Что почитать: свежие записи из разных блогов

Записи с тэгом #как страшно жить из разных блогов

S1mØne, блог «К чёрту! И побыстрее»

От шика до пшика

Меня бесит это тотальное разделение людей на деятельных и бездеятельных. Эти бесконечные ярлыки успешности и не успешности. Эти призывы про жопу и диван. Меня бесят! Истории об успешных людях, которые наперекор бурям и стрелам шли, ползли, лежали в сторону цели. Превозмогли, отряхнулись и снова побежали. Не ве-рю.

Это «мотивирующие» рассказы с очень избирательным повествованием – высветить, что нужно умолчать о том, что не в тему. Это всегда полуправдивые истории. Вот прекрасная история про Коко, например. Выросла в монастыре. большая умница, не сидела не ждала, а боролась и смотрите что получилось. А в интервью о себе Коко говорит: «Легенда живёт дольше, чем правдивая история; реальность жалка, и люди всегда будут предпочитать ей прекрасного паразита, имя которому — воображение».

Я психолог и вижу много талантливых, умных, интересных людей. Они пишут стихи, вышивают картины, рисуют портреты, делают потрясающие фотографии, пекут торты, увлекаются садоводством. Но не строят карьер. Во первых они не хотят. Но даже себе не могут в этом признаться. Это стыдно. А должно быть стадно. Потому, что в мире соревнований, сравнений и призов, твой талант, и ты целиком оцениваются по уровню дохода. Остальное не в счет.

Во вторых. У людей разный эмоциональный старт. Не материальный, а эмоциональный. Разный и заложенный не только в детстве. Разный баланс прибылоубыло энергии. И разный эмоциональный «остаток» Те, кто действительно может вставать и делать давно уже встали и делают. У них опор больше чем боли. Внутренних или внешних. И обстоятельств и людей, которые оказались рядом. Это не умаляет их заслуг. Но объясняет. И развенчивает мифы о Мюнхаузенах.

Бесит навешивание ярлыков и ответственности на людей лишенных внутреннего ресурса. Людей энергию которых, жрут психологические защиты, истощающие отношения, бесконечный стресс, как правило, даже не осознаваемый. Люди с посттравматическим синдромом, о котором они знать не знают, но живут с чувством вины и стыда, за свою какую-то там нереализованность, по которой их мерят деятельные антилопы.

Меня бесят рассуждения про силу воли. Нет никакой силы воли. И лени никакой нет. Воля растет на внутренних эмоциональных ресурсах. И только так. Или в ущерб им.

Меня бесят знайки, умейки и успевайки, вместе с их лозунгами.

«А вот я взяла себя в руки!» Садитесь пять. Значит, в руках была сила. «Я стала работать с психологом» Прекрасно, значит были на него деньги и информация где найти профессионала, а не попугая. «Мне попалась статья, и я изменила свою жизнь» Вам повезло, зерно упало в подготовленную почву. Я могу приводить бесконечные примеры. Потому, что нет, не существует, понимаете, никаких шаблонных критериев для людей. И намеки на лень, несостоятельность, глупость и бесталанность меня бесят. Это нравственные ярлыки, которые загоняют людей в ловушки стыда и вины. Из которых выбираться ещё сложнее.

И мне, пожалуй, надо остановиться, ибо гнев мой нескончаем. Но как же меня вот это вот все бесит!

© Norvalade

S1mØne, блог «К чёрту! И побыстрее»

Подержите мой хвост пистолетом

За столиком кафе сидел парень, в котором умер великий спортсмен, потому что он слишком много пил, и поэтому стал сторожем на складе. Парень разговаривал с девушкой, в которой умерла гениальная актриса, потому что в театральный можно поступить только по знакомству, и теперь девушка работала бухгалтером.

За кассой сидела женщина, в которой умерла знаменитая балерина, потому что с такой фигурой в группу не берут, и вообще, надо было, уважаемая, 10 лет назад приходить.

Пронёсся с подносом официант, в котором умер великий писатель, потому что никто не хотел издавать его рукописи, таких писак навалом, сейчас все пишут.

Мимо по улице прошла мама с ребёнком, в котором уже начал умирать гениальный музыкант, потому что родители отдали его в лицей с финансовым уклоном, а учительницу музыки, которая слезно просила их не загубить талант мальчика, послали подальше. В маме умерла известная художница, потому что она слишком рано выскочила замуж, родила и посвятила себя семье.

Пространство было наполнено призраками гениальных деятелей культуры, науки и искусства — великих членов общества, и реальными фигурами простых скучных смертных.

Сверху за ними наблюдал некто, в ком умерло желание всех спасти. Он давно не понимал, почему одни спасаются сами, а другие гибнут, как их ни спасай. И теперь он просто смотрел на них, как смотрят телевизор, переключая с первого на сотый канал.

© Мари Гарде

S1mØne, блог «К чёрту! И побыстрее»

Кто-то, что-то, где-то

Кто-то бросил случайное слово, от слова разошлись круги и дуги, завязались в петлю, и петля та затянула горло сказавшему. Через множество лет.

Кто-то промолчал, и молчание то пошло волнами, накрыло и обеззвучило рвущееся наружу признание другого, и через много лет аукнулось ему тишиной дома, в котором некому было встретить его смерть и проводить, завесив зеркала.

Кто-то улыбнулся, и в улыбке его отразилось солнце. И другой не сделал того, что задумал.

Кто-то ушёл, и через время понял, что уходить не стоило. Но возвращаться было некуда.

Кто-то остался, но тем самым предал самого себя.

Кто-то ничего не сделал. Но с него всё равно спросили.

Кто-то сделал, но сделал не так и не вовремя.

Кто-то искал ответы, не задав вопроса. Кто-то ждал вопросов, и бросал камни в воду, а потом ждать устал и умер.

Кто-то любил. И, единственный из всех живущих, был прав.

© И. Плеханова

S1mØne, блог «К чёрту! И побыстрее»

Я всех умней, но это незаметно

Однажды я зимой купила цветную капусту, забыла её съесть — а она не испортилась. И я впервые со спортивным интересом начала наблюдать: когда эта блядь хотя бы сделает вид, что она еда. Капуста продержалась 7 месяцев.

С тех пор за отдельными видами продуктов я присматриваю. Могу рассказать почти про всё: от авокадо до помело.

(исключение — картошка, огурцы и морковь. Эти гнить начинают ещё до приноса домой)

Но чемпион чемпионов — коктейльная вишня. Она в открытой (!) банке, куда я слазила пальцами (!) за парой штук, стоит и не думает плесневеть уже три, сука, года.

Что мы жрём, Господи! Мне кажется, что когда мы умрём — мы будем разлагаться дольше целлофановых пакетов.

Аминь.

© Анна Рождественская

S1mØne, блог «К чёрту! И побыстрее»

«Вековухи», «непетое волосьё» и «пустоцвет»: почему так называли старых дев

Женщины, которым не повезло попасть в категорию «старых дев», на Руси считались ущербными и в чем-то даже недостойными. Дочку обычно старались выдать замуж пораньше, лет в 12—15. Если она «засиживалась в девках» до 19—20 лет, шансы на замужество стремительно испарялись. Проходило еще пару лет, и несчастная получала клеймо «старая дева».

Оскорбительные прозвища

Старых дев на Руси пренебрежительно звали «вековухами» (от словосочетания «век вековать») или «непетым волосьём». Последняя фраза появилась от традиции надевать невесте на свадьбе платок замужней бабы. Присутствующие при исполнении обряда женщины распевали песни о том, что девичий век закончился, теперь новобрачную ждут семейные радости и горести. Старым девам таких песен по понятным причинам не пели. Отсюда и — «непетое волосьё».

Никогда не бывших замужем холостячек в очень солидном возрасте также уничижительно звали «седыми макушками». По традиции, они не имели права носить головные уборы и платки, которые полагались только замужним. Естественно, девушке приходилось ходить с непокрытой головой до глубокой старости, и ее седина была видна всем.

Табу на определённую одежду

Вековухи не имели права носить не только платки, кички и другие традиционные головные уборы «бабы» (то есть замужней женщины). Им вообще было запрещено любое одеяние не по статусу. Старая дева должна была носить девичьи сарафаны, юбки и рубахи, но исключительно темных оттенков.

Ей также нельзя было как-либо украшать себя. Ленты в волосах, серьги и бусы носили юные незамужние девицы для привлечения женихов. Считалось, что вековухе это уже не нужно, поэтому и украшать себя не прилично. В итоге и так обиженная судьбой женщина выглядела как вдова или старуха-отшельница.

Положение в обществе

Тут старой деве приходилось совсем несладко. Молодые девушки не брали ее в свою компанию, как будто боясь заразиться несчастьем и одиночеством. Да и по возрасту девка-«перестарок» явно не подходила для общения с молодежью. Она не могла ходить на свидания, встречаться с 14—16-летними парнями, участвовать в забавах молодых. Общих тем для разговора не было.

Точно так же старая дева не вписывалась и в коллектив замужних баб. Она «не познала жизни»: не жила с мужем, не рожала детей, не знает тягот семейной жизни. Умудренные опытом замужние женщины не допускали вековуху в свое общество. По сути, она везде была изгоем.

Столь плачевное положение старых дев на Руси было продиктовано традиционной крестьянской моралью. В русском обществе основной ролью женщины было рождение детей. Если замужняя баба не смогла произвести на свет хотя бы одного малыша, ее пренебрежительно звали «пустоцветом».

Старая же дева не получила даже шанса выполнить свою главную миссию, не вышла замуж. Значит, есть в ней какая-то ущербность. Такую женщину старались избегать и периодически унижали разными презрительными высказываниями. Говорили, что она — «ни то, ни сё», «как сорока на березке – все сидит и сидит».

Положение в семье

В среде родственников старая дева тоже была не на лучших позициях. Жить своим домом она не имела права. Односельчане могли заподозрить в безнравственном поведении. Да и с хозяйством одной парой рук справиться было сложно. Вековухе приходилось жить с родителями, которые порой и куском хлеба могли попрекнуть.

После смерти отца и матери дева переходила жить приживалкой в дом к старшему брату. Никаких развлечений и радостей ей не полагалось. Незамужняя женщина должна была много работать в поле, хлеву, у печи. Зачастую на ее плечи ложилось воспитание и обстирывание многочисленных племянников.

Улучшить положение вековухи в доме могли только определенные черты ее характера. Если женщина оказывалась безвольной, смиренной и к тому же не отличалась богатырским здоровьем, участь ее была незавидной. Любой, кому не лень, мог ее унижать и попрекать.

Волевая и хозяйственная дева вполне могла «поставить на место» юную невестку и стать более уважаемым членом семьи. Ухаживая за престарелыми родителями и управляя всем хозяйством, она также получала более высокий статус. Таких женщин в народе называли «большухами», то есть старшими. К ним относились вполне уважительно.

Обряды и приметы

Незавидная женская доля вековухи налагала ряд ограничений и на ее роль в обрядовой жизни общества. Старым девам не полагалось участвовать в народных гуляньях, петь, танцевать, готовить еду для свадьбы и печь хлеб для своей семьи. Их не пускали в поле в первый день жатвы, чтобы не сглазили урожай. Плохой приметой было и присутствие девушки-перестарка при родах женщины или отеле коровы.

«Пустое» проживание жизни девы казалось русскому народу таким ненормальным, что эту несчастную женщину обвиняли во всех грехах, практически приравнивая к ведьме. Односельчане верили, что вековуха способна превращаться в нищенку, а затем просить подаяние у церквей и кладбищ. Считали даже, что старая дева может сожительствовать с Нечистым и колдовать.

Чтобы защититься от чар вековухи, окуривали избу ладаном, постель посыпали маком или окропляли святой водой. Сама женщина об этом зачастую догадывалась. Иногда на нее специально надевали защитный амулет — сшитый из поповской ризы пояс. В такой обстановке суеверий, страхов и плохо скрываемого презрения старая дева и проживала свой век. ©

S1mØne, блог «К чёрту! И побыстрее»

Шёл 198...год

— Алиса, Алиса, а я кем буду, когда вырасту?

— Ты, Аня, будешь визажистом.

— Чего?!

— А ты, Федя — дилером систем диагностики инжекторов.

— Чего???!!!

— А ты, Петя — системным администратором.

— Что???!!!

— А ты, Света — колумнистом и блоггером.

 

— Ребята, а давайте ей морду набьём! Её как человека спрашивают, а она как эта прям!

S1mØne, блог «К чёрту! И побыстрее»

Не искушай сильных мира сего — съедят

Актёр Зиновий Гердт рассказывал, как он водил свою маленькую внучку в зоопарк. Показывал ей разных зверей, рассказывал о них, что знал… Но перед клеткой со львом внучка просто остолбенела, – такое он произвёл на неё впечатление! Она стояла и смотрела на зверя, как заворожённая, а счастливый дед разливался соловьём, сообщая девочке все сведения о львах, какие только помнил… А когда лев зевнул во всю огромную пасть, внучка схватила деда за руку и очень серьёзно сказала: «Эсле (она так и сказала: «эсле»!) эсле он тебя съест, скажи мне прямо сейчас, на каком автобусе мне надо ехать домой!»

© из книги Бориса Львовича «Актёрская курилка»

S1mØne, блог «К чёрту! И побыстрее»

Невидимая инвалидность

Если мы не видим чего-то — этого нет. Фейсбук и другие соцсети в этом смысле очень помогают: мы можем увидеть, как растут дети с ограничениями в приемной семье, как они раскрываются и оживают и становятся совсем другими детьми с ограничениями.

Мы можем увидеть внутренний мир человека с травмой, интроверта, человека с астенией, с ОКР или множественными личностями.

И всегда мы видим одно: очень трудно быть тем, у кого есть проблемы. Все пытаются максимально приблизиться к здоровью и одновременно ранятся в этих попытках.

Многие годами отказываются от помощи и лечения, лишь бы не встречаться с диагнозом.

Раз за разом.

Что такое сенсорная эпилепсия? Это такая штука, когда тебя раздражает вообще все, словно неприятный звук издает вся вселенная, и тебе так больно, что ты не можешь дышать.

Что такое расстройство внимания? Это когда спустя десять-пятнадцать минут разговора с самой интересной в мире собеседницей ты утыкаешься в телефон.

Что такое астения? Это час поездки на метро — и ты устал, и больше уже ничего не хочешь.

Что такое высокий уровень тревоги? Это когда ты точно помнишь, что закрыл машину, но мысль о том, что ты, может быть, случайно нажал на кнопку дважды и она открылась, выключает тебя из всех остальных процессов.

И да, все эти люди вокруг вас (а может быть, они и есть вы) выглядят нормально.

Только они сами знают, сколько стоит эта нормальность.

Спойлер: очень-очень дорого.

Поэтому так важно видеть и не осуждать людей, которые сражаются с трудностями. Нет, вам необязательно перед ними преклоняться. Просто помните: для некоторых ваш старт — это финиш изнуряющего пути, и дальше они пройти не смогут.

© Адриана Имж

S1mØne, блог «К чёрту! И побыстрее»

Евгений Лебедев «Поповский сын»

Я привёз сестру на площадь Дзержинского в Москве и сказал: «Вот девочка, её нужно устроить в детский дом, у неё родители репрессированы». Я делал вид, что она мне чужая: «Нашёл на улице!»
До Лубянки были в Наркомпросе. Наркомпрос ответил: «Врагов не устраиваем, кому нужно, тот о них позаботится. Уходите!» И мы ушли. Пришли в женотдел. После моего объяснения председатель закричала: «А, поповские выродки! К нам пришли? Деться некуда? Поездили, покатались на нашей шее? Хватит!» Мы стояли и слушали, как над нами издеваются взрослые мамы и тети. А мы-то надеялись!..
Мы теперь равные, говорил я, такие же, как все. Мы теперь не отвечаем за поступки наших родителей, мы им не выбирали профессий — нас тогда еще не было. В статье нового закона написано, что мы теперь не лишенцы... Я с двенадцати лет сам добываю себе на хлеб, я беспризорник. Я привел вам девочку... ей десять лет. Куда ее? На улицу?
Помню, как наступила тишина — и в тишине вдруг голос, спокойный, уверенный, стальной:
— На Лубянку! Там ваше место!
Год назад никто не знал, что у меня есть отец и мать, все знали, что они давным-давно умерли, в голодном двадцать первом году, на Волге. Я помню, как меня стыдили за то, что скрывал, что похоронил родителей: «Кого похоронил? Отца и мать! Где у тебя совесть?! Ты должен их навестить!» И опять я стал виноват. Я навестил их, я всегда навещал их, только тайно, чтобы никто не знал. Меня этому научили.
Сегодняшняя молодежь и представить себе не может, что все это было с нами, с их дедами и прадедами. Открыл, объявил: «Еду к отцу!» А вернулся — телеграмма: папа арестован. Новое ко мне отношение, новый ярлык, опять позорное клеймо.

скрытый текстПрисматриваются, что я буду делать, как поведу себя в новых «предлагаемых обстоятельствах».
Я всё время об этом думаю. Днём и ночью. Во сне и наяву. Лежу в постели, молчу и думаю. Передо мной станция Аркадак. Привокзальный буфет. Я и отец. Мне двадцать лет. Отцу — за шестьдесят. Первый и последний раз я пил с отцом. Он мне сам предложил: «Я хочу с тобой выпить. Я чувствую, что мы больше никогда не увидимся». Я никак не ожидал услышать от него такое. А он смотрел в стопку и говорил, как заклинание, как молитву: «Запомни: никогда не теряй веру. Никогда с ней не расставайся. Что бы ты ни делал, в деле твоем должна быть вера. С верой и благоговением совершай свой труд, зарабатывай кусок хлеба. Не оскверняй храма своего, храм — в тебе самом, храм — душа наша. Трудись — и воздастся тебе, стучи — и откроются тебе двери познания жизни, ищи — и найдешь... Не обижай людей, ибо в человеке есть Бог. Бог — это человек».
Раны не обязательно остаются лишь после огнестрельного или холодного оружия, раны глубокие, незаживающие остаются от самого страшного оружия. Это оружие — жестокость, отсутствие милосердия.
ТРАМ — Театр рабочей молодежи. Я пришел туда из ФЗУ. Был комсомольцем, активистом. Я с двенадцати лет работал и как будто ни в чем не отличался от своих товарищей, которым не нужно было при живых родителях говорить о них, что они давным-давно умерли. Меня как комсомольца губком посылал в период коллективизации в деревню работать с молодежью. И я работал, верил в то, что моя работа необходима. Сам полуграмотный, учил неграмотных. А сколько их было в ту пору! Научатся писать свою фамилию — уже победа, ставили ему в графу — грамотный.
В закрытой церкви — клуб. Я организовываю комсомольскую ячейку. Я, поповский сын! Комсомольскую ячейку в церкви! Я носил юнгштурмовку. Не каждому ее давали, нужно было заслужить. Я, мальчишка, ночами дежурил у ответственного телефона. Мои распоряжения — закон.
Права у комсомольцев огромные. Это не то, что сейчас, — написать бумагу, послать ее к другому, высшему начальству, тот наложил резолюцию... Тогда было проще. Пришла баржа — снимаю трубку, звоню в тюрьму: «Прошу прислать пятьдесят человек на разгрузку». Сажусь вместе с милиционером в одно седло и еду проверять. Темно. Осень. Грязища. Старая Самара. Но в старой Самаре новые времена. И это новое делали мы — мальчишки и девчонки. Работа у нас — взрослая, ответственная.
И вдруг как гром — поповский сын!
«У нас в театре работает поповский сын». Это в ТРАМе-то! ЧП! Я стою в репетиционном зале, вокруг меня мои бывшие товарищи. Теперь я им не товарищ, а злостный враг. Меня пригвоздили к позорному столбу. Кричали, ярлыки всякие клеили. Заявляли, что таким, как я, не место в театре, и не только в театре, но и в обществе...
Я стоял и плакал, мне было шестнадцать лет...

S1mØne, блог «К чёрту! И побыстрее»

Мы рождены, чтоб, умирая, верить

Люди — одинокие психи: то тепла души им не хватает, то холода авантюры.
"Не хватает" — это наша форма существования.

скрытый текст
Страницы: 1 2 3 9 следующая →

Лучшее   Правила сайта   Вход   Регистрация   Восстановление пароля

Материалы сайта предназначены для лиц старше 16 лет (16+)