro/kanime/post-123013/

Kanime, сообщество «kanime»

14 глава. Решение.

Солнце уже садилось, когда они вышли из подъезда. Выражение лица Осаму кривилось в раздражении. Ацуши в нерешительности переступал с ноги на ногу в трех шагах от наставника, не рисковал нарушить установившееся молчание.
Дазай сам нарушил тишину, пробурчав под нос:
– Парочка идиотов.
– Дазай-сан, что будем делать? – с сомнением спросил Накаджима. Время уже клонилось к ночи и он не был уверен в том, что идея заявиться к Катаю Таяма – хорошей. Поэтому спрашивал Осаму, как более старшего детектива.
Тот странно на него глянул, как будто изумленно.
– Ты часом не приглашаешь меня на свидание?
Ацуши вспыхнул и возмущенно воскликнул:
– Я про расследование. – Глотнул воздуха, когда Осаму заулыбался его смущению, а затем продолжил уже спокойным голосом: – Пойдем к Катаю-сану сейчас или?..
– А чего откладывать? – Хитринки звучали в тембре голоса мужчины, он явно был доволен собой – ему удалось вывести Ацуши из колеи. – Чем раньше он получит доступ к почте, тем быстрее отследить место отправки анонимных писем. Завтра мы точно уже будем знать – кто убийца.
– Но вы же, сказали, что уже знаете, кто…
– У меня есть предположение, но никаких доказательств нет. – Осаму вынул руки из карманов и махнул рукой, чтобы Накажима следовал за ним. Тот, закусив губу, пошлепал следом.
Они сели на ближайший автобус, потом сошли с него, пересев на другой маршрут и спустя около получаса добрались до квартиры, в которой обитал Катай Таяма – лучший в агентстве по части компьютера и его начинки, благодаря своей способности «Футон». Он способен контролировать всю электронику в поле своего зрения в десятки раз лучше и быстрее любого другого человека или одаренного. Нет такой программы, защиты или вируса, которую он не смог бы взломать или деактивировать. Само собой он сможет отследить какие-то жалкие злосчастные анонимные электронные письма «счастья».
Пока они шли Ацуши с теплотой вспоминал, как они с Куникидой-саном помогали Катаю-сану признаться в любви Гин, по иронии являющейся сестрой Рюноске и члену Портовой мафии. А как Накаджима понял: Катай-сан презирает мафию по каким-то своим соображениям – всё равно решился отдать письмо Гин, посчитав, что даже её членство в мафии не может стать препятствием истиной любви. Известное дело – ничего у него не вышло…
От этих мыслей Ацуши стало грустно, взгляд упал на спину впереди шагающего мужчины. В горле образовался комочек. Он ощущал некоторую картинность – нет, не стороны Осаму, со своей стороны. Как будто он намеренно тянет с ответом, когда и так всё ясно. Делает это исключительно из-за собственной нерешительности, из-за страха. Страха перемен и неизвестности на той тропе, на которую Дазай зовет его вступить.
Ацуши мало что понимает в отношениях или как их надо строить. Или что происходит между парой наедине – нет, он догадывался, но всё же, не был до конца уверен...
Здесь он вспоминает поцелуй и снова вспыхивает в смущении – его никто и никогда не целовал до Осаму. Чего уж там, даже родительской ласки он не знает (в приюте ему доставались лишь крики, да тумаки), тем более сложно рассуждать о понимании взаимоотношений в паре, как между супругами.
Мысли застопорились на этом слове «супруги» и сознание выдало образ расслабленно Дазая стоящего в переднике возле плиты, жарившего им завтрак. Он поворачивается и говорит: «С добрым утром, Ацу-чан».
Нутро Накаджимы наполняется теплом и улыбка расцветает на его губах, когда он представил себе эту картину.
– Что такое? – внезапно спросил предмет его мечтаний.
Розовые и без того щёки налились краснотой еще сильнее, как будто его поймали на горяченьком.
– Ничего. – Рьяно отводя взгляд, стараясь говорить ровным голосом. – Всё в порядке.
– Ну-ну. – Не поверил его ответу Дазай, внимательно вглядываясь в юношу.
Рассматривая носки собственных ботинок и вслушиваясь в дыхание человека рядом, Ацуши вдруг понимает, что хочет этого: он хочет Дазая и эти отношения. Ему страшно, когда он думает об этом, но душа дрожит в нетерпении, а страх уже кажется мелочью – просто частью взросления. Черт возьми, ему ведь уже 18, почему бы не испробовать и эту сторону жизни? Ведь это не будет бессмысленным романчиком на один раз – всё всерьёз. Дазай ведь предлагает взрослые серьезные отношения? Он иногда похож на ветреника, когда предлагает случайным девушкам двойное самоубийство. Однако теперь Ацуши знает причину и смутно понимает: зачем Осаму подходит с такими предложениями к той или иной женщине.
Его радует мысль о том, что Дазай не смотря на свои странные развлечения, никому из них не выказывал симпатии. Это грело душу.
– Может, пойдем? – говорит Ацуши, когда щеки перестают гореть, и он поднимает голову, отрывая взгляд от своей обувки.
Они остановились, немного не дойдя до многоквартирного здания, в котором обитался нужный им одарённый, внезапно встав посреди пустой детской площадки.
– О! – выдохнул Осаму, на его устах появилась улыбка. Ацуши она не была знакома – он много разных оттенков в них ловил прежде, однако эта была какой-то иной. В глубине, которой скрывалось что-то особенное. Чему Накаджима еще не дал название.
Мурашки забегали по позвоночнику.
– Идем, – сказал бывший мафиози, он изящно подал руку Ацуши. Испытующе следя за выражением лица младшего детектива.
Он не мог понять, как Дазай так быстро всё понял. Неужели он слишком откровенно пялился? Это глаза его выдали? Или улыбка? А может мимика лица?
Дазай задал вопрос: беззвучно, без слов. Принять его руку все равно, что сказать «да». Ацуши со всей серьезностью осознавал важность ключевого момента. Этого самого момента. Он не думал, что внезапно всё решить для себя. И конечно он не знал, что Осаму поймет это и тут же среагирует. Юный член детективного агентства не понимал: как устроено сознание Осаму, как он мыслит. Насколько же у него развита дедукция и логическое мышление? А также способность замечать малейшие детали…
В любом случае, он краснеет, как маков цвет, когда заставляет себя не отвести взгляда от лица Осаму, вкладывает свою дрожащую ручонку ему в ладонь. Лицо Дазая вмиг преображается, как будто светлеет, наполняется калейдоскопом светлых чувств. Незнакомая улыбка преображается в ослепительную, полную радости и как будто счастья.
И он уверенно сжимает пальцы – Ацуши чувствует твердость и чужое тепло. А затем он дергает парня на себя и осторожно заключает в объятья, медленно, словно говоря: «ты еще можешь убежать». Ацуши не хочет, поэтому подается в руки Осаму и утыкается носом в ключицу мужчины, вдыхая его запах.
Дазай судорожно переводит дыхание, что откровеннее всех слов кричит о скрытом напряжении, которое быстро отступает с прижимающимся тельцем к его вздымающейся груди.
– Ацу-чан, – шепчет он в ухо второму. – Уверен? Назад дороги не будет – я тебя не отпущу.
Он чувствует его дыхание, биение его сердца, тепло тела – всё это рассказывает больше, чем любые слова Дазая. Искренность языка тела. Сердце наполняется любовью, а к конечностям приливает жар.
И трепетно также шепотом отвечает:
– Да, уверен. Я х-хочу этого.
Тот громко выдыхает и не спеша приподнимает подбородок юноши, чтобы оставить мимолетный благодарный поцелуй.
Почему-то здесь и сейчас Ацуши понимает значение слова «любовь», как будто только сейчас он со всей полнотой познал его суть, в чем заключается его секрет; словно прежние рассуждения наполняются новым истинным смыслом.
Дазай касается его нежно, не пытаясь углубить поцелуй – лаская кончиком языка только мягкость округлых губ. Юноша неосознанно приоткрывает уста, но Осаму отрывается, от него шепча:
– Чертёнок, не провоцируй. Место не очень подходящее.
Ацуши распахивает глазищи и осоловело хлопает ресницами, пытаясь припомнить, когда же он успел сомкнуть глаза. Слова Осаму смущают его, заставляют зардеется. Однако на душе хорошо, и отчего-то тело расслабляется – собственное решение и поступок Дазая отпустили сомнения и тревоги. Словно всё происходящее – правильный ответ, как будто, так и должно было случиться, будто всё заранее предрешено. А они только последовали по предначертанному им пути, принимая судьбу.

ОГЛАВЛЕНИЕhttps://blog-house.pro/kanime/post-123013/

Kanime, сообщество «kanime»

13 глава. Тайна прошлого.

– Как вы узнали, что я у Таке-чана? – первым прервав молчание, осведомился Рокудо-младший, он цеплялся за запястье своего парня. Сасаки разместился на мягком подлокотнике кресла Юкио – всё ещё держал того за руку. Плечи его были напряжены, и он с настороженностью глядел на Дазая – вся поза заявляла об оборонительной позиции.
– О! Это было очевидно, даже слишком, – отозвался Осаму с невинной улыбкой. – Ваши дедушка и бабушка – очень доброжелательные люди, они можно сказать «вас сдали». Делясь некоторыми подробностями вашей школьной жизни и первой влюбленности.
Глаза Юкио широко распахнулись, когда он осмыслил ответ и в смущении отвел взгляд, что-то пробурчав себе под нос о «несносных» родственниках.
– Для меня только остается загадкой, почему ваш дядюшка не отыскал вас самостоятельно. Что может быть проще: найти вас у вашего парня. Это, как искать дерево в собственном саду.
Мысленно Ацуши согласился со словами наставника, Юкио можно сказать спрятался прямо под носом Рокудо-старшего – на деле оказалось одновременно глупо и гениально.
– Он был отстранен от дел семейных, много лет не общался с дедушкой и бабушкой. А я не настолько глуп, чтобы докладывать ему о своей ориентации или о том, что нас с Такеши связывает, помимо школьной дружбы.
Дазай переглянулся с Накаджимой и чуть приподнял бровь, на что тому крайне сильно захотелось закатить глаза, но он сдержался – намек был понятен, пришла его очередь задавать вопросы.
– Просветите нас Юкио-сан зачем вам прятаться? И скрываться от родственников? В частности от Ториямы-сана, – спешно подбирая слова из головы, спросил Ацуши, привычным движением извлекая из кармана свою уже довольно потрепанную тетрадку.
– Это долгая история, она затрагивает моих родителей.
– Просто расскажите, что случилось. С самого начала.
Парень пуще прежнего сгорбился и крепче сжал руку Такеши – она даже побелела, но тот ничего не сказал, даже не поморщился – только продолжал обеспокоенно взирать на Рокудо-младшего.
– Расскажи им Ю-тян, – тихо прошептал тот. – Они, возможно, смогут помочь. Да и вечно прятаться ты не сможешь…
– Как будто я сам этого не понимаю, – отозвался он. – Да и чего толку тянуть резину…
Ацуши тактично решил помалкивать, давая возможность парочке переговорить и собраться с мыслями, чтобы Юкио взял себя в руки и решился открыться. Дазай тоже молчал, по его внешнему виду нельзя было сказать: о чем тот сейчас думает.
Юкио и Такеши еще несколько минут тихо перешептывались, а потом парень выпрямил спину и поднял голову.
– Я всё расскажу.
– Спасибо за доверие, – вежливо сказал Ацуши.
Юноша глубоко вздохнул, а потом выдохнул, начиная свою историю:
– Пару месяцев назад, когда я оканчивал университет, буквально накануне получения диплома – я получил анонимное послание. Мне на электронную почту пришло сообщение, в котором утверждалось, что мои родители погибли вовсе не случайной смертью – их убили. И убийца, точнее заказчик – это брат моего отца, мой дядя Торияма. А еще там были прикреплены отсканированные документы о вскрытии – настоящие, а не те, которые выдали на руки родственникам и сообщили прессе. Никакого опьянения у них не было, они не справились с управлением, потому что внутри машины что-то повредили.
– Но разве вы не были тогда вместе с ними в машине, разве вы не являетесь свидетелем тех событий?
– Я ничего не помню, – сглотнув ком в горле, ответил он. – Этот кусок памяти просто стерся из моей головы. Врачи говорили, что так мое подсознание заблокировало страшные воспоминания, которые могли травмировать психику. Я даже не помню, как оказался на обочине и почему не погиб вместе с ними. Я… я… – он замолчал, потому что не мог дальше продолжать. Эмоции взяли вверх, и юноше потребовалось несколько минут, чтобы успокоиться.
– Ему бы не повредило выпить чего-нибудь горячего, – предложил Осаму. – Чай к примеру.
Такеши заторможено взглянул на детектива и кинул.
– Вы правы, – сказал он и с трудом отпустил руку Юкио, вышел из комнаты, чтобы вернуться с кружкой ароматного чая, передал её своей паре. – Выпей, согрейся. Ты дрожишь.
– С-спасибо, – слабым голосом поблагодарил тот, нерешительно сделав глоток.
Честно говоря, Ацуши и сам бы не отказался от чая, но Сасаки-кун видимо не собирался проявлять гостеприимство к незваным гостям, которые вскрывали старые раны его половинки.
Сделал еще один глоток, Юкио снова заговорил.
– Я не мог поверить этой анонимке, после получения диплома не находил себе место. Изначально я не планировал работать в театре дяди, но когда сомнения взяли вверх, я решил, что должен воспользоваться удобным случаем. Краем уха я слышал о новом заказе и о молодом актере на главную роль – это был моим шансом, чтобы сблизиться с дядей.
– А как так вышло, что Такеши-кун уже служил в театре на должности помощника костюмера? – поинтересовался Осаму.
– Пару лет назад скончался мой отец, – вместо Рокудо-младшего, ответил Сасаки. – А моя мать снова захотела выйти замуж. Мне предоставили выбор уехать вместе с ней и отчимом из страны или остаться. Я остался, что значило автоматически взять ответственность за свою жизнь и её обеспечения. Ю-тян просто сказал мне о свободной вакансии, когда я искал работу. Мне повезло – я умел немного шить. Меня взяли с условием, что я окончу курсы кройки и шитья. Честно скажу: конкурентов у меня не было.
– Юкио-сан?
– Всё так, – подтвердил он, чуть улыбнувшись своему ухажёру. – Я тогда только поступил в университет, мы вместе приехали из родной деревни. Я и Такеши. На дядю было возложено встретить меня и устроить жить в съемной квартире, ему тогда кто-то позвонил – по-моему, это была девушка, она уволилась и открылась вакансия, которую сейчас занимает Такеши. Я просто услышал и передал это Таке-чану. Специально я ничего не делал.
– Вот как, – сказал Дазай, у него был задумчивый вид. – Пожалуйста, продолжайте.
– Да, – кивнул Рокудо-младший. – Меня взяли на главную роль, и я принялся готовиться, потом была первая репетиция. И одновременно это была годовщина смерти моих родителей. А дядя совершенно этого не помнил, когда я вскользь это упомянул. В любом случае у меня было дурное настроение тогда, не только из-за дяди, но и из-за своих коллег на сцене – высокомерные индюки. Да и трагическая дата давила на меня – после репетиции я пошел домой к дяде, решил выяснить: правда ли то о чём мне прислали в анонимном письме или нет. Я специально даже распечатал его и дополнительные документы. Пришел к нему и… – он сглотнул, отводя взгляд. – В-общем, я вспылил и всё вывалил на него, думал: он начнет меня переубеждать и скажет – всё это чушь и клевета. А он взял и подтвердил мои обвинения. Более того, поделился подробностями – отзываясь о моих родителях в нецензурной форме. Лютая ненависть была в его глазах, когда он смотрел на меня. Говорил, что я – вылитая мать. Женщина, которая отвергла его, предпочтя другого из братьев; более успешного, одаренного талантами и прочими достоинствами. Как я понял, он завидовал успеху брата, а также тому факту, что дед собирался отдать театр моему отцу – похоже, это стало для него последней каплей, именно этот факт сыграл главную роль в решении покончить с ними.
Потом он пригрозил мне…
– Что? – Подался вперед Ацуши.
– … я не могу это сказать, – его голос становился тише, казалось еще немного и тот начнет всхлипывать. – …он… он…
– Ю-тян, – сказал Такеши, опустившись перед юношей на корточки. – Взгляни на меня, посмотри.
Юкио с трудом заставил себя задержать взгляд на лице Сасаки-сана, глаза его уже покраснели, и вот-вот могла начаться истерика, но сглатывая снова и снова, а также вглядываясь в лицо партнера – он успокаивался, подстраиваясь под дыхание второго. Потом он закрыл глаза и уткнулся носом в плечо Такеши, ища поддержки.
– Всё хорошо, всё хорошо, – тихо шепча на ухо, повторял тот, обняв свою половинку, ласково поглаживая по растрепанным волосам.
Ацуши чувствовал себя не в своей тарелке – они с Дазаем явно были лишними свидетелями развернувшейся сцены. Она казалась какой-то личной не предназначенной для посторонних глаз. Накаджима отвернулся и поймал завистливый взгляд Осаму, который превратился в невеселый, когда тот повернулся к нему – всего секунду длилось это действо. Однако Ацуши успел разглядеть болезненную тоску. Он почувствовал себя еще неуютней, потому что прекрасно осознавал причину направленного на него взора.
Вскоре Юкио отстранился от своего парня и продолжил рассказывать, когда тот вернулся в исходную позицию – усевшись на подлокотник кресла Рокудо-младшего.
– Извините, – сказал тот, одним глотком опрокинув в себя остатки чая.
– Мы понимаем, – вежливо ответил Ацуши, всеми силами пытаясь игнорировать давление от направленного взгляда Осаму. – Можете продолжить?
– Да, – тот кивнул. – В-общем он… Он угрожал мне. Он не просто хотел меня убить – нет. Он с пеной у рта кричал, что наймет людей и те… Мало того, что и-изнасилуют меня, но и будут накачивать наркотиками – снова и снова, пока я не умру от передозировки…
Я был страшно напуган. И не мог не верить его словам – слишком открыто дядя говорил, откровенно и блефа в его голосе не звучало. Он явственно показал свое истинное лицо. Я оттолкнул его от себя и сбежал. Мне собственно некуда было идти, да и еще тогда я не шибко-то соображал, как правильней поступить – просто заявился к Таке-чану.
Сасаке грустно улыбнулся.
Осаму вдруг подал голос:
– Но ведь это еще не всё?
Юкио удивленно вскинул голову, а потом, закусив губу, нерешительно перевел взгляд в лицо Такеши-куна, тот подбодряющее кивнул ему.
– Всё верно. Позавчера снова пришло анонимное письмо, в котором некто заверял меня, что всё знает и обещает разобраться с дядей. А на следующий день я узнаю о смерти дяди Ториямы – это стало шоком…
– У вас нет предположений, кто это может быть? – Чуть склонив голосу, прищурил глаза Дазай.
– Ни малейшего.
Ацуши знал, что надо делать дальше, поэтому говорит следующее:
– Вам придётся дать свой логин и пароль к электронной почте. Письма – они сохранены?
– Но…
– Вы же понимаете, что единственное доказательство ваших слов на данном этапе расследования – это те самые анонимные письма, на которые вы ссылаетесь.
– Вы, что его подозреваете? – вспылил вдруг Такеши, он резко поднялся на ноги.
– Не надо, – сказал Юкио. – Я дам вам всё, я сохранил их вкладке «Полученные».
– Ю… – Такеши опустил плечи, а потом переведя дыхание, вышел из комнаты. Через минуту он вернулся с блокнотом и ручкой, передал предметы Рокудо-младшему.
– Спасибо, – ответил он и, открыв блокнот, вырвал листок, на котором написал: то о чём попросили детективы; встал и передал его Дазаю.
– Благодарю, – чинно отозвался Осаму, он поднялся. – Мы проверим эти письма. Прошу вас оставаться у вашего друга и если вдруг что-то случиться – возьмите нашу визитку. – Он положил её на ладонь Юкио. – Как только что-то узнаем – сразу же с вами свяжемся.
Ацуши последовал примеру наставника и встал на ноги, первым покидая комнату. За ним следом вышел Осаму. Они быстро обулись и покинули квартиру Сасаки-сана.
Прежде, чем Такеши закрыл за ними дверь, он сказал:
– Извините меня за утро и мой обман.
Ацуши покачал головой «мол, не надо – мы все понимаем». Однако Осаму ответил более холодно:
– Юкио-кун находится в сложной ситуации. Возможно опасной. Ваши действия были неразумны.
– Поэтому я... – он хотел было продолжить.
– Не нужно, – остановил его бывший мафиози, корпусом повернув в противоположную сторону от лица Такеши и встав рядом с лифтом. – Лучше было бы придти с этим в полицию на худой конец, а не играть в прятки, будто дети. Честно скажу: вся история звучит нелепо.
– Но это – правда, – крикнул он, лицо его потемнело от гнева. – Да и зачем нам…
Лифт подошел, и открылись створки двери.
– Очень скоро мы во всём разберемся, – сказал Осаму, заходя в лифт, Ацуши юркнул следом. Они так и не услышали, что ответил им на это Такеши-кун – створки заскрипели и закрылись.

ОГЛАВЛЕНИЕhttps://blog-house.pro/kanime/post-123013/

Kanime, сообщество «kanime»

12 глава. Продвижение в расследовании.

Осаму притащил его в местное кафе (находящееся через два дома от нужного им строения) под простым, изящным названием «Орандж». В помещении кроме них оказалось мало народу, из семи столиков были заняты только два: за одним находился студент, читающий какой-то учебник, попеременно – то, хлебая кофе из чашки, то что-то выписывая из книги; за вторым ворковала парочка женатиков, кажется, они праздновали первую годовщину свадьбы – женщина активно ластилась к супругу.
– Дазай-сан, вы тут уже бывали? – спросил Ацуши так как был поражен тем, что напарник знал об этом заведении и так уверенно привел его сюда.
– Нет, – ответил Дазай, направившись к дальнему столику в углу рядом с высоким растением в кадке. – Я приметил его, когда мы проезжали мимо на автобусе.
Когда они разместились, к ним подошла официантка, протягивая брошюры с коротким меню. Она приветливо улыбалась новым клиентам высокая и стройная с короткой стрижкой.
Накаджима быстро просмотрел список блюд, и, заметив среди них отядзуке(рис, политый зелёным чаем) облизнулся, собираясь полакомиться любимым блюдом.
– Отядзуке и холодную воду, – сказал он, возвращая меню девушке.
Пока она записывала себе в блокнот – Осаму тоже определился с выбором, заказав мясной рамён и чёрный кофе. Всё записав, предупредила что нужно немного подождать и ушла.
– Итак, – начал разговор Осаму на этот раз он не стал снимать свой плащ – в помещении было достаточно прохладно из-за кондиционера, работающего на полную мощность. – Что скажешь о нашей находке?
– Вы о Рокудо-младшем? – на всякий случай решил уточнить парень, вытянув ноги под столом.
– О нём самом.
– Вы с самого начала подозревали, что он у Такеши?
– Был почти уверен, – признал тот, положив руки на стол. – Очень удивился бы, если бы это было не так. Опекуны парня прекрасно были осведомлены о его отношениях с одноклассником.
– Получается, они не были против? Они настолько толерантны? – удивленно пробормотал юноша.
– Дедушка Юкио сказал такую вещь, когда я напрямик спросил его об этом: «Если это просто блажь, то побалуется и когда придёт время найдет себе девушку. Но если это в серьез, то значит – он просто такой. И с этим ничего не поделаешь. Мы его слишком любим, чтобы не принять такого, какой он есть».
– Он мудрый человек, – промолвил Ацуши, уныло подумав о своей безродной судьбе и ужасной жизни в приюте. Как бы его жизнь изменилась, если бы его растили настоящие родители в теплом семейном кругу?
Тут к их столику подошла официанта, она принесла напитки – воду для Ацуши и горячее кофе Дазая.
Хлебнув из стакана, Накаджима размышлял о мотивах Рокудо-младшего: в чём причина его побега? Что там случилось?
– Дазай-сан, – начал юноша, – как вы думаете, Юкио может быть замешен в убийство господина Ториямы? Не просто быть причастным к этому, но и…
– Почему ты так думаешь? – вместо ответа осведомился второй, он смаковал свой напиток. Он понимал, почему Ацу-чан не решился закончить свое предположение.
– В начале расследования я нашел его страницу в интернете, в одной из социальных сетей. В день исчезновения он запостил странное, пугающее сообщение.
– А! Ты про фото надгробного венка и слов о ложной вине, – догадался мужчина, он поставил чашку на стол, и, взяв в руку чайную ложку, принялся мешать содержимое. – И?
– Так вы знали? – расстроено сказал тот, надув щеки в возмущении. – Почему вы мне не сказали? Как и о Сасаки Такеши.
– А сам? – Подняв на него взгляд, любуясь надутой мордашкой. – Ацу-чан? Просто закончи свою мысль и тогда я отвечу, хорошо?
Юноша, еще немного подувшись, все-таки кивнул и вернулся к своим мыслям.
– Я подозреваю Юкио в смерти его дяди. Всё это странно выглядит: побег, убийство Рокудо-старшего, странный пост в интернете, который более чем явно намекает о погибших родителях парня. Я еще не вижу четкого мотива, но он определенно есть. Действительно ли отец и мать Рокудо-младшего погибли в случайной аварии?
Дазай одобрительно улыбнулся и добавил к рассуждениям напарника следующее:
– И не забудь о чуднóм обстоятельстве: в то время как его родители разбились на смерть, Юкио в свою очередь не получил никаких тяжелых травм, лишь несколько царапин. Согласись, это звучит странно.
Ацуши погрузился в свои раздумья, но мгновением позже спохватился, когда осознал, что Дазай ловко отвлек его, сменив направление его мыслей, так и не дал объяснения на упреки юноши.
– Вы так и не ответили… – Накаджима прямо посмотрел в глаза наставника. – Почему вы не делитесь важными элементами расследования?
– Я привык работать один, – повинился тот, он не стал отводить взгляда. Казалось, он наслаждался вниманием подопечного. – И если ты не будешь задавать правильные вопросы, я не смогу ответить – так как не всегда помню, поделился ли я тем-то и тем-то или же нет.
– И только-то?
– А чего ты хотел? Может быть, я и создаю впечатление личности с высоким уровнем интеллекта, однако я всё еще остаюсь человеком со своими недостатками, – произнес он, на его губах проскользнула всего – лишь на миг печальная улыбка.
На этом их разговор закончился – девушка принесла заказ, и они принялись поглощать пищу. Ацуши рад бы продолжить разговор, но Осаму отчего-то не стал поддерживать беседу – полностью уйдя в свои безрадостные думы, – мимика его лица говорила за себя. Он нехотя ковырялся палочками в миске, изредка наклоняясь, поглощая длинные полоски лапши. Из-за этого Накаджима чувствовал себя неуютно, а также ощутил толику вины – именно из-за его слов Осаму ушел в себя, по-видимому, вспоминая или думая о невеселых вещах.

***
Оставшееся время до срока, который установил для них бывший мафиози прошел в гнетущем молчании, после того как они расплатились в кафе и вышли, тем же путем вернулись во двор многоэтажного здания, примостившись на одной из лавочек, принялись ждать.
Когда время настало, Дазай встал и поманил за собой Накаджиму, вдвоем пройдя в подъезд, подошли к лифту, поднялись с его помощью на седьмой этаж, и взяли путь к квартире 303.
– Звони, – сказал Осаму, он встал в расслабленную позу, спрятав руки в карманы плаща – весь его вид излучал уверенность, практически безмятежность. Ацуши даже вздохнул с облегчением: Дазай вернулся к своему обычному образу; юноше очень хотелось верить, что это действительно так, а не маска ради дела. Его беспокоили эмоции мужчины, а особенно то, что именно он стал катализатором отстранённости, некого отчуждения. Что за струну в душе Осаму он задел?
– Динь-дон, – прозвучал звон старинного звонка, когда парень выполнил просьбу напарника.
Юноша был взволнован предстоящей встрече с Рокудо Юкио, что значило практически сделать гигантский шаг в понимании сути расследования. Возможно сегодня, или – нет, даже сейчас, – они поймут всю соль проблемы и смогут распутать клубок из секретов.
На обшитой сталью двери глазка не наблюдалось, поэтому детективы не беспокоились, что взглянув в оный – Такеши проигнорирует незваных «гостей».
Послышались шаги, а затем голос спросил через запертую дверь:
– Кто там?
– Откройте, – попросил Дазай с улыбкой на устах, она предала словам доброжелательное звучание. – Мы с вами сегодня виделись, мы из детективного агентства.
– Что вам нужно? – грубо спросил Такеши, который явно не собирался так просто сдаваться. – Разве я уже не дал свои показания? Что ещё вам от меня надо?
– Возникли новые обстоятельства, – ровно продолжил разговор Дазай, он зачем-то подмигнул Ацуши, который стоял рядом и источал тревогу, предательски закусив губу и нервно сжимая и разжимая пальцы.
– Я ничего не знаю, – слова прозвучали более грубо, чем предыдущие. – Уходите.
– Я прошу вас, откройте двери. По-хорошему прошу, – предупреждающе промолвил он. – А иначе…
– Что? Что будет? Вы мне угрожаете?
– Ах, что же делать? – как, будто сам у себя спросил Дазай, картинно вздохнув. – Так не хочется вмешивать в наше расследование полицию, но без них, видимо, ни как…
– Да как вы… – возмущенно воскликнул Сасаки-кун из-за двери.
Ацуши наконец решил вмешаться в беседу и выдал:
– Мы знаем, что Рокудо Юкио сейчас находится в вашей квартире. Вы действительно хотите, чтобы мы вызвали парочку инспекторов? Такеши-кун, они не настолько сердечные, как мы – вам вполне могут впаять реальный срок за сокрытие разыскиваемого, – чуть лукавя, пригрозил Ацуши, секундой позже слегка смутившись, направленного на него одобрительного взгляда Осаму.
За створкой двери смачно матернувшись Такеши невнятно что-то сказал, а потом вставил ключ в замок и отпер дверь, всем своим видом источая недовольство, на лице присутствовала кислая мина.
– Ваша взяла, заходите, – посторонившись, сказал он.
Первым в дом вошел Дазай, за ним следом Ацуши, вежливо промолвив:
– Простите за вторжение.
На что парень лишь тяжко вздохнул и закатил глаза.
– Обувь поставьте сюда, – велел он, вытащив из ящика комода (который четко стоял напротив вешалок) две пары гостевых тапочек. – Держите.
– Спасибо, – поблагодарил его Накаджима, скидывая свои ботинки.
Дазай просто кивнул, следую примеру подопечного.
После этого он вольготно вошел в открытую комнату, не дожидаясь приглашения хозяина дома. Ацуши извиняющее улыбнулся Такеши, последовал за наставником. Сасаки-кун вошел сразу за ними.
Комната была крошечная, но светлая. Стены оклеены цветочными обоями, интерьер соответствовал прошлому веку – мебель старая, хоть и в хорошем состоянии. Пара кресел, кофейный столик и телевизор, на потолке винтажная люстра. Всё это говорило о том, что квартира съемная (мебель явно шла в комплекте с жилплощадью) и хоть Сасаки тут проживал, настоящим хозяином помещения он не был. Какой молодой парень станет обставлять свою берлогу так? Хотя разных чудиков на свете много и всякое может быть… (Ацуши решил не делать поспешных выводов).
– Ну, здравствуй, Рокудо Юкио, – поздоровался Осаму со сгорбившимся юношей, съёжившимся в глубоком кресле в углу комнаты рядом с окном. Он был бледен до синевы и в ужасе взирал на вошедших незнакомцев.
– Кто вы? – вместо приветствия спросил он.
Ацуши пользуясь моментом, решил его осмотреть, припоминая заносчивость юноши на той фотографии, которую им предоставила полиция. Сейчас Юкио представлял собой стройного худощавого парня, пшеничные волосы были стянуты на затылке обычной резинкой для волос. Ноги босые, на бедрах джинсы, на плечах футболка на два размера больше, – возможно одежда его бойфренда. Лицо болезней бледности, под глазами черные круги.
– Ваше дело было переведено из полиции по просьбе вашего покойного дяди господина Рокудо, мы детективы из «Вооруженного детективного агентства». Я Осаму Дазай, – представился он. – А это Ацуши Накаджима. – Кивок в сторону подопечного. – Нас наняли, чтобы разыскать вас. – После чего он поспешно добавил, повернувшись корпусом к Такеши-куну. – Кстати, можем ли мы?..
– Конечно, располагайтесь, – выдавил из себя тот, обойдя Ацуши и Дазая направившись к Юкио, оказавшись рядом взял того за руки и крепко сжал, выражая поддержку.
Дазай кивнул в благодарности и примостился в соседнее кресло, Накаджиме ничего другого не оставалось, как занять краешек дивана.


ОГЛАВЛЕНИЕhttps://blog-house.pro/kanime/post-123013/

Kanime, сообщество «kanime»

11 глава. Рокудо Юкио.

Бывший мафиози, член портовой мафии, коем когда-то являлся Осаму Дазай, обладал обширными познаниями в профессиональной слежке. Ацуши в толк не мог взять, когда мужчина умудрился прикрепить к парню, за которым они сейчас следили жучок. По нему можно было отследить его место нахождения, а также он фиксировал звук. То есть они не только видели на экране консоли, куда перемещается Такеши-кун, но и слышали все его разговоры с другими людьми.
Купив в ларьке две бутылки охлажденной воды, Накаджима вернулся к Дазаю, который вставив наушник себе в ухо, разместился в тени отцветшей яблони. Они находились на северо-западе от центра города, в спальном районе, на первом кольце перекрестка. Вдоль велосипедной дорожки стояла цепочка лавочек, на одной из них они и расположились.
По результатам наблюдения выходило следующее: Такеши-кун покинув их после беседы-допроса, отправился к своему знакомому, судя по их краткому разговору – парень возвратил ключ от запасного выхода кому-то из персонала. Дальше он сел на автобус проехал остановок пять по 37 линии до дома Шибуя Мусаши, лучшего друга убитого владельца театра. Он что-то ему отдал, по-видимому, какие-то документы. Именно Шибуя-сан и отправил его посетить место работы, они немного поговорили о рабочих моментах, а также вскользь обсудили внезапное убийство. Мусаши был явно расстроен трагической смертью лучшего друга, говорил слабым надрывным голосом. Такеши-кун тяжко вздохнул и пожаловался главному режиссеру о необходимости искать новое место работы.
О том, что он встретил детективов и дал свои показания Сасаки Такеши и словом не обмолвился, когда их беседу прервал кто-то из родственников Шибуи-сана – они чинно попрощались, а Мусаши напомнил, что расчет можно будет забрать в бухгалтерии в конце недели. На том и закончилась их встреча.
После, парень долго стоял возле супермаркета в том же районе, по всей вероятности о чем-то размышляя. Звуки, доносившиеся из динамиков, сообщали немногое – голоса прохожих, звуки машин, да шорох листы из-за ветра. Он просто стоял, не двигаясь.
Дазай даже успел выпить принесенную Ацуши воду и захотел чего-нибудь съесть. Однако они опасались упустить юношу, поэтому Накаджима сбегал в тот же ларек и купил уличную еду сомнительного вида. Он даже рискнул воспользоваться своим усиленным обонянием, чтобы почувствовать, что листья салата хоть и пожухли, но еще не испортились и отравление им не грозит, если они сейчас перекусят этой снедью.
Как раз когда Осаму доедал свой паек, Такеши сдвинулся с места и вошел-таки в супермаркет, возле которого простоял недвижимо без малого тридцать четыре минуты. Еще минут пятнадцать шарился по закоулкам магазина, потом еще минут пять стоял на кассе, рассчитываясь за покупки. Затем шурша пакетами, вывалился на улицу и зашагал к автобусной остановке.
Тогда Осаму встал и потянул за собой напарника, они находились в том же районе, что и Сасаки-кун, только в самом начале, на первом кольце перекрёстка, в то время, как парень ближе к концу, на третьем кольце.
– Дазай-сан? – сосредоточенно спросил юноша, шагая за наставником.
– Он сейчас сядет на 53 маршрут.
– Откуда…
– Он живет по этой линии, – ответил мужчина, держа перед собой прямоугольный экран небольшой консоли. – Еще вчера пересмотрел все адреса и сверился с автобусными маршрутами.
Они подошли к пешеходному переходу, горел красный. Небольшая толпа людей, к которой присоединились наши детективы.
– Что будем делать? Тоже сядем в автобус? – Юноша чувствовал ажиотаж, сердце в волнении заколотилось, а грудную клетку сдавило предвкушение.
– Нет, разумеется, – Дазай оторвал взгляд от экрана и бросил его на Ацуши. – Он нас сразу заметит, у нас выделяющаяся внешность.
– Тогда?
– Погоди минутку, – расслаблено попросил мужчина. – Не беспокойся, никуда он от нас не денется.
Загорелся зеленый сигнал – люди пошли по переходу, Осаму и Ацуши следом за ними, переместились на противоположную улицу, пошли вперед. Дазай шел не спеша, прогулочным шагом. Юноше же приходилось подстраивать шаг, заставлять идти себя степенно. Он преодолевал желание куда-то нестись, что-то делать.
Так они и подошли к нужной остановке, консоль показывала: Сасаки-кун уже находился в автобусе и благополучно направлялся в родные пенаты.
– Ацуши, – позвал его напарник.
– Да?
– Давай зайдем за угол, – предложил мужчина.
Юноша удивленно вскинул голову, услышав слова Дазая.
– Сейчас его автобус пройдет, не хотелось, чтобы он нас заметил, – пояснил Осаму, не удержавшись от улыбки. – Сядем на следующий.
Поняв задумку наставника, Накаджима кивнул, и они быстро юркнули в ближайшую щель между двумя домами. И вовремя, транспорт подошел к толпе людей. Дазай не отрывал глаз от консоли. Ацуши нервничал стоя боком к нему. Очень скоро многие вышли, а другие вошли в душный автобус, полный народу. Через минуту тот тронулся, а наши детективы вышли из своего укрытия и встали на пустую остановку.
– Ждем пятнадцать минут, – предупредил его Дазай. – Мелочь есть?
Ацуши снова кинул.
Через указанное время подошел второй автобус нужного им маршрута, сев в него и заплатив за проезд, вышли через 7-8 минут на той же остановке, что и преследуемый ими парень. Дазай повел Ацуши к дому Сасаки Такеши, он выключил и убрал консоль, больше уделяя внимания голосам в наушниках. На его устах блуждала лукавая улыбка. Она раззадоривала интерес юноши, однако он силой воли держал свою заинтересованность при себе.
Они немного поплутали по дворам, скоро вышли к нужному строению. Многоэтажное здание старого типа, в одной из квартир которого поселился важный для расследования человек. Когда они уже были рядом с нужным подъездом, Дазай внезапно остановился, и вынул один из наушников, поманив Ацуши к себе.
– Быстрее Ацу-чан, – поторопил его напарник, когда юноша поспешно взял протянутый предмет и всунул динамик себе в ухо.
– …то? – услышал он голос незнакомца. – О чём вы говорили? Что они спрашивали?
– Успокойся, – сказал голос Такеши-куна. – Давай, я сначала приготовлю ужин, а потом мы поговорим…
– Нет, сейчас, – прозвучало несколько истерично. – Прошу, это важно. Я нахожусь в ужасной ситуации.
– И ты не постеснялся принести свои проблемы ко мне, – немного язвительно отозвался второй. – Хотя о чем я вообще? Когда тебя волновал кто-то, кроме тебя самого?
– Ты не справедлив… – тот другой хлюпнул носом, и остаток слов Ацуши не смог разобрать. – Я всего этого не хотел.
– Господи боже, – устало промолвил Сасаки-кун. – Я понимаю, тебе нелегко. Ты узнал правду о прошлом и так далее. Однако втягивать меня в свои проблемы – это малость чересчур.
– Разве мы не друзья? – жалобно пробормотал второй, его голос звучал отдаленно, как будто он сделал несколько шагов от Такеши. – Разве друзья не должны помогать в трудную минуту?
Парень помолчал мгновение, а затем выдал:
– Но, не рискуя своей свободой или жизнью. И кстати хватит меня провоцировать, несмотря на опасность – я все-таки тебе помогаю, поэтому довольно устраивать мне сцену. Не в состоянии подождать полчаса пока я приготовлю себя поесть? Ю-тян, ты слышал, что я сказал? – Ацуши вздрогнул, когда на него свалилось осознание: с кем все это время разговаривал Сасаки Такеши. – Куда ты?
– Ты прав, – голос Юкио звучал глухо, Накаджиме пришлось усиленно прислушиваться, чтобы разобрать услышанное. – Лучше бы я умер вместе с ними.
– Что ты несешь?
Судя по звукам, парни перемещались из комнаты в комнату.
– Я ухожу и забираю свои проблемы с собой.
– Вперед, – не поддался первый. – Каждый день одно и тоже. Ведешь себя, как ребенок. И почему я все еще не сдал тебя?
Внезапно все шумы прекратились, и наступило молчание. Затем в ухе у Ацуши что-то захлюпало, тот даже нахмурился, силясь понять, что происходит.
– Может поэтому? – томно ответил голос Рокудо младшего. На этом месте Ацуши осознал, что, то действие было не чем иным, как поцелуем. Краска тут же распространилась по щекам – Дазай заметив смущение юноши, нахмурился и вынул динамик из ушка подопечного.
– Достаточно, – сказал он.
– Дазай-сан, – в замешательстве проговорил Накаджима – только сейчас заметив, насколько близко оказался к наставнику. Он ощутил дыхание того возле своей ключицы, сам уловив в воздухе приятный специфический мужской запах, который мог принадлежать только Осаму Дазаю. Бывший мафиози рассматривал его горящими глазами, однако попыток коснуться не делал.
Ацуши сглотнул и сделал шаг назад.
– Ацу-чан? – мягкий голос мало вязался с взором мужчины, он прямо пожирал своим взглядом.
– Что будем делать? – юноша постарался принять более деловой вид, отводя глаза в сторону. – Мы нашли Рокудо Юкио.
– Предлагаю сходить поужинать, – промолвил Осаму, вынув из ушей второй наушник и спрятав его в карман.
– Но…
– Они сейчас несколько заняты, – таинственно оповестил его напарник, продемонстрировав пару жестов руками. Ацуши снова вспыхнул, осознав, чем сейчас занимаются та парочка голубков.
– Вернемся часа через два, – заключил наставник, он повернулся к юноше спиной. – Я надеюсь этого времени должно хватит… Очень надеюсь.


ОГЛАВЛЕНИЕhttps://blog-house.pro/kanime/post-123013/

Kanime, сообщество «kanime»

10 глава. Сасаки Такеши.

Они без происшествий добрались до Театра, тем не менее, двери главного входа оказались заперты, поэтому Осаму предложил попробовать через служебный вход попасть внутрь. Ацуши согласился, посему им пришлось полностью обойти здание, прежде чем они увидели нужный им вход, на котором красовалась табличка «Для служебного пользования».
Однако не успели они войти, как дверь распахнулась, и оттуда вывалился парень. Он выглядел взъерошено и хмурился. Ацуши сразу узнал его – это был Сасаки Такеши, в той же одежде, в которой его видели вчера: оранжевая футболка, джинсы, а поверх повязана бледно-розовая рубашка, на ногах кроссовки. За спиной рюкзак.
– Как удачно, – шепнул себя под нос Осаму. – Здравствуй, мы кажется, вчера виделись.
Парень замер, когда увидел парочку детективов, тем не менее, кивнул в приветствии обоим. Потом вышел из здания и запер вход на ключ.
– Мы хотели собрать показания… – начал было Ацуши, однако Осаму вдруг покачал головой и заставил взглядом его помолчать.
– Да? – не расслышав, переспросил Такеши, закидывая ключ в один из многочисленных карманов. – Повторите, пожалуйста.
– Театр закрыли из-за смерти директора? – спросил Дазай, сделав несколько шагов к парню. – Я правильно понял?
Тот враждебно уставился на него и нервно сощурился, однако пересилил себя и промолвил:
– Да, всё так. Временно, пока не решиться проблема с наследованием.
– У господина Рокудо есть наследники?
Такеши пожал плечами:
– Мне-то откуда это знать?
– А как же пропавший племянник? – задал другой вопрос Осаму.
Он ничего не ответил, а также отчего-то отвел взгляд в сторону.
– Вы хотите допросить меня?
– Да, в свете последних событий, – подтвердил наставник. – Сдается мне пропажа юного Рокудо Юкио и убийство господина Ториямы – тесно связано между собой.
– Но я спешу, у меня дела. Я не могу…
– Это не займет много времени, – решил вставить слово Ацуши, он застыл рядом с юношей. – Разве вы не хотите найти Юкио? Мне говорили, что вы с ним хорошо общались. Разве вы с ним не были друзьями?
– Кто… впрочем – не важно… – Он тяжело вздохнул. – Ладно, хорошо. Я согласен.
Такеши подавлено взглянул на Накаджиму, а потом перевел взгляд на Осаму.
– Прямо здесь?
– Знаешь место получше? – доброжелательно спросил детектив, располагающе улыбнувшись.
Тот кивнул и махнул им идти за ним. Они прошли несколько десятков метров, затем свернули к одной из многоэтажек, прошлись вдоль дороги и зашли на пустующую детскую площадку (что было неудивительно, в будний день малыши еще были в своих детских садиках), опустил на ближайшую цветастую лавку.
– Спрашивайте.
Осаму перекинув одну ногу над соседней скамейкой, сел так. Ацуши примостился рядом, скромно сложив руки на колени. Дазай толкнул локтем бок Ацуши, тот подпрыгнул на месте, а потом кивнул, правильно поняв напарника.
– Вы, правда, были друзьями с пропавшим? – спросил Накаджима, вытащив из кармана свою тетрадку: просто, чтобы выглядеть солиднее. Для дела она мало была полезна, Дазай не предупредил его заранее, поэтому придется действовать, как получится.
– Друзьями – это слишком громко сказано, – осторожно ответил Такеши, он взял в руки концы повязанной на бедрах рубашки и начал играть с ними. – Мы неплохо общались, потому что оказались близки по возрасту. Работать в коллективе консервативных стариков – то еще удовольствие. Мы легко нашли общий язык.
– Вы познакомились в Театре? – задал свой вопрос Осаму, его глаза почему-то загадочно сияли.
Сасаки-сан смутился и отвел взгляд:
– Да, именно так.
– Он когда-нибудь упоминал о своих проблемах? Что-то, что может пролить свет на его пропажу? Ничего странного не припоминаете? – Ацуши насторожился из-за реакции парня на вопрос наставника. – О чем вы обычно разговаривали?
– Столько вопрос сразу, – простонал юноша, но ответил: – Обычная болтовня ни о чём, я ничего такого не припоминаю.
– Вы видели его в день исчезновения, 21 июня? Разговаривали?
– Мы немного поболтали утром, когда он приходил, чтобы я снял с него мерки для пошива костюма. Он выглядел собранным и увлеченным постановкой, в которой будет играть главную роль.
– Он был рад главной роли?
– Э-это… сложно, – запнувшись на слове, ответил Такеши.
– Продолжайте, любая мелочь может помочь в расследовании, – подбодрил его Осаму. – Почему «это сложно»?
– Понимаете, – начал юноша. – Другие актёры они, позволяли себе весьма нелестно высказываться о новичке в этом деле. Насмешка над неопытностью. Никто его, конечно, не оскорблял – всё-таки племянник человека, который им платить зарплату. Но всё же, чтобы задеть достаточно парочки ехидных фраз, сказанных в шуточной форме. Он немного переживал, однако заверил меня, что справиться. Достаточно отыграть один спектакль, чтобы заткнуть всем недовольным рты.
– Вы уверены, что никто из них не мог задумать ничего дурного?
– Он был славным парнем, легко располагал к себе. У него может, и была парочка недоброжелателей, но врагов среди них точно не было. Да и зачем им опускать до такого? Всё-таки уважаемые люди, актеры со стажем.
– То есть, у вас нет идей кто или почему похитил Юкио? – спросил Ацуши.
– Ни малейшего, – поспешно ответил Такеши, нервно теребя низ рубашки.
– Что вы думаете о смерти Рокудо Ториямы? – поинтересовался Осаму, сощурившись.
– Это полная задница, – не сдержавшись, дал волю своим чувствам тот.
– Почему? – обескуражено осведомился Накаджима, он не ожидал вспышки.
– Если дело с наследованием не разрешить в короткие сроки, мне придется искать новую работу. И сомневаюсь, что мне снова так повезет, найти дело по душе, за которое еще и достойно платят.
– Что вы думаете об убитом? Каким был человеком господин Рокудо?
Сасаки задумался над вопросом, явно подбирая слова – и это на самом деле настораживало. Но, ни Дазай, ни Ацуши – оба не стали громогласно акцентировать над этим внимание. Возможно, ничего особенно в данном действии не было…
– Он был человеком со своими отрицательными и положительными сторонами, – осторожно выдал Такеши, опустив взгляд на носки кроссовок.
– Что вы имеете в виду? – Ацуши поддался вперед.
– Ну, вы же знаете: о мертвых плохо говорить не хорошо…
– Давайте мы не будет устраивать здесь детский сад, – попросил его Дазай. – Дело серьезное, убийство и похищение. Если вы что-то знаете, прошу, расскажите.
– Ничего особенно я не знаю, – раздраженно отозвался тот. – Я – всего лишь помощник костюмера, мелкая сошка. Да и с господином Рокудо от силы разговаривал раз пять. Всё, что я знаю: могут быть просто сплетнями раздосадованных актёров – не больше. И я сомневаюсь, что это действительно сможет помочь делу.
Ацуши с Дазаем переглянулись, юноша в нерешительности пожал плечами, на что мужчина кивнул.
– Раз вы так считаете, – Осаму принял решение не давить. – Мы вам верим. Если вы что-то вспомните или – не дай Бог – случиться что-то подозрительно, прошу немедленно связаться с нами. – Он протянул Такеши визитку агентства. – Попросите к телефону Осаму Дазая или Ацуши Накаджиму.
– Х-хорошо, – он встал. – Я могу идти?
Дазай кивнул, а Ацуши сказал:
– До свидания.
– Да-да, до свидания. – Такеши боком обошел, сидящих детективов и пошел по той же дороге, которой их привел сюда.
Когда он был достаточно далеко, чтобы не услышать слов мужчины, Осаму произнес:
– Итак?
– Он солгал, – ответил юноша, вернув тетрадку обратно в карман. – Точно могу сказать. Он познакомился с племянником господина Рокудо явно не в Театре. Они познакомились раньше. Не говоря о том, что на прямой вопрос об убитом, он резко поспешил сменить тему. Он явно что-то знает. Дазай-сан, Сасаки Такеши – это он, ключ к расследованию?
– Да, – подтвердил Дазай, поднявшись на ноги. – Сасаки Такеши и Рокудо Юкио встречались в старшей школе.
– Почему вы мне об этом не сказали? – тут же возмутился Ацуши, тоже вскакивая на ноги.
– Я сделал жирный намек, но ты не стал уточнять, когда я тебе прямым текстом сказал о нетрадиционной ориентации пропавшего.
Вздохнув, Накаджима подавился воздухом, когда услышал ответ напарника. Возмутительный ответ, но иного странно ожидать от бывшего мафиози, чьим излюбленным развлечением было раздумывать над различными способами самоубийства.
– Что еще вы мне не рассказали? – кисло поинтересовался тот.
– Позже, – улыбнулся надутой моське Осаму. – Идём, проследим за ним. Он точно выведет нас на Рокудо Юкио.
Ацуши поспешил за удаляющимся мужчиной, раздумывая о противном характере человека, который признался ему в любви. Сердце его трепетало.

ОГЛАВЛЕНИЕhttps://blog-house.pro/kanime/post-123013/

Kanime, сообщество «kanime»

9 глава. Ранпо.

Утро в агентстве не отличалось от любого другого, когда юноша приступил к напечатанию отчета о вчерашнем происшествии. Дазай вел себя прилежно при встрече: учтиво поздоровался и спросил о самочувствии, потом принялся за обработку данных, которые поступили от криминалистов.
Как и следовало ожидать – никаких явных улик. Больная часть отпечатков пальцев в квартире принадлежала убитому, несколько – пропавшему племяннику Юкио, а также приходящей уборщице, которая производила уборку раз в неделю.
Интересней всего было читать о вскрытии – Ацуши с трудом понимал медицинский сленг, однако сумел уловить суть написанного. Рокудо Торияма очевидно умер вне своей квартиры, повреждения внутренних органов, а также сломанные кости сообщали о странной смерти. Как будто он упал с большой высоты, не меньше 10 этажа, какой-нибудь многоэтажки.
Подобный вывод стопорил размышления. Оно звучало абсурдно. Как убийца смог провернуть подобную махинацию? Столкнул господина Рокудо, затем перетащил его труп в дом жертвы. И что? Никто ничего не видел? Это невозможно! Кто-нибудь обязательно бы позвонил в полицию или в службу спасения. А также камеры видеонаблюдения… Проклятье, вспомнил: Дазай-сан упоминал, что камер нет. Ладно, может их и нет в высотке, где Торияма прикупил квартиру, однако рядом много других зданий, может через них удастся что-нибудь обнаружить…
Все эти мысли он записал в своей тетрадке, в конце приписав: Всё ещё не знаю мотив преступника. Дважды подчеркнув слово – мотив.
– Ацуши-кун, ты уже закончил? – мягким шепотом спросил Дазай, внимательно прищурив глаза. – Готов выдвигаться для забора показаний?
Накаджима сглотнул и медленно кивнул, краем глаза словил странный взгляд Ранпо-сана, который уплетал картофельные чипсы – длилось это считанные мгновения, а затем Ранпо открыл другую пачку снеков, полностью сосредоточившись на ней.
– Тогда собирайся, как будешь готов – спускайся, – сказал Осаму, встав и задвинув стул, – я внизу тебя подожду.
Быстро сохранив документ в программе, зная: еще не раз придется его дополнять и перепечатывать, – вечная морока с отчетами. Спешно прибрался на своем столе и покинул офис, на прощание, кивнув главному детективу агентства. Кроме Ранпо в офисе не было не души.
– Погоди, Ацуши, – остановили его слова Эдогавы, он поманил его к себе.
– Ранпо-сан? – удивленно произнес юноша, сделав несколько шагов к столу детектива.
– Как продвигается ваше расследование? Помощь не нужна? – доброжелательно поинтересовался мужчина, отложив в сторону пакет с вкусняшкой.
– Спасибо за предложение в помощи, но мы справимся сами, – сказал Ацуши, он переменялся с ноги на ногу. Ему не хотелось заставлять Осаму долго ждать себя.
– Вот как. Похвально звучит, – одобрил тот. – А ты знаешь, что Дазай поменялся со мной, чтобы оказаться с тобой в одной команде?
– Что?! – вскинул голову Накаджима. – Дазай сделал…
Ранпо улыбнулся.
– Изначально мне выпала честь составить с тобой команду, а Дазай оказался в паре с Кенджи.
Юноша на миг замер в ступоре, но быстро взял себя в руки.
– Вы знаете?..
– О его чувствах к тебе? Конечно, – подтвердил он. – Дазай особо этого не скрывал. К тому же, до тебя, он мало погружался в работу агентства. Да и скажу тебе по-дружески: он действительно постарался, чтобы тебя приняли в нашу семью. Ни для кого он такого не делал – ни до тебя, ни после. Ты действительно особенный.
Ацуши покраснел, он чувствовал себя неловко и, честно говоря, мало понимал, зачем Ранпо-сан все это ему говорит.
– Вы поэтому поменялись с ним, чтобы помочь ему сблизиться со мной?
– Отчасти, – взгляд его стал мечтательным. – У меня были и свои цели в том.
Закусив губу, Ацуши не смог себя сдержать и выпалил внезапную догадку:
– Вам нравиться Кенджи?
Тот встал из-за стола, и, обойдя, подошел к Ацуши, похлопав по плечу сказав:
– Неплохо Ацуши, делаешь успехи в дедукции. Не расскажешь, как ты это понял?
– Я заметил, как вы смотрите на Кенджи – ваш взгляд становиться плавающим. Я не раз наблюдал это, – признался юноша, скромно опустив голову. – А сейчас, когда вы упомянули о какой-то своей цели. Внезапно всё стало ясно.
– У тебя, похоже, природное чутье к языку тела, – сделал вывод Ранпо, вернувшись к своему рабочему месту. – Поздравляю, ты прошел первую аттестацию.
– А?
– Я сделал это специально, – усевшись на стул в своей привычной манере, сообщил тот. – Специально для тебя; как ты понимаешь – я не из тех, кто будет настолько явно демонстрировать свои пристрастия.
– То есть, вам не нравиться Кенджи? – робко спросил Ацуши. – Я ошибся?
– Очень нравиться, – признался детектив, вытянув руку и взяв открытый пакет, снова начал хрустеть чипсами. – Ты не ошибся.
– Но вы сказали…
– Да сказал, чтобы ты начал понимал разницу. Скажи основную причину, по которой ты решил, что мне нравиться Кенджи по-настоящему, а не наоборот? Не беря в расчет мою явную демонстрацию этого.
Ацуши не задумываясь, выпалил:
– Из-за самого Кенджи, он улыбался слишком ослепительно, а порой смущался в вашем присутствии. Искренность – она чувствуется именно так. Между вами не могло быть договоренности, Кен – открытый человек, он не из тех, у кого получиться симулировать чувства. Через него, я понял и о вас.
– Великолепно, – щедро похвалил Эдогава, скушав очередную хрустяшку. – Именно это я и хотел услышать.
– С-спасибо, – смутившись, поблагодарил его юноша. – Мне уже пора.
Тот кивнул, а затем добавил, когда Ацуши уже был у двери:
– Ты хорошо разбираешься в чувствах других людей, почему же в своих не можешь?
Ацуши не знал, что ответить. Для Эдогавы Ранпо он, как открытая книга – весь, как на ладони. Противоречия и сомнения. Страх.
Ацуши не знал решения, ключика для выхода из тупика. Одарённый уже понял, что Осаму – важнейший для него человек, однако не знал, влюбленность ли это. Может ли величайший детектив Вооруженного агентства знать больше, чем он? Видит ли Ранпо-сан то, что Ацуши еще не понял сам?
– Я пойду, – отвернувшись, произнес Накаджима.
– Нужна ли тебе помощь? – в спину предложили ему.
– Я хочу разобраться сам, – тихо-тихо признался тот.
– Если передумаешь…
– Да, я знаю. Спасибо, – в конце сказал он, прикрыв за собой двери агентства.


ОГЛАВЛЕНИЕhttps://blog-house.pro/kanime/post-123013/
Страницы: 1 2 следующая →

Лучшее   Правила сайта   Вход   Регистрация   Восстановление пароля

Материалы сайта предназначены для лиц старше 16 лет (16+)