Что почитать: свежие записи из разных блогов

Записи с тэгом #ФБ из разных блогов

Melis Ash, блог «Wonderland»

* * *

Не могу я больше перепиливать этот клип, задолбалась, решила выложить так, хотя все равно чувство, что динамика едет и синхра тоже.

Изначально планировала на рейтинг, не успела, в спешке допиливала на внек, выложила, потом больше месяца перепиливала в час по чайной ложке. Изначально пыталась распеределить сцены секса в рейтинговой части поровну между парами (и эта версия и пошла во внеконкурс), но исходники не располагали, так что результат мне жутко не понравился (ИМХО, по-настоящему эротичных сцен с Джеком и Энн онли в каноне толком нет, а Сильвер и Мади больше про Флинта в койке разговаривали), в итоге после переделок ощущение, что когда доходит до секса, в основном Элинор со своими мужиками зажигает.(( Зато оно хотя бы позитивное, а то монтировать ангст меня откровенно заебало.

Пока делала на ютубе шапку к клипу, в очередной раз расстроилась, что у моего ОТП общепринятого названия пейринга так в фандоме и не сложилось.

 

Название: Take me to church

Автор: Melis Ash

Форма: клип

Пейринг/Персонажи: Джон Сильвер/Мади, Джек Рэкхем/Энн Бонни, Вудс Роджерс/Элинор Гатри, Чарльз Вейн/Элинор Гатри

Категория: гет

Жанр: романс, флафф, PWP

Рейтинг: R

Исходники: аудио: Hozier - Take Me to Church; видео: сериал "Черные паруса".

Продолжительность и вес: 1 мин 1 сек

Примечание: 1) Отключаемые субтитры. 2) Текст и перевод песни

 

skuratov-belsky, блог «Взгляд из бойницы»

Спугнёт же

Melis Ash, блог «Wonderland»

* * *

Перетаскивание работ в дневник после деанона немного бессмысленное занятие, но я все равно продолжу, просто потому что.
Вот этот конкретный фик мне очень дорог. Даже не потому что я его переводила, это вообще дело десятое. Но я в свое время, после третьего сезона, жутко радовалась, что кто-то что-то написал с моим ОТП (хотя с чтением на английском у меня тогда было хуже, чем сейчас). Потом автор взяла и удалила фик. Правда, после моего вопроса, что случилось, выслала текст мне на электронную почту. И вот к концу фб я набралась смелости попросить у неё разрешения на перевод. К моему удивлению, мне разрешили. Правда, ссылку на оригинал пришлось давать, залив текст фанфика на командный яндекс-диск.
У автора оказался сложный для перевода язык, пару раз я вообще переставала понимать, что она хочет сказать, один раз это перестала понимать даже Кэл, бетившая фик. Так или иначе, без неё перевод явно был бы гораздо хуже.

Название: Соломенные куклы
Переводчик: [L]Melis Ash[/L]
Бета: [L]H.G. Wells[/L], [L]Maravillosa[/L]
Оригинал: shirogiku Straw Dolls, разрешение на перевод получено
Размер: мини, 1880 слов
Пейринг/Персонажи: Вудс Роджерс/Элинор Гатри, Макс
Категория: гет
Жанр: романс, PWP
Рейтинг: R
Предупреждения: Написано до выхода 4-го сезона.
Краткое содержание: О последствиях головной боли.
Примечание: 1) Фик был удален с AО3 пару лет назад, разрешение на перевод получено уже после этого. 2) Имеются отсылки к фику того же автора The Funeral of a Good Friendship, но это не критично для понимания происходяшего.
Размещение: С разрешения переводчика

читать дальше
По опыту Элинор двумя худшими видами пробуждений были утро после слишком большого количества выпивки, и наоборот — когда алкоголя было и близко недостаточно. Её голова была словно испанская камера пыток, а рот будто набит соломой. Определенно первое.

Щурясь от тусклого света, который проходил сквозь закрытые жалюзи окна, она услышала голос Макс. Неплохая новость — или, по крайней мере, не худший вариант событий.

После возвращения из Англии она обнаружила, что даже цветовая гамма комнаты изменена, как если бы Макс перекроила все по собственным лекалам. Цветовой хаос стал еще сильнее.

— Выпей это. — На дне вложенной в руку Элинор кружки плескалось немного рома. — И это. — Вторая кружка была теплой, полной на три четверти и пахла луком — жуткое пойло, которое она сама использовала, чтобы привести в чувство худших забулдыг в таверне.

Элинор выдавила из себя неуклюжее «спасибо», но от лекарства отказалась: она не могла позволить себе пахнуть так, не сейчас. Должно быть, она по ошибке вошла не в тот дом прошлой ночью и Макс, вместо того, чтобы вышвырнуть её, позволила переночевать здесь.

Элинор проследила за взглядом Макс, устремленным на её подол.

— О да, они взялись за старое, — она приподняла соломенную куклу. — Скажи «привет» моего новому другу. — Она почти могла вспомнить, как вытаскивала её из петли. — Прежде они уделяли больше внимания деталям.

Кукла была комковатым чудищем в юбке цвета крови..

— Английскую моду тяжелее имитировать.

Трудно было поверить, что прежде Макс была для неё откртой книгой.

— Есть еще ром?

— Чай. — Лицо Макс не дрогнуло. — Или кофе, если угодно. Я стану оскорблять тебя вопросами. — И это было очень удачно, потому что Элинор не ответила бы на них. — Но ты должна знать, что губернатор искал тебя.

Элинор чуть не перевернула умывальный таз.

— Какого черта ты не сказала мне сразу?

Она ощутила легкое, осторожное прикосновение к руке.

— Передохни.

Она сердито покосилась на Макс, но понимание, которое она увидела в этих когда-то теплых карих глазах было безжалостным и до странного успокаивающим.

Макс могла не быть напрямую связана с подстрекателями Флинта, но она никогда не лишала себя путей к отступлению. И сейчас она могла быть единственной возможностью бегства для Элинор — столь явная ирония поражала.

Но этот день еще не настал.

***


Суровый вид Роджерса и, казалось, почти слышимое «молилась ли ты на ночь, Дездемона» были столь впечатляющи, что Элинор была вынуждена сдерживать смех, вместо того чтобы встревожиться. Ситуацию не улучшило то, что её появление совпало с уходом тех многообещающих сынов, которые не валялись больные как собаки или не сбежали в более безопасное место. «Бесполезные ничтожества» было слишком лестным определением для них.

Она закрыла дверь за ними, и уставший взгляд Роджерса сосредоточился на ней.

— Я планировал начать издалека, — сказал он, — но у меня было ужасное утро, так что, думаю, ты простишь мне мою прямоту: где ты была прошлой ночью?

— Ты не самый очевидный выбор, чтобы играть Отелло. — Элинор недавно узнала о существовании не такого уж и тайного запаса черной краски у Макс. Она посадила соломенную куклу на губернаторский стол, рядом с бюстом Гермеса. — Но слухи, похоже, подобны плохим утрам: никто от них не застрахован.

— Что это?

— Очаровательный местный сувенир. — Также популярны были одноногие дьяволы, говорили, они приносят удачу и защищают. — Я думала, тебе понравится.

— Ты не ответила на мой первоначальный вопрос.

— Я была у Макс. Я нуждалась... — «Нуждаться» было неподходящим словом, не здесь, не в этом кабинете, но она все равно закончила предложение: — в компании женщины, не пляшущей под испанскую дудку. И кроме того, если я буду слишком часто отвлекать миссис Хадсон, она никогда не закончит читать свою книгу.

— Поправь меня, если я не прав, — произнес он сквозь зубы, — ты нуждалась в том, чтобы ускользнуть из моей резиденции после заката? — Он стиснул её руку. — В то время, как город находится на грани мятежа?

Она была готова к вспышке ревности, но не к чертовой лекции о безопасности. Это было просто слишком. Он сжал её руку до боли; её плечи затряслись от беззвучного смеха при воспоминании о словах Флинта о том, что Роджерс может быть полезен на необитаемом острове.

Однако уж чего не способен вытерпеть ни один гордец, так это того, чтобы показаться смешным.

— Какой аспект нашего сложного положения ты находишь настолько забавным? — потребовал он ответа. — Трусость флотских? Подходящие к концу сроки? Испанские корабли, собирающиеся в Гаване? Или, может, пираты и прочие демоны там, снаружи, шатающиеся по городу ночью? Или таинственные войска маронов, о которых никто не знал до настоящего момента?

Манера поведения Роджерса неприятно напоминала о Флинте.

— Мароны были проблемой в Вест-Индии с первой волны поселенцев. Но никто не ожидал, что они объединятся с пиратами.

— Даже ты, годами державшая руку на пульсе событий?

— Даже я.

— А как насчет очевидного дипломатического гения Флинта? — настаивал Роджерс, не сводя с неё внимательного взгляда. — Этого тоже ничего не предвещало?

— Черт, да! — Она поморщилась от нарастающего давления внутри её черепа. — Ты же встречался с ним. Изучал его карьеру. Он кто угодно, но не дипломат.

Вот так, больше чертовой иронии.

Роджерс отстранился. Он был напряжен и полон беспокойной энергии.

— Так как, черт возьми, я должен планировать нашу оборону?

— Вот так это место поступает с людьми. — Она коснулась шейного платка Роджерса, наклонилась ближе: — Стоит тебе только решить, что ты хорошо устроился, как оно вышвыривает тебя прямо в море. Я думала, хотя бы это ты уяснил из моей истории.

Он будто заледенел, затем впился в ее в рот поцелуем, словно не мог больше сдерживаться. В начале их знакомства она часто думала: этот цивилизованный человек настолько далек от дикости, насколько это вообще возможно для живого существа. Но война была огнем под кипящими котлами, и дикость была не просто силой, что собиралась у их порога, — она была уже здесь, в них, в темных закоулках их умов. В Роджерсе, в ней, в Макс, в последнем несчастном бедняке на этом острове.

Важен был лишь масштаб.

Она ненавидела это, потому что она не могла контролировать...

...но также любила за то, каким приятным это могло быть.

Она толкнула его грудь. Она бы отступила, испуганная и жалкая, но он, он сражался вопреки всему за место, которое для него было пока всего лишь проектом.

Уперевшись спиной в стену, Роджерс снова замер, неотрывно глядя Элинор в глаза.

— Нет, Элинор. Может, тебе это и нравится, но не мне.

Он никогда не говорил ей более неприкрытой лжи.

— Я очень сомневаюсь.

Одним взмахом руки она очистила его стол от бумаг, принадлежностей для письма и прочих вещей, не взирая на его протесты.

Может, дело было в постоянном осознании, что их дни сочтены. Или в её желании связи с ним на более глубоком уровне, чем обещания. Она обхватила его ногами и, притянув к себе, грубо поцеловала, протолкнув язык в его рот. Она выяснила, что может быть милой с мужчинами, но это не утоляло ее жажду быть жестокой, не удерживало тьму под замком.

Роджерс не уступил ей сразу, конечно. Он перехватил её запястья, поймав пальцами биение пульса, и держал до тех пор, пока они оба не выдохлись. Если бы кто-то увидел их сейчас, их репутация пришел бы конец, уничтожив их быстрее, чем что-либо еще. Каждый его стон, каждое проклятье, срывавшееся с его губ, звучали для нее как еще одна маленькая победа. Он сжал зубами кожу на ее шее, словно хотел вырвать кусок плоти, перебив тем самым боль в её голове.

— Где они? — потребовал он, неровно дыша. — Ты же знаешь, я уверен.

— Как и ты, — выдохнула она. — Они, блядь, повсюду. — На её острове. — Но это наш остров. Не их.

Она правильно выбрала момент для этих слов — Роджерс рухнул в свое кресло, его лицо блестело от пота.

Элинор полулежала, приподнявшись на локтях, на столе, поставив одну ногу на его колено. Она еще не закончила, и Роджерс должен был быть джентльменом.

Выражение, с которым он смотрел на неё, было чем-то большим, чем опасение или восхищение. Элинор не всегда знала, какой властью над другими людьми обладает, плохо её рассчитывала, но было нечто утешающее в знании, что она была не единственной, кто не мог просто это прекратить.

Она поманила его, и он, последовав знаку, прижался губами к её бедру.

***


— Ты никогда не спрашивала меня, — сказал он целую вечность спустя.

Она была занята игрой в гляделки с портретом Гоббса, осуждающе смотревшим на неё со стены.

— О чем?

— О моей жене.

Элинор закатила глаза.

— Ты не мастер постельных разговоров, да? Я не спрашивала, потому что мне все равно. — Черт побери. — Прямо сейчас у нас есть более серьезные проблемы. — Опять не то?

— Мы с Сарой были хорошей партией во всех отношениях, — продолжил он, несмотря на то, что Элинор его явно не слушала. — И мы любили друг друга когда-то. Но фортуна не благоволила ни ко мне, ни к нашему союзу, и все окончательно развалилось, когда мы потеряли ребенка.

— Как давно это было?

Когда он вошел в камеру Элинор, его брак уже превратился в руины, оставив после себя бумажную волокиту.

Ей захотелось выпить. Жены, дети... в конечном итоге, все это либо оставалось далекой утопией, либо становилось жестокой реальностью.

— Меня объявили королевой воров и посадили на скамью подсудимых, но мое представление о будущем Нассау никогда не сводилось к грабежу. Когда-то давно — до пиратов, до рейда — здесь была стабильность. Стабильность и безопасность. Эти вещи я хочу вернуть.

— Я знаю. — Он провел большим пальцем по синякам на её запястье. — Я чувствую, что должен извиниться.

— За что? Я разозлила тебя намеренно.

Это ему не понравилось.

— Мы оба получили много больше, чем планировали, но я не позволю играть со мной.

— Я не играла с тобой, — ответила она равнодушно. — У меня болела голова.

Он растерянно нахмурился:

— Большинство женщин используют это в прямо противоположном контексте.

— Твой советник не большинство женщин.

Он все еще был раздражен, но продолжил другим тоном:

— Если события будут развиваться наихудшим образом, не раздумывай. Беги отсюда, пока можешь.

Её тюремщик, хранитель ключей. Он не сбежит с ней — даже не станет рассматривать такую возможность или делать приготовления к бегству, — но он позволял ей самой позаботиться по себе.

— Куда? В Бостон? Они найдут меня повсюду. — И ей не будут рады нигде.


— В Новую Шотландию, если понадобится. — Он взял её руки и сжал их. — Пиратские короли могут продержаться несколько лет, самое большее, но цивилизация возвращается всегда. И ты вернешься тоже.

Она улыбнулась и снова взяла соломенную куклу.

— Мы еще не проиграли войну.

У неё был план.

skuratov-belsky, блог «Взгляд из бойницы»

Да, как-то так.

"А что это вы плачете по Нотр-Даму, а знаете, как французы в Ливии, а знаете, как они там в своей европке американцам подтявкивают, они же сами нас за говно держат, так какого хрена".

 

Увидел тут примерно такую сентенцию.

 

Ну нет, ребята. Это вредная хуторская логика уровня "нет культуры кроме хаты дида Опанаса пид Жмеринкой".

 

Русская культура как раз тем и велика, что учит любить красоту мира.

 

Все красивое, что есть в мире - наше, русское. И Нотр-Дам наш, и Кельнский собор наш, и Версаль наш, и Саграда Фамилия.

 

И Ниагарский водопад наш, там Гумилев был.

 

Про шпиль в Солсбери вообще молчу.

 

Русский космос - он как раз во всем этом-то и есть. Все - наше, вся красота мира.

 

(Тут надо пояснить, наверное, что под "нашим" имеется в виду культурный и метафизический смысл, но вы же ребята умные)

 

skuratov-belsky, блог «Взгляд из бойницы»

Так-так-так...

skuratov-belsky, блог «Взгляд из бойницы»

Мда

Melis Ash, блог «Wonderland»

Мой личный деанон с этой ЗФБ

Капитаном я быть не собиралась, но пришлось (и нет, я не считаю себя хорошим кэпом), верстальщиком тоже не планировала, но пришлось, после того как с нашим верстальщиком мы разосрались после визитки (слава богу, мне подруга помогала).

 

Верстальщик

Пост набора

Текст

Визитка

Клип

 

Тексты G— PG-13

Мини "Святая невинность",

Мини "Same old war"

Визуал G— PG-13

Тумблер-коллажи "We built our castles high" , "Shadows" , "Do you see what I see?" , "Джеймстаунский романс"

Клип "Family jewels"

Клип "Black Sails: The Heart of Davy Jones"

Челлендж

Фанмикс "Party like it's 1705", обложка.

Сет аватар "Любовники Нассау"

Сет аватар "Queen of Thieves"

 

Тексты R-NC-21

Мини "В огне" (переводчик)

Мини "Kiss me, kill me, eat me"

Визуал R-NC-21

Клип "You should see me in a crown"

Клип "My kingdom for a horse"

Тумблер-коллажи "The world is yours", "Мечтать не запретишь!", "Хозяйка заброшенной фермы", "Wanted", "Love song"

 

Спецквест

Драббл "Развод по-багамски"

Мини "О том, что было до войны" (переводчик)

Мини "Талисманы" (переводчик)

Клип "When evil calls your name"

Тумблер-коллажи "Kill them first", "Now or never", "Dangerous game", "Witch, where is your heart?", "Money, power, glory", "Secrets and spies", "What`s your poison?"

 

 

Внеконкурс

Клип "Take me to church"

Тумблер-коллаж "Bookish girl"

Мини "Соломенные куклы" (переводчик)

 

Бартер

WTF Alan Cumming 2019 — визитка, тексты второй левел, спецквест

WTF Jules Verne 2019- визитка, тексты 2 level, визуал 4 level

WTF Holmesian Ladies 2019 - тексты 4 level, визуал 4 level, спецквест

WTF SW Het 2019— визитка, тексты 2 level, тексты 4 level, спецквест

WTF The Man From U.N.C.L.E. 2

Melis Ash, блог «Wonderland»

* * *

Все еще официально не деанонились, все еще таскаю потихоньку работы с фб к себе в дневник.

Очень давно хотела клип про Элинор и Ричарда на эту песню, и делать начинала давно. Изначально планировала допилить его к спецквесту для fandom Women на летней ФБ, но разболелась и не успела. Может и к лучшему, в их здоровенных выкладках шанс быть замеченной очень невелик.

Фан-факт: Песня также ассоциируется у меня с Мадлен Сванн и мистером Уайтом из Бондианы. Собственно, изначально я на неё обратила внимание, когда собирала фанмикс с Бонд/Мадлен, и одно время носилась с идеей сделать клип про Мадлен и её отца, но у Сейду на тот момент мало было фильмов с подходящей визуалкой.

 

Название: Family jewels

Автор: Melis Ash

Форма: клип

Пейринг/Персонажи: Элинор Гатри, Ричард Гатри

Категория: джен

Жанр: драма

Рейтинг: PG-13

Исходники: аудио: Marina and the Diamonds - Family Jewels; видео; сериал "Черные паруса".

Продолжительность и вес: 1 мин 23 сек, 40 МБ

Предупреждения: Смерть персонажа.

Примечание: 1) Отключаемые субтитры. 2) Перевод песни

 

Melis Ash, блог «Wonderland»

* * *

#мойпервыйперевод с этой ЗФБ. Я потом еще три фичка перевела, но этот, на спец, был самым первым.


Название: Талисманы
Переводчик: Melis Ash
Бета: marjukka
Оригинал: RebelGeneral, Tokens, запрос на перевод отправлен
Размер: мини, 1899 слов
Пейринг/Персонажи: Чарльз Вейн/Элинор Гатри, мистер Скотт, упоминается мать Элинор
Категория: джен, гет
Жанр: драма, романс
Рейтинг: G — PG-13
Краткое содержание: Коллекция Элинор, собранная за годы. Немного для удачи. Немного для защиты. Немного для любви.
Примечание: Таймлайн первого сезона с флэшбэками.

читать дальшеОна достает его осторожно и, разворачивая ткань, в которой оно хранится, слегка протирает твердую поверхность, пусть та уже и так безупречно чиста.
Оно не грязное, она знает, но это не мешает ей обращаться с ним, как с самой ценной из своих вещей. Когда она окончательно освобождает его от обертки, то подходит к зеркалу. Еще раннее утро, и в таверне не толпятся обычные посетители. У неё есть время насладится им в тишине, глядя на на отражение в зеркале дольше обычного.
Оно кажется еще прекраснее, чем в последний раз, когда она его надевала. Блестящие жемчужины стекают к кулону в центре, который переливается разными цветами: зелеными, голубыми и серыми — оттенками моря. Она застегивает его на шее, и на мгновение ей кажется, что она выглядит похожей на мать.
Прошло несколько лет, её образ растворяется в памяти с каждым прошедшим днем, но каждый раз, как Элинор надевает ожерелье, она словно возвращается назад во времени. Она помнит улыбающуюся женщину с обрамляющими сияющее лицо золотыми локонами, похожими на её собственные, и как та вложила украшение в детские руки Элинор. Она старается сохранить каждое светлое воспоминание о детстве и это — одно их них.
Но это не обычная вещь, особенная, и она хранит его для особенных дней.
C тех пор как отец свернул свои дела в Нассау, она предприняла кое-какие шаги, чтобы сделать свои мечты реальностью. Новый консорциум — плод её ума, и это позволит ей освободиться от отца окончательно. Еще один шаг к независимости от этого человека.
Она нежно поглаживает кулон руками, думая, что её мать гордилась бы ею сегодня.
Да, уверяет она себя. Сегодня она не может позволить себе верить во что-то меньшее. Сегодня она нуждается в своем талисмане больше, чем когда-либо.
Для удачи.
***

Этим утром, планирует Элинор, она наденет плетеный браслет. Он весело звенит на её руке, когда она двигается в деловом костюме.
Её лицо полно озорства, она перебирает в уме способы добиться его поддержки сегодня. Он крепкий орешек, но она знает, как получить то, чего хочет. Он будет распекать её, конечно, но как только увидит украшение на её запястье, сдастся.
Мистер Скотт всегда сдается. Ему редко удается не потакать ей.
Дать Флинту тысячу реалов было нелегкой задачей. Мистер Скотт прав, её отец определенно услышит об этой трате.
Её самый доверенный советник, но он не контролирует её. Не знает, как. Уговаривает, дает советы, большинство из которых она начинает ценить позднее, после череды ошибок, совершенных вопреки ему. Но в этот раз все по-другому. Элинор знает: она права, а он нет.
«Они скажут, что это было неизбежно,» — слова Флинта эхом звучат в её голове. Она повторяет их как молитву, каждой частицей своего существа желая, чтобы это случилось.
Когда она получит золото и превратит Нассау в то место, каким оно всегда должно было быть, он увидит. Они все увидят.
И прямо сейчас браслет поможет этому свершиться. Чудесный талисман, он возвращает её на годы назад, ко времени после смерти матери. Темные бусины разных оттенков нанизаны на золотую проволоку. Белые резные амулеты красиво подвешены через равные промежутки.
Для защиты, объяснил он ей однажды. По крайней мере, так верили в его родной деревне.
Он мало рассказывал о своем прошлом или доме. И этот кусочек знания о нем она лелеяла и хранила близко к сердцу. Очень редко использовала как оружие, чтобы смягчить его и заполучить на свою сторону.
Он замечает, как она небрежно демонстрирует браслет, но не говорит ни слова.
После всех лет он слишком хорошо знает, зачем она надевает браслет, но тем не менее заглатывает приманку.
Только в этот раз он, в кои-то веки, торгуется с собой. Только сегодня он полностью ссудит ей свое доверие — и посмотрит, что из этого выйдет. Он качает головой, уступая, в ответ она невинно улыбается, глаза триумфально сияют.
***

Это не единственный талисман, который мистер Скотт привез для неё из своих путешествий.
Другой она подарила очень давно, и сейчас видит его слишком часто на запястье Чарльза. Чаще, чем ей бы хотелось.
Она удивляется, почему он не снимет его и не выбросит, учитывая все что случилось между ними. Вместо этого он демонстрирует его гордо, довольно улыбаясь, когда её глаза останавливаются на украшении. Быть может, её раздражение — то, чего он добивается, провоцируя её. Или может, это постоянное напоминание о чем-то давно прошедшем, но не забытом.
Она отмечает это молча, каждый раз, как они встречаются, отказываясь дать эмоциям влиять на её суждения.
Отказываясь верить в то, что он может хранить его все это время по другой причине.
***

Камень белый. Опал, решает она, изучив его внимательнее.
Кольцо большое, но на ее тонком пальце выглядит уместно. На беглый взгляд оно кажется непримечательным, даже скучным, но на свету словно вселенная цветов взрывается на его поверхности.
Она играет с ним, определяет каждый цвет, запоминает каждый оттенок, под различными углами и много раз на дню. Как цвета танцуют, когда она пишет, как оно вспыхивает, когда её руки обнимают его, как оно почти подобно лунному камню рядом с темными оттенками её вечерних напитков. В моменты слабости она вертит его на пальце, надеясь найти силу и решение.
Не бывает особых дней, чтобы носить этот подарок. Это константа, оно никогда не покидает её палец.
Это был их ритуал каждый раз — когда он возвращался из моря, они встречались в их тихом месте на пляже. Она устраивается на песке, спиной на его груди, он обнимает её. Когда он дарит ей кольцо, в первый момент она оскорблена — как он может даже предположить, будто она сможет принять вещь, принадлежащую другому человеку. Часть его последней добычи, без сомнения, объедки с капитанского стола.
Он замолкает на мгновение, по его лицу видно, как ему трудно убедить ее принять подарок . Она не заботится о том, чтобы украшать свои лицо или одежду, не подводит глаза, не добавляет никаких других цветов к тем, которыми наградила её природа. Он заметил: единственное, что она любит — все эти маленькие украшения на её пальцах, запястьях, шее. И когда его глаза останавливаются на этой простой вещице, мысли немедленно обращаются к Элинор: понравился ли ей?
Странное приобретение для человека вроде него. Он заметил удивленные взгляды окружающих, но не был достаточно терпелив, чтобы удовлетворить их любопытство.
— Я продал мою долю на Тортуге, когда мы остановились загрузиться провизией, — он осторожно поглаживает кольцо в своей руке. — Купил его на рынке. Не самое красивое, но полагаю, это лучшее, что пират может получить за честные деньги.
Её хмурое лицо озаряется сияющей улыбкой, и она жадно накрывает его руку своей. Оно чудесно смотрится на её пальце. Когда он опускает её на песок, крепко сжимая её руку, она знает, что никогда не расстанется с этим кольцом. Нет, решает она, прижимаясь губами к его губами; она не завернет кольцо в кусок ткани, не станет приберегать для подходящего дня.
***

В его палатке она сражается с пуговицами своего жилета, пальцы скользят и еще дрожат от отзвуков любовной битвы, что произошла здесь.
Она может чувствовать его взгляд и знает, что он сделает, еще до того как он это делает. Он протягивает руку, чтобы удержать её, его палец ложится на белый камень. Когда он касается кольца, она знает, он помнит тот день так же ясно, как и она.
Шесть лет прошло с тех пор, как он привез его с Тортуги, но этой ночью воспоминание кажется много ближе.
Его пальцы переплетаются с её, когда он гладит кольцо, притягивая её руку к своей груди. Сложно не вернуться назад во времени, заново переживая тот момент. Знакомое чувство возникает в её груди, теплое и успокаивающее, и она осознает, что увлечена им так же, как была тогда, на пляже.
Когда он убирает свободную прядь волос с её лица, она наконец находит силы ответить на его взгляд. Взгляд, что рушит все стены, которые она возводила вокруг себя долгие месяцы.
Его пронзительные голубые глаза, способные вызывать такой страх и ужас, останавливаются на ней с теми же любовью и благоговением, какие она наблюдала много раз прежде. Она может чувствовать его настойчивый взгляд, пожирающий её, кусок за кусочком, и страстно жаждет удовлетворить собственное желание. Обхватив его лицо руками, она целует его, и каждое мягкое прикосновение его губ на вкус подобно возвращению домой.
Крик взрывается вокруг них — и заклятье рушится.
Вот так всегда, драгоценные мгновения редко длятся долго. Она была глупа, думая, что на этот раз будет по другому.
Она уничтожает его той ночью, глаза, что секунды назад кидали столь нежные взгляды, вспыхивают яростным огнем, который испепелит их обоих в грядущие дни.
Ворвавшись в таверну, она подходит к окну и смотрит во тьму, пока горечь и ярость сочатся сквозь каждую пору. Её глаза останавливаются на команде «Моржа», празднующей нынче ночью неожиданное пополнение из людей и корабля; другого рода талисман, что она забрала у него. Тот, что демонстрирует её амбиции, но будет, похоже, преследовать его вечно.
Её ненависть проходит за мгновение до того, как она замечает, что её пальцы сжимают белый камень. Её тело отвечает на это собственным аккордом, демонстрируя полное смятение. Даже сейчас это его подарок, всегда будет.
В ярости она вонзает ногти в кожу, стаскивает кольцо с пальца. Сжав в руке, смотрит на него с отвращением. Хочет выбросить в окно, но лунный свет падает на поверхность, заставляя её сиять, как и прежде, порождая целый мир цветов.
Её рука замирает, и она ненавидит себя немного сильнее.
Отойдя от окна, она останавливается у комода и открывает ящик. Резко разворачивает сверток и бросает кольцо внутрь. Рядом c жемчужным ожерельем и браслетом из бусинок.
Для всех команд на острове она победитель. Но она видела его взгляд, и она понимает, что он знает правду. И Макс, когда оттолкнула её, чтобы вернуться к нему, знала тоже.
И сейчас, когда её палец подергивается и тоскует по чему-то утраченному, она сознает, что никогда не чувствовала себя слабее.

skuratov-belsky, блог «Взгляд из бойницы»

Сербские диалоги.

- Ты сам откуда?

- Из России.

- О, русские наши братья. Ты же православный?

- Да. А если бы был католик?

- Тогда был бы двоюродным братом.

 

- Никогда мы не будем так хорошо жить, как жили при Тито! (коммунистический лидер Югославии в 1944-1980)

- А какая жизнь была?

- Отличная. Частные маленькие магазины, за границу езжай сколько хочешь - в Германию, во Францию. И голых девушек в журналах печатали.

- Бля, ты бы сразу с последнего начинал. Я люблю югославский социализм.

 

- У вас неправильно наши протесты понимают. У вас как что - злой Запад против доброго президента, вроде Мадуро.

- И как тут?

- Злой Запад обнимается с нашим добрым президентом.

 

- Это что такое?

- Плескавица. Котлета с сыром внутри.

- А почему она такая здоровенная?

- Принято такие порции подавать - вдруг к вам сейчас за столик друзья подсядут.

 

- Вот на этой площади у нас короля с балкона выбросили.

- Элегантно.

- Да, и жену его. Порубили саблями и выбросили нахуй.

- Дивные традиции.

- Ага, и на выборах деньги экономятся.

 

- Смотри, против Милошевича вышло 10 000 человек протестовать, и Запад - ах-ах, народная революция. А сейчас что? 50 000 вышло против президента, и Запад молчит. Как это называется, хочу я знать?

- Это называется демократией, мужик.

- А, ну да. Я что-то забыл.

 

- Моя жена была русская, я хотел жить в России. Но она сказала, что в Сербии лучше, тепло. А потом от меня ушла. Поэтому я живу в Сербии, хотя мог бы уехать.

- Но тут же тепло.

- Тепло, а денег нет.

 

- Выпейте ракии, хорошо идёт к обеду.

- Не могу, у меня ещё встреча.

- Так и прекрасно. От кого пахнет ракией - тот настоящий мужчина.

 

- Мы любим русских. Вы для нас мифические богатыри. Вы придёте, и спасёте сербов, и вернёте Косово.

- Вы несколько наивны.

- Возможно. Но больше нам надеяться не на кого.

 

- (глядя, как коты дерутся) Фигасе, злобные они.

- (с гордостью) Это сербские коты, очень воинственные. Наверняка, один из них точно в Боснии воевал.

 

(с)

Страницы: 1 2 3 13 следующая →

Лучшее   Правила сайта   Вход   Регистрация   Восстановление пароля

Материалы сайта предназначены для лиц старше 16 лет (16+)