Семь чудовищ Медного берега7 читателей тэги

Автор: Нуремхет

#творческое искать «творческое» по всему сайту с другими тэгами

Об умолчании

Мне доводилось слышать о японском традиционном искусстве, что в Японии развита культура умолчания. Когда о важных вещах говорят вскользь, как бы между делом, не заостряя на них внимания. Потому что есть вещи, сказав о которых прямо и открыто, ты не покажешь их истинного блеска, но только опошлишь их.

Не скажу о Японии, но в кинематографе континентальной Западной Европы, а также в британских и американских фильмах до середины девяностых годов я этот прием нередко встречаю. Я и сама часто использую его в творчестве, потому как люблю отвести глаза, заставить читателя смотреть на красивую, но несущественную деталь, тогда как главное - вот оно, лежит перед ним, описанное обыденно и просто, мимоходом, между делом. И замечают его не все.

Например, в британском фильме "Айвенго" 1982 года есть потрясающая деталь, дающая понять, что Буагильбер не мудак. Во время их последней битвы с Айвенго, когда тот падает с коня и теряет щит, Буагильбер также спускается с коня и отбрасывает щит. Это пара секунд, кусочек кадра, на котором даже не останавливается камера, но умеющий видеть да увидит.

Вообще в европейских фильмах многие вещи передаются без слов, что мне страшно нравится. В российских и американских не так: там обязательно прокомментируют важные вещи, чтобы зритель уж_точно_понял. Не знаю, как с другими зрителями, но для меня словесное сопровождение того, что в нем не нуждается, способствует не пониманию, а опошлению.

Я сказала уже, что сама этот прием использую везде, где вижу, что внимание, заостренное на важных вещах, только повредит им. Повесть "Зима огненная" есть не что иное, как отвод глаз длиной в сто тридцать страниц. Рядом с героиней все время лежит несказанное сокровище. Любовь, которой она ищет, уже окружает ее. Жизнь, которой она хочет, фактически у нее в руках. Но все это описывается как фон, просто милый фон ее жизни, ничего драгоценного, ничего сверхъестественного - она и сама не в полной мере понимает свое богатство. Во всяком случае, пока не рискует лишиться его, погнавшись за захватывающей мечтой.

Где сокровище ваше

Господа котята, я могла бы тут офигительно долго рефлексировать, но это никому не интересно, поэтому просто скажу: я дописала историю о крестоносцах Четвертого похода и их заложнице. Прочитать можно на Фикбуке или на АвторТудей.

 

Аннотация: Константинополь, 1203 год. Юная Софья отвергла ухаживания логофета императорской канцелярии, и с тех пор он не упускал случая расстроить ее жизнь. Когда крестоносцы возвращают трон Исааку Ангелу, логофет советует ему выдать Софью за царевну и отдать латинянам в залог исполнения его обязательств.

 

Почему это историческая повесть, а не псевдоисторическая, как обычно: потому что в этот раз мне хотелось описать не только атмосферу прошлого, а конкретное событие, конкретные народы и конкретных людей. Поэтому большая часть этой кулстори - реальные исторические эпизоды, а большая часть действующих лиц - реальные люди. И, конечно, я не избежала истерики на тему "как же мне писать о реальных людях свои тупые фички, это будет оскорбление их памяти, а если я шо не так скажу, как я им в глаза посмотрю на том свете". Но в итоге решила, что восьмиклассницы же пишут фанфики о своих любимых певцах и актерах, еще и похлеще моего, и им ничего не жмет, так отчего я парюсь.

Мы строили, строили и наконец...

Нет, не достроили.

Но наконец-то, спустя более месяца с тех пор как мне пришло в голову написать о Четвертом крестовом походе, я придумала нормальную экспозицию - вполне органичную для эпохи, но вместе с тем позволяющую мне развернуться и вместить все, что я захочу сказать. Следите за руками. Обычный текст - реальные исторические события, оффтопик - мое ответвление.

Взяв Константинополь в первый раз, крестоносцы освобождают пленного императора Исаака и просят его подтвердить обещания сына. Исаак понятия не имеет, как он будет эти обещания исполнять, о чем прямо сообщает крестоносцам, но все же подтверждает их. Затем говорит примерно следующее: ребята, спасибо, конечно, что помогли мне и сынуле, но из города я бы вас все-таки попросил. Кому приятно, когда тебе мозолит глаза армия, которая тебя еще недавно осаждала. Переселитесь лучше в пригород, чтобы тут никого не раздражать.

Крестоносцы соглашаются, но в обмен просят императора разобрать кусок стены, обращенный к пригороду - чтобы им было все время видно, что против них ничего не затевается (д - доверие). Так вот, в реальном прошлом Исаак согласился и стену разобрали. А у меня Исаак говорит: пацаны, вы слышали вообще, что я сказал? Вы тут всех бесите, и если я велю разобрать стену, меня забьют арматурой. Я дам вам гарантию лучше этой - свою младшую дочку! Естественно, никакой младшей дочки у Исаака нет, ее забирают у распорядителя императорской казны. Взять совсем уж простолюдинку нельзя - крестоносцы не идиоты. Да и распорядитель будет мотивирован усерднее изыскивать бабло для выплат крестоносцам.

По нашим временам звучит дико - ведь сегодня заложников можно только брать насильно, но никак не давать добровольно. Однако в средние века это была обычная практика. Давать в залог исполнения обязательства какого-нибудь знатного или просто близкого человека было в порядке вещей. В одной только истории крестовых походов я навскидку помню три таких случая, а их явно было гораздо больше. Поэтому, думаю, девочку напрягало не столько положение заложницы (хотя оно и вносило некую тревожную неопределенность), сколько необходимость жить в окружении латинских варваров и поддерживать чужую ложь.

* * *

У общения с людьми, отделенными от нас языковым барьером, есть одна пикантная особенность. Можно глядя им в глаза признаваться в любви или говорить "шоб ты сдох", а они будут кивать и улыбаться или недоуменно хлопать глазами. В случае любого недоразумения можно сказать, что они вас не так поняли и вы рассказывали о ценах на черешню.

Я уже говорила, что хочу написать о крестоносцах. Но все идеи, которые у меня пока есть, не слишком мне нравятся - они как будто не могут выразить всего, что я думаю и чувствую, поэтому поиск подходящего сюжета продолжается.

Но я бы хотела, чтобы в этом сюжете была сцена, где героиня поет крестоносцам. Они не понимают ее языка, и она знает, что может петь о чем угодно: хоть любовную песенку, хоть про поля-тополя, хоть "оккупанты, гоу хоум". И вот какую песню она выберет, что захочет им сказать - я пока не знаю. Но сдается мне, если я это пойму, то и достойный сюжет, в котором будет все, что мне хочется вложить, тоже найдется.

* * *

В набросках одного из рассказов об Иде есть сцена, где она жалуется, что постоянно проигрывает, садясь играть с намдалени в кости.

 

... Ида первая в мире проститутка с кэшбеком.

* * *

Знаете эти аннотации в духе "ОН негласный хозяин города, опасный хищник с темным прошлым. ОНА студентка-первокурсница, приехавшая из провинции. Однажды они встречаются в ночном клубе, и эта ночь навсегда меняет их судьбу".

 

Решила написать что-то похожее к "Зиме огненной".

 

Ну, почти похожее.

 

"ОН борзый щенок, отвертевшийся даже от обвинения в госизмене.

ОНА мягкая кисонька, обещание радости, девочка-лето. Или, как сказали бы в позднем СССР, интердевочка-лето.

ОНИ наемные войска на византийской службе. Вообще не собирались впрягаться в эту лавстори, но не припомню, чтобы кто-то спрашивал их мнение.

ОНО само, я не трогала, честно.

 

Однажды они встречаются в Константинополе, и там такой замес лютый начинается, щас поем и расскажу".

* * *

Как-то была у меня пара подруг, которые говорили: ты такая талантливая киса! Почему ты не хочешь серьезно заниматься писательством! Быть домохозяйкой с пятью детьми - это слишком мелко для тебя!

... И шо по этому поводу хотелось бы сказать. Рыба ищет где глубже, а человек - где лучше. Где усилия мои получат больше признания и отдачи - туда я и стремлюсь. Думаю, понятно, что, существуй тот же Намдален в реальности, я бы сейчас не фанфики писала, а учила язык и оформляла визу.

Просто так уж вышло, что с очень многим, к чему тянется моя душа, я не могу соприкоснуться, и писательство - единственный способ хоть как-то выразить мою любовь. Произведения, которые я писала чисто на идее, без любви к кому-то или чему-то конкретному, можно пересчитать по пальцам, и, как правило, это стихи.

Проза требует куда больше времени и труда, идея здесь - слабое топливо. Например, "Зиму огненную" я писала три месяца, отказывая себе во многих вещах из-за недостатка времени (если учесть, что я работаю на руководящей должности). То есть по будням я работала, по выходным писала, а настоящих выходных, когда я могла расслабиться и потупить, у меня не было.

Вообще если хотите знать, на любви к кому или к чему написано то или иное произведение, можно воспользоваться этой подсказкой.

1. К мужчине(-ам). Если в произведении встречаются или упоминаются воины-наемники (Шичининтай, Халиноми, намдалени) - то произведение появилось благодаря им ("Кошачий князь", "Зима огненная", "Дархи Звезда Удачи"). Даже если, как я уже сказала, они там только упоминаются (как в "Сестрах-ныряльщицах"), ведь сюжет не всегда требует их прямого участия. Естественно, это не значит, что я ору чаечкой от любых наемников. Ситуации бывают разные, причин, по которым человек может стать наемником - множество. Причина, которая привлекает меня - это алчность. Поэтому сюда же я отношу конкистадоров (про которых в универе писала сначала курсач, потом диплом, потом магистерскую) и некоторых других захватчиков. Правда, алчность эта весьма специфического свойства, когда-нибудь я напишу о ней подробнее. В целом она хорошо описывается словами из песни Сургановой: кусай себе, дружочек родный, как яблоко, весь шар земной.

2. К животным. Тогда ищите в моем тексте главного героя (или упоминание) рептилии ("Василиск и волшебница", "Серебряная жена", "Карпатский романс") или, реже, кошки (так как с кошками у меня во многом ассоциируются наемники Шичининтай, многие истории о них имеют такие себе... кошачьи названия и кошачью символику внутри самих произведений).

3. К силам природы. Тут тоже все довольно просто. Тогда персонаж - это стихия в антропоморфном облике или нет. Опять же, это необязательно главный персонаж, он может быть и второстепенным, может упоминаться вообще в паре предложений (зависит от требований сюжета), но знайте: я писала историю ради него ("Безрукая богиня", "Ратуле", "Ночь осеннего равноденствия").

4. Реже, чем остальные три пункта - к стране (региону) или эпохе. Здесь, как правило, стихи, потому что эта любовь все же достаточно идейная, чтобы подпитывать написание прозы ("Край закатный", "Bog nam radzi", "Век меди. Век бронзы").

Вижу, что лет десять назад я вполне себе писала произведения о конкретных исторических или мифических персонажах, и тоже скорее из любви, чем по идее, но в последние годы на первый план вышли вышеупомянутые четыре пункта.

* * *

# Посмотрела "Бен-Гура" 2016 года. Несмотря на всю голливудскость фильма (и страшный кадр, где герои ехали в одежде, которую даже не пытались стилизовать под условно древнюю), он мне понравился. Во многом потому, что сюжет придумывали не современные американские сценаристы, а писатель конца 19 века. Драма скорее правдоподобна, чем высосана из пальца. О достоверности реконструкции не скажу, но если вспомнить, что меня напрягло полтора кадра и тут не было неуместных негроазиатов, думаю, с ней все неплохо. Очень порадовал и хэппи-энд. Он не слишком искусственный и после ужасов фильма довольно приятный. Обычно в таких жестоких историях в живых остаются в лучшем случае главный герой с возлюбленной, а тут выжила вся семья главных героев, пусть и перенеся тяжкие испытания. И, на мой вкус, фильм очень красивый. Хватает сцен, прекрасных и страшных, которые я буду пересматривать.

Думаю, не раз пересмотрю гонки на колесницах. В комедии про Астерикса и Обеликса на Олимпийских играх, когда гонки называли кровавым спортом, я думала, то сказано для красного словца. Несчастные случаи, конечно, происходят, думала я, но это ведь всего лишь трагические случайности. А нет, оказалось, фильм про Астерикса был близок к истине, никакие это не случайности. Были даже специальные приемы убийства соперника на таких состязаниях. Да уж, древний спорт жестокая штука.

 

# На меня снизошел дух Черной Пятницы - именно сегодня захотелось назаказывать косметики бренда, о котором я вспомнила буквально прошлым вечером. Удачно я попала на скидки в полцены, потому что за полную стоимость жаба не дала бы купить эти средства. Мне всегда казалось, что бренд Zeitun с его арабским колоритом производится в Сирии. Но, видимо, я с чем-то его перепутала. Оказалось, что это российская марка, просто ее создатели - два упоротых арабиста. Что даже еще лучше, потому что подсознательно я не слишком доверяю зарубежной косметике.

 

# Канцлер Ги некогда пела:

 

Каждый год, каждый год

Чья-то смерть отдает

Мне тепло человечьей души.

 

Повесть моя начинается с того, что блудница Ида приходит к знакомому чародею с просьбой научить ее основам целительства. С тем чтобы она могла отправиться в поход с наемниками намдалени как еще один врач. Это же мои друзья, невинно хлопая глазками, говорит Ида. Четакова.

Я об этом раньше не задумывалась - друзья и друзья - но недавно вот что пришло мне в голову. Где-то я читала, что еще в позапрошлом веке в деревнях, гадая на Святки, девицы обязательно гадали и на смерть - кого на следующие Святки среди них не будет. Это было естественно, ибо каждый год кого-то не становилось. Мне тогда глубоко в душу запали эти слова: каждый год кого-то не становилось. И это было нормально.

Но я никогда не сравнивала этих девиц со своей героиней, а, собственно, почему? Девять десятых круга ее общения - это военные. В вечно сражающемся государстве встречать новый год с теми, с кем встретил предыдущий - большая удача. Каждый год смерть проходится по ее окружению мелким ситом. И те, с кем она общалась, кем восхищалась, с кем дружила, в какой-то миг погибают. Не всегда она даже узнает об этом, ведь она всего лишь шлюха. Человека просто не становится.

И то, что для Иды такое положение вещей было привычно, вовсе не значит, что оно ее устраивало. Вряд ли Ида давала себе в этом отчет, но, думаю, именно поэтому попросилась в ученицы к целителю. Может, не такой уж большой вклад она могла внести своей помощью, но это хотя бы давало чувство, что она не пускает все на самотек. Что какая-то власть над этой ужасной смертью, пусть даже самая малая, все же в ее руках.

* * *

Тем временем я пишу повесть про наемников и шлюху и, кажется, впервые понимаю тех, кто из-за творчества бросает работу. Я так не сделаю, потому что люблю деньги, но мысль взять внеурочный отпуск иногда посещает. Ибо с повестью времени не остается ни на что. Писать я могу только в выходные, а в выходные своей доли внимания требует еще сотня дел, поэтому на все второстепенное я по максимуму забила. Я теперь даже не заказываю косметику (!!!). Понимаю, звучит как проблемы белых людей, но старая косметика подходит к концу, а новая не появляется, потому что выбор и заказ косметики требуют времени и удовольствия от процесса. Так что я думаю просто покупать старые проверенные средства, пока времени не станет чуть больше.

Я даже допускала крамольную мысль отложить из-за повести коррекцию зрения, из-за которой я как минимум неделю не смогу подойти к компьютеру. Но потом подумала, что это уже перебор, я операцию планировала год назад, гораздо раньше, чем повесть, так что приоритеты остаются на местах. А ведь еще надо снять квартиру, чтобы подруга, которая приедет помогать мне после операции, не жила с моей матушкой. А это снова время! Знали бы вы, как его сейчас не хватает. Просмотр новостной ленты остался для меня в далеком прошлом еще до повести, так что я теперь не знаю, че там в мире творится и че думает Вася Пупкин из интернета, и не уверена, что хочу узнавать.

В общем, я очень надеюсь, что допишу эту историю хотя бы к концу новогодних праздников, а то как лох. Не уверена, что из-за ее размера кто-то, кроме друзей, будет ее читать, но мне она прямо нравится. Может, потому, что в своих последних работах я исхожу из принципа: если в сцене нет ничего запоминающегося и красивого, то такая сцена не нужна. В этой истории я люблю почти каждый эпизод.

К слову, под это дело отлично заходят песни Хелависы, причем из альбомов после 2011 года, которые я до недавнего времени не слишком любила. Теперь, когда я понимаю, что ждать от этих песен смысла не приходится, я просто слушаю музыку и голос и проникаюсь образами - и знаете, они красивые. Вообще у меня складывается впечатление, что у нас с Натальей Андреевной во многом сходное чувство прекрасного. Некоторые песни для меня вообще как новые, потому что я послушала их единожды и решила, что "Хелависа уже не та", а сейчас прям заходит.

* * *

Мело, свет прятала пурга.

Он шел без мыслей о возврате.

И в западню он вел врага,

Вел к неминуемой расплате.

©️ Сколот

 

С тех пор как я услышала эту песню, у меня в голове бродит один сюжет. Не уверена, что когда-нибудь его напишу, потому как он требует большого мастерства и предполагается в двух исполнениях.

Меня много лет занимает вопрос вражды. Причем не личной вражды, а скорее вооруженного соперничества, когда вы вроде оба хорошие люди, но притязаете на одно и то же, и разногласия ваши миром не решить. Вопрос отношения к врагу и отношений с врагом всегда был мне интересен.

А сюжет выглядит так: главному герою поручают заманить крупный вражеский отряд в западню. И вот герой встречается с отрядом, вешает им лапшу на уши ("знаю короткий путь до столицы", "тут недалеко айфоны по семь тыщ", "там затоплено, давайте покажу обход" и так далее) и ведет в западню. Путь длится не один день и предполагает промежуточные ловушки, чтобы немного проредить отряд до подхода к месту возмездия. И в этом пути герой внезапно видит, что перед ним не черная свора, а такие же люди, как он сам. Они разделяют с ним воду и пищу, огонь и шатер. Они вытаскивают его из болота, шутят, вспоминают своих родных, рассуждают о будущем. В некой мере герой даже привязывается к ним и, зная, где расположены промежуточные ловушки, старается вести отряд обходным путем.

Тем не менее, он заводит их в западню. Потому что будь они хоть образцом дружелюбия, это его враги.

Таково первое исполнение.

Во втором исполнении предполагается главный женский персонаж. Ведь чтобы вести отряд в ловушку, не нужно быть дофига воином, достаточно знать местность. И здесь уже концовка другая. Понятно, что есть множество женщин, которые будут рассуждать, как первый герой: каковы бы они ни были, это мои враги. Но все же, думаю, для женщины более естественно сжалиться над врагом. Промучившись совестью добрую половину пути, она ближе к его концу все же говорит: ребята, у меня для вас шоковые новости, там дальше ничего хорошего, и про айфоны по семь тыщ я наврала. Поворачивайте назад, да и мне бы неплохо, вряд ли меня теперь погладят по головке.

Страницы: 1 2 следующая →

Лучшее   Правила сайта   Вход   Регистрация   Восстановление пароля

Материалы сайта предназначены для лиц старше 16 лет (16+)