Автор: Gun_Grave

Баллада о провале спецоперации

 Взято с Удела Могултая.
Пишет Antrekot:

 Дневники могут вести самые неожиданные люди. Например, монахи. Например, во время войны. На дворе 1614 год, начало зимней осакской кампании, армия сёгуна-в-отставке Токугавы Иэясу и сына его, сёгуна-не-в-отставке, Токугавы Хидэтады движется на крепость, соответственно, Осака, где засели сторонники предыдущего правящего дома, Тоётоми. С намерением окончательно выселить оный дом из крепости, острова и этого света.
 А у армий бывают самые странные потребности. И вот, двух монахов, Какузана и Рётеки увлекают в ряды — работать капелланами и особо следить за семейной реликвией дома Токугава, изображением Будды Амиды, обычно называемого «Черным Амидой», поскольку от долгого окуривания изображение несколько потеряло в цвете и приобрело в копоти. При этом, монахам строго наказывают — если случится что странное, немедленно докладывать. Реликвия специфическая, некогда принадлежала самому Минамото-но Ёсицунэ и характер у нее... нелегкий.
 Какузан, как уже сказано, ведет дневник.
Читать дальше И записывает, как выступают, как идут на Осаку, как не то 16, не то 17 числа одиннадцатого месяца армия доходит до Кизу — и там останавливается, а сам Иэясу с небольшим конным конвоем следует дальше, в Нару. Реликвия, естественно, едет с ним. Монахи — с реликвией.
 Только отъехали от Кизу — шум, пальба, крики, покойники, Буденный на тебе с небес. В роли Буденного — один из командующих обороной Осаки, Санада Нобушигэ — тот самый, кого в сэкигахарскую кампанию за 15 лет до того нынешний сёгун Хидэтада с сорокатысячной армией из совершенной халабуды выселить не мог. Ну, не сам, конечно, Санада. Его люди. Засада. Какузан пишет, что было их целых сто... спишем на шум, зимние сумерки и богатое воображение нонкомбатанта — сотне там развернуться негде. Но так или иначе, а невесело. Убитых — много, погоня на хвосте, до своих явно не добраться, прорываться приходится вперед, а токугавский паланкин — не самое быстрое средство передвижения. Арьергард готовится умирать с неприятной мыслью, что вряд ли это поможет.
 И тут откуда-то сбоку в ряды противника вламывается здоровенный бродячий монах-воин в черном и принимается там все крушить на все стороны, так что противник тает как мясной фарш при виде голодной ехидны.
 Уф. Ушли. Как-то добрались до Нары. Ну раз добрались — нужно отблагодарить богов и будд за спасение. Тем более, что один будда под рукой есть, тем более, что стоит проверить сохранность реликвии после всей этой стрельбы и суматохи.
 И выясняется, что плохо с сохранностью. У бесценного изображения... вмятины от пуль — в масштабе — и ноги в грязи.
 Тут всем все становится ясно, Иэясу преподносит святыне благодарственные сладости, используя собственный шлем в качестве алтаря, и так далее.
 А монахи некоторое время думают, записывать ли происшествие — потому что с точки зрения людей это была безусловно странность и даже чудо, но для чтимой реликвии — вполне естественное же поведение... особенно с учетом происхождения и характера.
 Но все же записали. В отчет и в дневник. Откуда она угодила в хроники дома Токугава. Все три документа сохранились — благодаря им мы и знаем эту историю.
 А что сказал Санада по сему поводу мы не знаем, потому что Санада был человеком очень вежливым. Известно только, что в следующий раз он попытался добраться до сёгуна-в-отставке сам — и возможно даже отчасти преуспел: Иэясу умер в 1616, по слухам, как раз от ран, полученных под Осакой.
 Но так или иначе, а на его, Санады, дороге никакие черные монахи не возникали. И правильно делали. Потому что Санада и сам был монах. Не очень хороший, но монах. А сказано же «Встретишь Будду — убей Будду.»

Комментарии

Gun_Grave, оригинальный подход к религии был у Санады, орригинальный....
Очень интересная легенда, спасибо)
Ктая, будды будами, но сам господин сёгун-в-отставке с небольшим конвоем на дороге просто так не валяется )

Лучшее   Правила сайта   Вход   Регистрация   Восстановление пароля

Материалы сайта предназначены для лиц старше 16 лет (16+)