Что почитать: свежие записи из разных блогов

Категория: проза и поэзия

Анна Василёк, блог «Стихи Анны Василёк»

Стихи. Муравьиная тропа. Ишак

33. Ишак

 

Прокричал вдруг ишак за горою

Среди белого яркого дня.

В ослепительном солнечном зное

Запах трав ветер гнал на меня.

 

1 июля 1990 года

Psoj_i_Sysoj, блог «В те года я открыл зоопарк»

В те года я открыл зоопарк

Название новеллы: 我开动物园那些年 / Those Years I Opened a Zoo / The years When I Ran the Zoo / Those Years I Operated a Zoo

Автор: 拉棉花糖的兔子 / Lа Miаnhuа Tаng De Tuzi / Ла Мяньхуа Тан Дэ Туцзы

Релиз: 2017

Выпуск завершен (199 глав + 9 экстр)

 

Перевод с китайского: Sankou Rekka / 三光烈火

Редактирование: Псой и Сысой

Вычитка: kaos

 

Бедный как церковная мышь выпускник университета Дуань Цзяцзэ внезапно становится наследником частного зоопарка, вдобавок подписав (навязанный ему) контракт, согласно которому должен обихаживать следующих персон: Лу Я, Да Цзи, Бай Сучжэнь, Хэйсюна и прочих столь же благородных обитателей зоопарка.

Теперь ему даже во сне не даёт покоя поток клиентов.

С этих самых пор в зоопарке появилась надобность в таком нововведении как возрастной ценз: лицам, не достигшим 21 года, нельзя принимать участие в посещении господина Лу Я.

И с этих же пор Дуань Цзяцзэ, подобно буддийскому монаху, неустанно корпеет над всеми этими вековыми уложениями и законами о нечистой силе.

......

 

Много лет спустя Дуань Цзянцзэ и Лу Я на ежегодном собрании разыграли отрывок из сяншэна:

 

Дуань Цзяцзэ: Лу Я, не ходивший даже в младшую школу и за десятки тысяч лет превратившийся в вечного бездельника, наконец нашёл работу: устроился в зоопарк Лин Ю экспонатом...

 

Лу Я: ...

 

 

Оглавление:

 

Глава 1. Фонд помощи «Линсяо»

Глава 2. Я — Лу Я

Глава 3. Забота? Разведение!

Глава 4. Первая награда

Глава 5. Новые виды, новый работник

Глава 6. Подготовка к бета-тестированию

Глава 7. Первая партия посетителей. Часть 1

Глава 8. Первая партия посетителей. Часть 2

Глава 9. Непредвиденная ситуация. Часть 1

Глава 10. Непредвиденная ситуация. Часть 2

Глава 11. Ремонт и модернизация

Глава 12. Интервью. Часть 1

Глава 13. Интервью. Часть 2

Глава 14. Выпуск новостей

Глава 15. На сцену выходит Ю Су

3

Psoj_i_Sysoj, блог «В те года я открыл зоопарк»

В те года я открыл зоопарк. Глава 15. На сцену выходит Ю Су

Предыдущая глава

Ранним утром Дуань Цзяцзэ сел на автобус и отправился на городской птичий рынок, чтобы обменять фильтр для аквариума: не прошло и месяца, как тот внезапно сломался.

Заодно у него возникла идейка прикупить парочку костюмов для Лу Я: хоть тот не заговаривал об этом, за всё время работы в зоопарке «Лин Ю» он ни разу не менял одежду. Сам Дуань Цзяцзэ не обратил бы на это внимания [1], если бы не услышал, как об этом шушукается с другими работниками Сяо Су: мол, такой красавчик и целыми днями ходит в одном и том же — это сильно вредит его имиджу.

Разумеется, у Дуань Цзяцзэ как у директора зоопарка имелись некоторые обязанности: в конце концов, с тех самых пор как товарищ Лу Я спустился в бренный мир, он безвылазно жил в этом захолустье и, уж конечно, не мог сам посетить торговый центр.

читать дальшеДобравшись до города, Дуань Цзяцзэ поспешил на птичий рынок, чтобы найти тот самый магазин аквариумистики.

При виде молодого человека продавец тут же его вспомнил:

— Здравствуйте, а вы опять за рыбками?

— Я не за рыбками, хозяин. Купленный у вас фильтр сломался — просто сам взял и сломался, — подчеркнул Дуань Цзяцзэ. — Вы можете его заменить?

— Надо же, как странно, — принялся увиливать хозяин. — Все наши товары очень хорошего качества, как я могу быть уверен, что он сам по себе сломался...

— Что значит — как вы можете быть уверены? Неужто мне делать больше нечего, кроме как ломать его? — возмутился Дуань Цзяцзэ.

— Откуда же мне знать? Лучше бы вам отнести его в ремонт… — продолжал отнекиваться мужчина.

— Да кто же мне его отремонтирует? Хозяин, это чистой воды надувательство!

— Не надо повышать голос. Я говорю как есть, — стоял на своём продавец.

— Ну знаете, это уже чересчур, — не выдержал Дуань Цзяцзэ. — Так вы поменяете мне фильтр или нет?! У меня мало времени, мне ещё рыбок кормить...

Продавца аж в пот бросило:

— Неужто ваши рыбки всё ещё живы?

— Ну разумеется, живы! — раздражённо ответил Дуань Цзяцзэ. — Что вы имели в виду — вы что же, мне ещё и больных рыбок продали?!

«При том, что они были больные, — подумал хозяин, — ты ещё и запихнул их всех в один аквариум; чертовщина какая-то — как же так вышло, что они не передохли?»

Пока они спорили, в магазин неожиданно зашёл ещё один посетитель.

— Старина Тан, посмотрите-ка, что случилось с моим телескопом-бабочкой [2]?

Обернувшись, Дуань Цзяцзэ увидел взволнованного мужчину, с которым уже сталкивался на птичьем рынке в прошлый раз — в руках он держал полиэтиленовый пакет с рыбкой.

— Она целыми днями сидит на дне аквариума и, похоже, чем-то подавлена, — печально сказал мужчина. — Не знаю уже, что и делать — скоро я сам буду в депрессии.

— Погодите немного, — отмахнулся продавец от Дуань Цзяцзэ и, не дожидаясь ответа, взял из рук мужчины пакет с рыбкой. — Вы её изолировали? — деловито спросил он. — Как у неё с экскрементами?

— Пока не изолировал, — ответил мужчина. — Ничего не могу сказать насчёт экскрементов.

— Возможно, это энтерит, — поразмыслив, решил хозяин. — Изолируйте её и купите эти лекарства, а потом зайдите снова.

— Хорошо, — принялся кивать мужчина. — Я купил её меньше месяца назад!

— Какой ещё энтерит? — не выдержал стоящий рядом Дуань Цзяцзэ. — Рыбка просто не приспособилась к перемене воды — киньте в воду немного соли, и всё будет в порядке...

Мужчина поднял на него изумлённый взгляд и хотел было спросить, можно ли этому верить, но тут у него в памяти что-то всколыхнулось, и он вспомнил, что он уже видел этого парня на этом самом месте.

— Так это вы, молодой человек?!

Да и как можно забыть того, кто поместил в один аквариум такие разные виды рыбок. По правде говоря, этот юноша вовсе не выглядел серьёзным специалистом, однако, услышав, что его рыбки до сих пор живы, мужчина проникся необъяснимым доверием к его словам.

— Тебе-то откуда знать? — не удержался хозяин. Он ещё с прошлого раза решил для себя, что этот парень ведёт себя как полный дилетант.

— Разве по тому, как выглядит эта рыбка, для вас не очевидно, что с ней? — задал встречный вопрос Дуань Цзяцзэ.

Хозяин магазина утратил дар речи. «Что на такое можно ответить? Он ведь тоже не ветеринар! Как же этот парень, основываясь на одном только опыте, смог поставить более точный диагноз?»

Что до Дуань Цзяцзэ, то он был так зол, что даже слова не шли на ум.

Второй посетитель попытался разрядить обстановку:

— Тогда я попробую и лекарство, и соль, спасибо вам обоим!

— Не за что, — ответил Дуань Цзяцзэ и вновь обратился к продавцу: — Хозяин, так что с моим фильтром?

При постоянном клиенте хозяин магазина уже не мог позволить себе заниматься грабежом средь бела дня [3], а потому пристыжённо буркнул:

— Так и быть, я вам его обменяю.

Дуань Цзяцзэ с чувством глубокого удовлетворения забрал новый фильтр.

Заинтригованный мужчина, выйдя вместе с Дуань Цзяцзэ, не удержался от вопроса:

— Молодой человек, как поживают ваши рыбки?

— Превосходно! — вытащив мобильник, Дуань Цзяцзэ показал ему недавнюю гифку, и мужчина убедился, что они и правда до сих пор обитают в одном аквариуме.

На видео рыбки стройными рядами устремлялись к прислонённому к стеклу кончику пальца. Быть может, всё дело в каком-то корме? Но тогда почему не видно, как его бросают?

Как бы то ни было, судя по яркой окраске и энергичным движениям этих рыбок, они и впрямь были полны жизни.

— А где стоит аквариум? Не похоже на квартиру, это офис вашей компании? — с любопытством принялся выспрашивать мужчина. — А почему там написано «океанариум»? Хе-хе, с вами, молодёжь, и в самом деле не соскучишься...

— Так и есть, — радостно ответил Дуань Цзяцзэ, не упустив возможность для рекламы. — Это зоопарк — прежде он назывался «Хайцзяо», слышали о таком? Он находится на прежнем месте, но теперь называется «Лин Ю», на следующую неделю у нас намечено открытие. Если у вас будет время, приходите, чтобы развлечься!

Мужчина фыркнул — как выяснилось, этот так называемый «океанариум» находился в зоопарке, что делало ситуацию ещё более забавной.

— А вы, оказывается, неординарный человек. Так значит, это зоопарк. Когда будет время, непременно к вам зайду!

— Ха-ха, и напомните, чтобы я дал вам скидку. Меня зовут Дуань Цзяцзэ.


***

Попрощавшись с мужчиной, Дуань Цзяцзэ с птичьего рынка отправился в торговый центр, чтобы прикупить парочку костюмов, а затем вернулся домой на автобусе.

Едва зайдя в зоопарк, Дуань Цзяцзэ увидел, как в тени дерева Сяо Су и Лю Бинь развлекают маленькую девочку.

Девочка в белом платьице лет шести-семи на вид с волосами, завязанными в два хвостика, была прехорошенькой: алые губки и белые зубы, ясный взгляд тёмных глаз [4], хрупкая и одухотворённая — её можно было назвать идеалом классической красоты. Она лакомилась печеньем, которым, по всей видимости, угостила её Сяо Су.

Сяо Су и Лю Бинь умилённо наблюдали за тем, как она ест. Одна протянула ей воду, другой — веер; это дитя в самом деле было необычайно милым.

— Чья это дочка? Настоящая красавица, — восхитился Дуань Цзяцзэ, проходя мимо.

— Директор, а разве не ваша? — удивлённо обернулась Сяо Су. — Она сказала, что пришла к вам.

Дуань Цзяцзэ оторопел — он впервые видел этого ребёнка.

— Деточка, как тебя зовут?

Проглотив остатки печенья, девочка вскинула на него взгляд:

— Меня зовут… Ю Су.

Это имя ни о чём не говорило Дуань Цзяцзэ. Чтобы не пугать ребёнка, он нарочито мягким голосом спросил:

— И кто же сказал тебе прийти ко мне?

На самом деле он подозревал, что девочка просто заблудилась в расположенном неподалёку парке развлечений «Хайцзяо» и потому говорит, что хочет найти директора — как знать, может, она ищет вовсе не его?

В ответ девочка по имени Ю Су подняла лицо к Дуань Цзяцзэ и произнесла:

— Линсяо...

Дуань Цзяцзэ мигом закрыл ей рот ладонью и пояснил изумлённым сотрудникам:

— Я понял! Лу-гэ — твой родственник! Я отведу её к Лу Я!

С этими словами Дуань Цзяцзэ схватил Ю Су в охапку и понёсся прямиком к офисному зданию.

До него наконец дошло: очевидно, эта девочка — то самое присланное фондом «Линсяо» «животное»!

«...Неужто эта система настолько бесчеловечна, что посылает на работу детей? — возмущался про себя Дуань Цзяцзэ. — Это же эксплуатация детского труда! Разве совесть позволит мне держать девочку в клетке?»

— Небесный гений, — поставив Ю Су на пол, Дуань Цзяцзэ просунул голову в комнату Лу Я. — У нас пополнение. Глянь-ка, ты её не знаешь?

Вновь очутившись на твёрдой земле, Ю Су оправила платьице и вошла в комнату.

Лу Я с самодовольным видом валялся на кровати, играя на телефоне.

— И на что тут смотреть? Я её запах и без того за пять сотен ли чую. — Вскинув руку, он помахал ладонью перед носом, прежде чем удосужился поднять взгляд. — Девятихвостая лиса тоже явилась.

— Давно не виделись, небесный гений Лу Я, — со сладкой улыбкой поприветствовала его Ю Су.

— Погодите, девятихвостая лиса? — массируя виски, вмешался Дуань Цзяцзэ. — Какая ещё девятихвостая лиса?

— Та самая, всем известная, — с неизменной улыбкой отозвалась Ю Су.

«Та самая, всем известная?» Спустя какое-то время Дуань Цзяцзэ наконец прохрипел севшим голосом:

— Дацзи [5]?


Примечания переводчика:

[1] Не обращал на это внимания — в оригинале чэнъюй 粗枝大叶 (cūzhīdàyè) — в пер. с кит. «грубые ветви и большие листья», обр. в знач. «подходить к делу поверхностно, делать кое-как; небрежный, грубый; спустя рукава, через пень колоду».

[2] Телескоп-бабочка 龙睛蝶尾 (lóng jīng dié wěi) — одна из искусственно культивированных декоративных пород аквариумной «золотой рыбки», отличающаяся раздвоенным хвостовым плавником, напоминающим по форме крылья бабочки, является разновидностью телескопа.



[3] Грабёж средь бела дня — в оригинале 宰人 (zǎirén) — в пер. с кит. «чиновник, официальное лицо», а при этом также «обманщик, вымогатель, обдираловка, завышенная цена».

[4] Ясный взгляд тёмных глаз — в оригинале чэнъюй 黑白分明 (hēi bái fēn míng) — в пер. с кит. «ясно различать, где чёрное, где белое», обр. в знач. «очень чёткий, отчётливый».

[5] Дацзи 妲己 (Dájǐ) (около 1076 — после 1046 г. до н.э.)— любимая наложница императора Синя, правителя династии Шан. Начиная с династии Тан благодаря легендам и романам обрела известность как кровожадная лиса-оборотень, которая захватила тело настоящей Дацзи и, увлекая императора своими жестокими забавами, послужила причиной падения династии Шан.
Её имя при рождении — Цзи 己 (Jǐ) — «шестая» - шестой из десяти «небесных столпов» небесного зодиакального цикла (знаки десятеричного цикла, применявшиеся в Китае для летосчисления: 甲、乙、丙、丁、戊、己、庚、辛、壬、癸).
Имя при достижении совершеннолетия — Да 妲 (Dá).
Происходила из княжеского рода Ю Су 有苏 (Yǒu Sū).

Анна Василёк, блог «Стихи Анны Василёк»

Стихи. Поздравительное. Последний звонок

32. Последний звонок

 

С дня рожденья нашей школы

10 лет пробьет сейчас.

Первый выпуск вырос в школе –

Наш одиннадцатый класс!

 

Мы тогда вошли впервые

В эти стены молодые,

Вместе с школой мы росли,

Через многое прошли:

 

В эти годы мы сменили

Четверых директоров,

С пятым сами расстаемся,

Покидая школьный кров;

 

И пока мы были в школе,

Годы кончились застоя;

И у власти встал четвертый

Генеральный секретарь.

 

Гласность нынче в полной силе –

Но в застое нас взрастили,

И поэтому пассивность –

Наш сегодняшний балласт.

 

Мы – цветочки перестройки

(мы еще от старых лет),

Ну, а ягодки за нами

Выйдут после в белый свет.

 

Пережили мы реформу,

И поэтому сейчас

Мы зовемся не десятый –

А одиннадцатый класс!

 

…Юбилейный год для школы

знаменателен вдвойне,

ну, а в год ее рожденья

праздник шел у нас в стране.

 

Был конец Олимпиады –

Мишка в воздухе летел.

Летним вечером прощальным

Плакал весь народ и пел.

 

Юбилей Олимпиады,

Нашей школы юбилей,

Первый выпуск новых судеб,

Первый опыт долгих дней.

 

Люди помнят Мишу в небе,

Хоть прошло и много лет,

Верим мы, что все ж остался

В памяти людей наш след,

 

Пусть как дух Олимпиады

Тихо в воздухе плывет,

Дух наш будет в этих стенах,

С вами пусть всегда живет…

 

Интересного тут много

Было в прожитые годы,

Обещаем мы сегодня

Помнить школу навсегда!

 

Невзирая на года,

Куда б не бросила судьба.

 

Весна 1990 года

Анна Василёк, блог «Стихи Анны Василёк»

Стихи. Мой взгляд. Когда над Землей занимался восход...

31. * * *

 

Когда над Землей занимался восход,

И птички зарю воспевали,

Когда из глубинных замедленных вод

Рыбешки наверх выплывали,

 

Когда осветила заря городок

И ветви, и листья, траву,

Тогда вдруг опять ясно кажется мне

Как будто во сне наяву:

 

В далеком лесу вдруг я вижу жилье,

Сокрыто оно средь ветвей

И в нем и просторно, уютно, тепло –

Согрето душою моей.

 

Тогда поднимается грудь у меня

И хочется горы свернуть,

Охота кричать и дышать и бежать,

Бросаться немедленно в путь.

 

Я знаю, что силы моей не занять.

Но только – куда мне бежать?

В лесу том свободно и вольно дышать,

Но как мне туда попасть?

 

И воздух сгущается снова, и дым

Проник через раму окна…

О где же вы, воздух, мой бег и душа?

И радость куда-то ушла…

 

Растаял мой сон, и осталась мне явь.

Но разве нужна мне она?

Мне нужен мой лес, мое солнце, вода!..

Ушло все в жилье без следа.

 

Я верю, найду то жилье я в лесу,

Иначе смогу ли я жить?

Природу люблю я, к природе я рвусь.

Мне жизнь без нее не любить.

 

24 января 1990 года

Psoj_i_Sysoj, блог «Кроваво-красный на висках — не бегонии цвет»

Кроваво-красный на висках — не бегонии цвет

Кроваво-красный на висках — не бегонии цвет / 鬓边不是海棠红 (Binbian Bushi Haitanghong) / Winter Begonia

Автор: 水如天儿 (Shuǐ rú tiān-r) / Water Like Sky
Год выпуска: 2017
131 глава, выпуск завершён.

Перевод с китайского: Диана Котова (DianaTheMarion)
Редакция: Псой и Сысой
Вычитка: kaos

В 1933 году Бэйпин [1] был самым оживлённым городом Китая. Здесь царила совершенно особая атмосфера — не такая, как в разгульном Шанхае, городе иностранцев — прекрасные голоса, напевы куньцюй [2], стук банцзы [3], циньские арии [4], торопливые сказы — любые виды традиционных искусств, какие только можно себе представить, сплетались здесь воедино. То была эпоха, когда традиционный театр [5] с тысячелетней историей был в зените славы, а один из последних глав театральных трупп этого направления Шан Сижуй царил в этом исполненном изящества мире.

читать дальшеВсего одно выступление на банкете, одна встреча — и вернувшийся из Шанхая Чэн Фэнтай, второй господин дома Чэн, знакомится с этим именитым актером пекинской оперы, о котором ходит столько сплетен и легенд. Сняв с одежд Шан Сижуя брошь в форме китайской сливы, он с улыбкой прикрепит её к своему привлекающему внимание западному костюму. И глазом моргнуть не успел, а тело уже вознеслось в Дворец бессмертия. Шан Сижуй поёт, выступает, а мы со вторым господином следуем за ним по пятам.
Чэн Фэнтай сказал ему: «Стоит тебе пожелать, и я всегда буду рядом с тобой». Их отношения зародились на представлении, и их слова походили на фразы из пьесы. Теперь, когда история талантливой и романтической пары представлена на суд образованных господ-читателей, они, лишь бросив взгляд, вспомнят эту фразу: «Кроваво-красный на висках — не бегонии цвет».
[1] Бэйпин 北平(běipíng) — название Пекина с 1928 по 1949 г., в букв. пер. с кит. «Северное спокойствие».
[2] Куньцюй 昆曲 (kūnqǔ) — один из локальных жанров традиционной китайской музыкальной драмы.
[3] Банцзы 梆子 (bāngzi) — деревянный барабанчик, под ритм которого исполняется одноимённая китайская музыкальная драма.
[4] Циньские арии 秦腔 (qínqiāng) — мелодии с отбиваемым ритмом большого барабана.
[5] Традиционный театр — в оригинале梨园 (Líyuán) Лиюань — «грушевый сад» — такое название носила придворная музыкальная труппа, основанная танским императором Сюань Цзуном; обр. в знач. «театр».
[6] Китайская слива 红梅 (hóngméi) — хунмэй — красная слива (Armeniaca mume L.).



Оглавление:

Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12

Psoj_i_Sysoj, блог «Кроваво-красный на висках — не бегонии цвет»

Кроваво-красный на висках — не бегонии цвет. Глава 12

Предыдущая глава

Стемнело и представление в саду уже давно началось, когда Чэн Фэнтай решил провести Чан Чжисиня с супругой по дому, рассказывая на ходу:

— Этот дом — бывшая резиденция великого князя [1] Жуя. Фань Лянь знает, что я не слишком люблю традиционные китайские дома — в них плохое освещение и холодно — однако этот дом пришёлся по нраву второй госпоже, так что пришлось приобрести его, сколько бы он ни стоил. Знаешь, двоюродный братец, во сколько он мне обошёлся? Как услышишь, сердце прихватит! Этого с лихвой хватило бы, чтобы построить новый точно такой же! А видишь тот колодец? Говорят, что в год гэнцзы [2] супруга князя Жуя утопилась именно в таком. Я пугаю этим детей, когда они не слушаются, ха-ха…

С улыбкой слушая его, Чан Чжисинь тихо спросил у Фань Ляня:

— Он всегда такой?

читать дальшеЧувствуя, что сегодня его старший зять ещё невыносимее, чем обычно, тот ответил:

— Нет, не всегда. Он просто хочет произвести на тебя впечатление.

— Интересный он человек, — рассмеялся Чан Чжисинь.

— Да уж, весьма интересный, даже слишком. Обычным людям не по силам выдержать его интересное отношение, — горько усмехнулся Фань Лянь. Устремившись вперёд, он крепко ухватился за Чэн Фэнтая. — Зятёк, хватит уже. Старший двоюродный брат собирается пожить в Бэйпине ещё некоторое время, так что, может, ты как-нибудь в другой раз покажешь ему дом? А то ты бросил своих гостей во дворе — разве это годится?

Однако Чэн Фэнтай так увлёкся, что лишь отмахнулся от него:

— Да им плевать — гостям лишь бы поесть, попить да повеселиться вволю, зачем я им там? Или хочешь, чтобы я им чай подавал и воду подносил? — Внезапно остановившись, он переменился в лице и, резко обернувшись, хлопнул в ладоши:

— Дело дрянь! Совсем забыл, что тут ещё и мой старший зять! Двоюродный братец…

— Старший зять, я сам проведу двоюродного брата, а ты беги скорее — не вынуждай главнокомандующего Цао тебя расстреливать! — помахал ему Фань Лянь.

Хотя до смертоубийства ещё не дошло, на лице главнокомандующего Цао в самом деле сгустились тучи: всё-таки минуло уже больше получаса, а Чэн Фэнтай всё не показывался, да и Шан Сижуй ещё не вышел, к тому же не было рядом с ним красавицы, которая умасливала бы его лестью — его супруга Чэн Мэйсинь была не в счёт. Когда ещё главнокомандующий подвергался столь пренебрежительному отношению? Он уже несколько раз порывался встать и уйти, но жена всякий раз усаживала его на место, уговаривая:

— Дорогой, Эдвина наверняка отвлекло какое-то дело! Подожди ещё немного, вот-вот подадут обед! А потом сможешь наказать его двумя штрафными чарочками!

Когда она произнесла это уже в пятый раз, наконец явился заискивающе улыбающийся Чэн Фэнтай. Главнокомандующий Цао бросил на него гневный взгляд [3] и холодно хмыкнул.

— Старший зять гневается? — с улыбкой обратился к нему Чэн Фэнтай. — Не надо сердиться! Ко мне пожаловали только что прибывшие в Бэйпин родственники, и я был занят, принимая их.

— Сяо Фэн-эр, лживый ты ублюдок! Они, выходит, твои родственники, а этот старик, что же — нет? Твою ж мать!

Чэн Фэнтай, мать которого только что помянул главнокомандующий Цао, даже в лице не переменился. Пытаясь подольститься, он взял гость фундука и принялся его чистить. Главнокомандующий хотел было сказать ему, чтобы он прекратил — ведь в противном случае этого старика ещё полдня будут мучить газы — однако против всех ожиданий Чэн Фэнтай внезапно отправил все очищенные орехи прямиком себе в рот. При виде этого главнокомандующий Цао рассердился и развеселился одновременно — смеясь, он принялся бранить на все корки матушку и бабушку этого сукина сына, однако Чэн Фэнтай по-прежнему лучезарно улыбался, не принимая его ругань близко к сердцу.

На самом деле главнокомандующий Цао вовсе не гневался на Чэн Фэнтая, ведь по характеру они были схожи, так что он любил своего младшего шурина больше, чем родного сына. Чэн Фэнтай и подавно на него не сердился, потому что воспринимал главнокомандующего как представителя старшего поколения — безрассудно храброго покровителя, который к тому же позволяет водить себя за нос — а потому не обращал внимания на его подначки.

Перегнувшись через мужа, Чэн Мэйсинь шёпотом спросила:

— Что за родственники к нам пожаловали? Разве второй дядя и младшая госпожа сейчас не в Англии?

— Они не с нашей стороны — это родственники второй госпожи, её старший двоюродный брат с женой… — Сказав это, Чэн Фэнтай тут же указал подбородком в сторону: — А вот и Чан Чжисинь и Цзян Мэнпин из Пинъяна!

Проследив за его взглядом, Чэн Мэйсинь и сама увидела эту прекрасную пару [4] рядом с Фань Лянем. Она в какой-то степени была очевидцем тех событий в Пинъяне, а потому досконально знала всю их историю. Окинув Чан Чжисиня заинтересованным взглядом, Чэн Мэйсинь заключила, что он весьма привлекателен — ничего удивительного, что он нравится женщинам. В сравнении с ним Шан Сижуй был юнцом с душой ребёнка, да к тому же ещё сумасшедшим и неуправляемым — какая же женщина такого выберет?

При мысли о сокрушительном поражении [5], которое потерпел Шан Сижуй, Чэн Мэйсинь удовлетворённо улыбнулась, однако не успела она как следует насладиться этим чувством, как ей в голову пришла мысль чрезвычайной важности.

— Чтоб ты сдох! — в ужасе воскликнула она, резко развернувшись к Чэн Фэнтаю. — Тут же Шан Сижуй, а ты посмел их принять! Смерти ищешь?!

Чэн Фэнтай обомлел — он не мог взять в толк, что послужило причиной этой внезапной вспышки гнева.

— ...Но здесь же столько людей — не может же он?..

— Ты не знаешь, каков Шан Сижуй, а я полгода жила с ним под одной крышей, так что я-то отлично уяснила, что он за человек! — ответила Чэн Мэйсинь, бросив мимолётный взгляд на главнокомандующего Цао — того раздражало, когда женщины за его спиной перемывали другим косточки, так что ей пришлось ограничиться фразой: — У него дурной нрав! Прямо-таки дикий! — Однако этого Чэн Мэйсинь показалось недостаточно, чтобы обрисовать натуру Шан Сижуя, а потому некоторое время спустя она всё же, не удержавшись, добавила: — Если он пожелает учинить какое-нибудь сумасбродство, то ему будет не важно, сколько здесь у тебя собралось гостей, насколько они влиятельны и какими будут последствия. Он только о себе и думает — ему лишь бы отыграться!

— Разве? — улыбнулся Чэн Фэнтай, поедая закуски. — А на мой взгляд он весьма славный — он же просто беззаботное дитя, а вовсе не такой безумец, каким ты его рисуешь.

Поняв, что тот всё равно ей не поверит, Чэн Мэйсинь тяжело вздохнула и произнесла сквозь зубы:

— Погоди, скоро сам убедишься.

Тем временем беззаботное дитя Шан Сижуй напевал под нос слова пьесы, придирчиво разглядывая себя в зеркале. Для этого представления он достал лучший головной убор и костюм с самого дна своих сундуков, что показывало, насколько он сильно хотел угодить Чэн Фэнтаю.

Взглянув на часы, Шан Сижуй причмокнул губами:

— Сяо Лай! Я пить хочу!

Вздрогнув, девушка принесла ему воды.

— Дурочка! — со смехом упрекнул её Шан Сижуй. — Как же я буду пить, не испортив грим? Принеси соломинку!

Оцепенев на мгновение, Сяо Лай кивнула с коротким: «А!», — после чего вытащила из чайной корзинки соломинку и сунула её в чашку. Ленивейшим из жестов Шан Сижуй опустил голову и сделал пару глотков из рук служанки; при этом он заметил, что чашка так дрожит в её руках, что по поверхности воды идёт рябь. Взглянув в лицо девушки, он увидел, что щёки её залились краской, а лицо покрылось испариной, и не удержался от насмешки:

— Девочка, ты, следуя за мной, повидала и императора, и генералов. Хоть это и княжеская резиденция, однако живёт здесь отнюдь не князь — чего ж ты трясёшься?

— Я не… — потупилась Сяо Лай.

Шан Сижуй допил воду, пропев под нос ещё пару строк, и, словно рядом никого больше не было, изобразил перед зеркалом изящный жест, чувствуя себя будто опьянённым.

— Шан-лаобань, нам сегодня нельзя выступать! — внезапно выпалила Сяо Лай, закусив губу.

— Что за вздор? Всё, вроде, в порядке, отчего же нельзя выступать? Что с тобой такое творится? — Шан Сижуй ущипнул её за руку. — Тебе нездоровится?

Сяо Лай отрицательно покачала головой, и, пересилив себя, отвернулась, отойдя на пару шагов. Вскоре Шан Сижуй через отражение в зеркале увидел, как она, отодвинув занавес, выглянула в зал и тут же нахмурилась. У девушки был такой испуганный вид, будто в зале сидел огромный тигр.

Неслышно приблизившись к ней, Шан Сижуй хлопнул её плечу:

— На что это ты там смотришь?

Сяо Лай невольно вскрикнула и обернулась, побледнев, словно увидела призрака. Тогда Шан Сижуй подумал, что тут что-то и впрямь не так, и, подойдя к ней, тоже отодвинул занавес, чтобы осмотреть зал. Там он с первого взгляда заметил Чэн Фэнтая, который тут же подмигнул ему, и Шан Сижуй не удержался от смешка. Рядом со вторым господином восседали главнокомандующий Цао и Чэн Мэйсинь. Шан Сижуй собирался вскоре выйти на сцену, но тут он заметил, что при виде него Чэн Мэйсинь, смирив вспышку гнева, выдавила улыбку; при этом она встревоженно посмотрела куда-то в сторону — что-то явно отвлекало её внимание. Проследив за направлением её взгляда, актёр тут же замер на месте.

Раздался бой барабана, но главный герой не появился на сцене. Актёр второго плана тихо окликнул Шан Сижуя, но душа того словно витала в иных сферах [6]: он будто не слышал звуков барабана и не обращал внимания на то, что происходит вокруг.

...Столько лет они жили за тридевять земель друг от друга [7] — мог ли он подумать, что встретится с ней сегодня?

Шан Сижуй ощутил, как в его мозгу будто вскипела жгучая лава; поднимаясь, она наполняла его голову мучительным гулом. У него подкосились ноги, так что он был вынужден ухватиться за дверную притолоку, пока не пришёл в себя.

Она выглядела довольной жизнью, была хорошо одета и лучилась здоровьем и свежестью — вылитая молодая госпожа из влиятельной семьи, она сидела в зале, готовясь смотреть его выступление. А ведь когда-то они стояли на сцене бок о бок, деля все радости и горести — то было куда более счастливое время — и куда более весёлое. А потом она ушла и оставила сцену — так что Шан Сижуй остался один на сцене — одинокий в целом мире.

Они больше не были равными — теперь она не пела вместе с ним, а лишь слушала его.

Снова крепко встав на ноги, Шан Сижуй подумал: «Хорошо же, сейчас я тебе спою!»

Увидев Цзян Мэнпин в зале, Сяо Лай перепугалась так, что у неё чуть душа не отлетела — она сразу поняла, что добром это дело не кончится.

— Шан-лаобань! — со слезами взмолилась она. — Не надо! Давайте не будем выступать!

Шан Сижуй с силой оттолкнул её руку, откинул занавес и вышел на сцену. Замерев на месте, он уставил на Цзян Мэнпин неподвижный взгляд, в котором полыхал неземной огонь. Шан Сижуй обладал большими выразительными глазами, редкими среди мужчин, и вот теперь в этих «глазах красавицы» [8] пылала ненависть, обращённая на одного человека. Чэн Фэнтай взглянул на актёра снизу вверх — казалось, блеск его глаз был способен пронзать насквозь, свирепость его взгляда вызывала почти физическую боль — подобно гневному ваджре [9] у входа в буддийский храм, он повергал в подлинный ужас.

Шан Сижуй отчего-то медлил, так что хуцинь и барабаны также умолкли — тут-то зрители заметили, что творится что-то неладное.

В наступившей тишине Шан Сижуй внезапно грозно запел во весь голос:

— Не думай даже гуляку низкого о милости просить! Как выйдешь замуж в его семью, он может вышвырнуть тебя, не пройдёт и полгода. А ты не осмелишься воспрепятствовать его побоям, из-за которых будешь слёзы лить! Когда лодка достигла средины реки, поздно в ней дыры латать, потом никого не вини. Так что подумай дважды, чтобы не сожалеть об этом впредь. Это мой последний тебе совет — не делай этого! В один прекрасный день я буду готова выручить тебя, ты тоже будь наготове! [10]

Чэн Фэнтай почувствовал, что что-то здесь не так: «Что это за пьеса? Не похоже, что она подходит для праздника…» В этот момент он услышал позади звук отодвигаемой мебели. Цзян Мэнпин, дрожа всем телом, поднялась на ноги, опрокинув стул — она будто увидела что-то жуткое, что заставило её в ужасе отпрянуть.

Четыре года спустя она также с первого же взгляда узнала Шан Сижуя — ведь она сама учила его накладывать грим, как же она могла не узнать его. Очевидно, он всё ещё не забыл старые обиды — его ненависть до такой степени въелась в кости, что он даже позабыл о своём долге перед зрителями. В тот год в Пинъяне своим преследованием он загнал Цзян Мэнпин в угол [11] — она безвозвратно потеряла лицо, каждый встречный стремился плюнуть в неё с Чан Чжисинем, считая её изменницей. Кто бы мог подумать, что некогда она, отказывая себе во всём, вырастила Шан Сижуя, как младшего брата, заботилась о нём, защищала ото всех и баловала — а теперь выходит, что она взрастила вожака волков, который не успокоится, пока не сожрёт её!

Эти горестные пинъянские воспоминания тут же воскресли в сердце Цзян Мэнпин, и она в панике продолжала пятиться, желая скрыться; при этом она не разбирала дороги, уже всполошив нескольких гостей. Чан Чжисинь тут же поспешил к ней и, заключив в объятия, мягким голосом принялся успокаивать жену.

Стоящий на сцене Шан Сижуй указал на них пальцем:

— Можно войти в дом как жена, а можно сбежать, став наложницей! Родного дома за это ты не преступишь порог!

Смысл этой фразы, в отличие от других, дошёл до Чэн Фэнтая.

— Ох ты! — воскликнул главнокомандующий Цао. — «Скакун возле ограды» [12]! А Сяо Жуй-эр и в амплуа лаошэна отменно поёт!

Зажав уши, Цзян Мэнпин принялась мотать головой из стороны в сторону, по её лицу катились крупные слёзы.

— Чжисинь, я не могу тут оставаться! — всхлипывала она. — Давай вернёмся! Вернёмся поскорее!

У Чан Чжисиня от этого зрелища невыносимо сжалось сердце.

— Хорошо, хорошо, сейчас уйдём. Фань Лянь, отвези нас!

Эти трое у ворот во двор производили слишком много шума. Наконец главнокомандующий Цао не выдержал: внезапно поднявшись с места, он вытащил пистолет из-за пояса и выстрелил в небо, а затем направил дуло прямиком на Фань Ляня с супругами.

У Чэн Фэнтая от ужаса краска отхлынула от лица. Вскочив на ноги, он попытался отнять пистолет у главнокомандующего:

— Старший зять! Не надо!!!

Оттолкнув его, главнокомандующий Цао наставил дуло на Цзян Мэнпин:

— Сегодня счастливый день моего племянника, чего ревёшь, женщина? Ты же, мать твою, неудачу накличешь! А ну всем сесть! Никому не дозволено уходить! — С этими словами он качнул пистолетом, и, подчиняясь этому жесту, солдаты с винтовками тут же встали на страже ворот.

Главнокомандующий Цао был всесильным деспотом Северо-Запада: пока в Бэйпине размещаются войска, он здесь всё равно что император, так что никто не смеет противостоять ему.

Чан Чжисинь и главнокомандующий Цао молча застыли, прожигая друг друга гневными взглядами. Фань Лянь принялся шёпотом увещевать двоюродного брата, с силой давя на его плечо:

— Чжисинь! Чан Чжисинь! Тут тебе не Пинъян, где ты — третий господин семьи Чан! Если главнокомандующий Цао хочет кого-то убить, ему это всё равно что клопа раздавить! Не срамись на глазах у всех, просто потерпи!

Стиснув зубы, Чан Чжисинь заключил жену в объятия и сел, крепко прижимая её к груди, словно желая спрятать её от всеобщего поругания. Сам же он гордо выпрямился и устремил яростный взгляд на Шан Сижуя.

Тот уставился на него в ответ сияющим решимостью взглядом, и среди множества арий выбрал ещё одну для Чан Чжисиня. Сменив тон, он звонким и сильным голосом пропел:

— Кожа барабана — это кожа, что на твоём бренном теле, эта барабанная палочка — твои нижние рёбра, что под локтем, эти отверстия под заклёпки — твоего сердца поры, эта колотушка — клыки, что торчат у тебя изо рта! Этот барабан пробьёт тебя, негодяя, насквозь, вовек не расплатишься ты за свои злодейства! Однако начнём же отсчёт с самого начала — прочисти уши и внимай! [13]

Главнокомандующий Цао будто воочию вернулся в тот год в Пинъяне, когда Шан Сижуй стоял на настенной башне, исполненный безумной страсти. Даже солдаты по всему городу малодушно дрожали под пулями, а Шан Сижуй как ни в чём не бывало стоял под шквальным огнём [14] и невозмутимо пел. Эта Юй Цзи определённо превзошла своего Сян Юя по величию [15].

— Браво! — во весь голос крикнул главнокомандующий.

Адъютант и обступившие гостей солдаты мигом подхватили его крик, так что остальным ничего не оставалось, кроме как также кричать «браво», хотя они не могли взять в толк, что в этом такого хорошего [16] — в этом представлении они были самыми озадаченными и перепуганными действующими лицами. Поневоле поддержавшая Шан Сижуя публика будто бы безжалостно глумилась над молодыми супругами. Цзян Мэнпин заплакала навзрыд, а Чан Чжисинь стиснул её плечо с жутким выражением лица.

Чэн Фэнтай глядел на Шан Сижуя с неприкрытым раздражением: он воистину не знал, злиться ему или смеяться сквозь слёзы. Про себя он размышлял, как же назвать весь этот беспредел...

А Чэн Мэйсинь, искоса взглянув на брата, холодно усмехнулась: «А что я тебе говорила? Шан Сижуй — самый что ни на есть настоящий безумец».


Примечания переводчика:

[1] Великий князь 亲王 (qīnwáng) — циньван — один из высших официальных титулов при династии Цин.

[2] Год гэнцзы — Год белой мыши — циклически повторяется раз в 60 лет, в данном случае — 1900 г., в это время происходило Восстания ихэтуаней (боксёров) (1898-1901 гг.).

[3] Гневный — в оригинале 吹胡子瞪眼 (chuī húzi dèngyǎn) — в пер. с кит. «встопорщить усы и выпучить глаза», обр. в знач. «вылупить глаза от злости; разъярённый вид; пылать бешенством; сделать сердитое лицо; злобно зыркать».

[4] Прекрасная пара — в оригинале чэнъюй 郎才女貌 (lángcái nǚmào) — в пер. с кит. «молодой — талантлив, молодая — прекрасна».

[5] Сокрушительное поражение — в оригинале два чэнъюя:
落花流水 (luòhuā liúshuǐ) — в пер. с кит. «опадают цветы, утекает вода», обр. в знач. «полностью, вдребезги, в пух и прах (разбитый)»;
一败涂地 (yībài túdì) — в пер. с кит. «потерпеть поражение и быть разбрызганным по грязи», обр. в знач. «быть втоптанным в грязь».

[6] Душа словно витала в иных сферах — в оригинале чэнъюй 魂飞天外 (húnfēitiānwài) — в пер. с кит. «душа улетела за пределы неба», обр. также в знач. «сильно перепугаться, душа от страха отлетела».

[7] Жили за тридевять земель друг от друга — в оригинале чэнъюй 天涯海角 (tiānyáhǎijiǎo) — в пер. с кит. «на краю небес и в [дальнем] уголке моря», обр. также в знач. «на краю света», «куда ворон костей не заносит».

[8] Глаза красавицы — в оригинале 杏眼 (xìngyǎn) — в букв. пер. с кит. «абрикосовые глаза», обр. в знач. «глаза, по форме напоминающие абрикосовую косточку» или «большие круглые глаза красавицы».

[9] Гневный ваджра у входа в храм — в оригинале чэнъюй 金刚怒目 jīngāng nǔmù) — в пер. с кит. «[как алмазы] сверкающие гневом глаза», обр. в знач. «злое (сердитое) выражение лица; яростный (гневный, страшный) вид».

В этом выражении ваджра (санскр. Vajradhāra) 金刚 (jīngāng), или 金刚力士 (jīngāng lìshì) — силачи (богатыри) ваджры; два божества устрашающего вида (那罗延金刚 и 密迹金刚), защитники буддийской веры; их статуи охраняют вход в буддийских храмах, а изображения помещают на воротах.



[10] Слова из пьесы «О том, как Чжао Паньэр, играя в любовь, спасает падшую» 赵盼儿风月救风尘 (Zhàopàn'er fēngyuè jiù fēngchén), написанной Гуань Ханьцином (1234-1300), одним из четырёх великих юаньских драматургов в жанре цзацзюй. По сюжету пьесы певичка Сун Иньчжан поддаётся на обман богатого барчука Чжоу Шэ, выйдя за него замуж. После свадьбы Чжоу Шэ жестоко избивает жену, и она вынуждена обратиться к подруге Чжао Паньэр. Та ловко обманывает Чжоу Шэ, заставляя его дать жене развод. Шан Сижуй здесь исполняет партию Чжао Паньэр.

[11] Загнал в угол — в оригинале чэнъюй 求死不得 (qiú sǐ bù dé), отсылающий к идиоме 求生不能,求死不得 (qiú shēng bù néng, qiú sǐ bù dé) — в пер. с кит. «хочется жить, но не выжить, хочется умереть — тоже никак», обр. в знач. «находиться в очень мучительном положении».

[12] «Скакун возле ограды» 墙头马上 (qiáng tóu mǎ shàng), «На к другие названия — «На скакуне возле ограды», «Всадник у стены» — комическая пьеса Бо Пу (1226-1306), одного из четырёх великих юаньских драматургов в жанре цзацзюй, в которой рассматривается вопрос о свободе молодёжи в выборе спутника жизни.

Название оперы — в букв. пер. с кит. «на коне взять гребень стены», является идиомой, означающей любовь между мужчиной и женщиной, происходит из стиха поэта эпохи Тан Бо Цзюйи (772–846) «Со дна колодца достаю серебряный кувшин», сюжет которого лёг в основу пьесы.

В пьесе говорится о том, как девушка Ли Цяньцзинь, гуляя весной у стены сада, встретила проезжающего верхом юношу Пэй Шаоцзюня, молодые люди влюбились друг в друга и Ли Цяньцзинь решилась сбежать с Пэй Шаоцзюнем и семь лет скрывалась у него на заднем дворе, родив ему двух детей. Наконец её обнаружил отец юноши и возлюбленным пришлось расстаться, а Ли Цяньцзинь удалилась в монастырь. После того, как Пэй Шаоцзюнь сдал экзамены, его родители сменили гнев на милость и им вновь удалось воссоединиться.
В этой опере Шан Сижуй играет в амплуа лаошэна — пожилого мужчины, отца Ли Цяньцзинь.

[13] Ария из пьесы «История о безумном барабанщике из Юйяна: третья песня» 狂鼓史渔阳三弄 (Kuáng gǔ shǐ yú yáng sān nòng).

Автор пьесы — писатель, художник-каллиграф и драматург династии Мин Сюй Вэй (1521–1593). После ряда неудачных попыток сдать государственные экзамены он поступил в армию под началом генерала Ху Цзусяня. Когда генерала сняли с должности, Сюй Вэй сошёл с ума, пытался покончить с собой, в конце концов убил свою жену и был заключён в тюрьму, после выхода из которой до конца жизни страдал от нищеты и депрессии. Его драма в стихах «Четыре крика гиббона» 四声猿 (sì shēng yuán) основана на его четырёх пьесах: «История о безумном барабанщике из Юйяна», «Сон мастера дзэн о стране из зелёного нефрита», «Героиня Мулань идёт на войну, чтобы занять место своего отца» (самое известное литературное переложение легенды о Хуа Мулань, которое легло в основу дальнейших произведений на эту тему), «Студентка-отличница отказывается от самки птицы феникс и приобретает самца птицы феникс».

В основу пьесы «История о безумном барабанщике из Юйяна» положена история из 23 главы «Троецарствия» о том, как талантливый учёный Ми Хэн (173–198 гг.), отбыв срок в преисподней и готовился взойти на небеса, чтобы занять новый пост. Перед этим судья велит ему воспроизвести его встречу с Цао Цао (155–220 гг.), канцлером династии Восточная Хань, позднее ставшим во главе государства Вэй, который также находится в преисподней. Ми Хэн рассказывает, как он не хотел служить Цао и вёл себя неуважительно по отношению к нему, за что Цао, стремясь его унизить, назначил его старшим барабанщиком при императорском дворе. Сняв с себя поношенную одежду, Ми разделся донага и сыграл на барабане мелодию жалобной песни, вызвав слёзы на глазах у гостей. Ми воспроизводит эту сцену и бранит Цао, перечисляя все его предательские поступки.

Информация с сайта: https://www.wdl.org/ru/item/recent/2013/12/?page=28

[14] Под шквальным огнём — в оригинале чэнъюй 枪林弹雨 (qiānglín dànyǔ) — в пер. с кит. «лес ружей и ливень пуль», обр. в знач. «ожесточённый бой; ураганный огонь».

[15] Юй Цзи определённо превзошла своего Сян Юя по величию — Юй Цзи — героиня пьесы «Прощай, моя наложница», возлюбленная наложница генерала Сян Юя, помимо искусного исполнения песен и танцев, также мастерски владела мечом. После поражения Сян Юя она пожертвовала ради него жизнью. Подробнее см. ссылку 21 к 1 главе.

[16] Что в этом такого хорошего — тут присутствует игра слов: на китайском «Браво» — 好 (hǎo), что в буквальном переводе означает «хорошо».

Анна Василёк, блог «Стихи Анны Василёк»

Стихи. Солнце. Листопад

30. Листопад

 

Листья в воздухе кружатся,

Словно тихо светятся.

Листья на землю ложатся

Друг за другом, рядышком.

 

Землю нашу кутают

Покрывалом желтым

И скрывают год от нас

С грязью прошлых бед.

 

Черное закроется,

Светлое проявится.

Листопад – предвестник

Новой жизни лета.

 

Свет в земле накопится,

Скрытый снегом белым,

Временем раздумья,

Подготовки сил.

 

Выльется на воздух,

Вытянется к солнцу,

Возвратится к жизни

Тонким стебельком.

 

Солнце хочет к солнцу.

Воздух рвется в воздух.

Листья возвратятся

Снова в мир родной.

 

Оживут раздумья.

Мысли станут делом.

Свет и сила жизни

Озарят людей.

 

29 сентября 1989 года

Анна Василёк, блог «Стихи Анны Василёк»

Стихи. Солнце. Солнце

29. Солнце

 

Солнце золотое в небе показалось,

Солнце литым шаром с облака сплыло.

Солнце засияло,

солнце засмеялось

И сказало всем нам: «Вот я и пришло»!

 

28 августа 1989 года

Psoj_i_Sysoj, блог «Логово Псоя и Сысоя»

Система «Спаси-Себя-Сам» для главного злодея

Система "Спаси-Себя-Сам" для Главного Злодея / 人渣反派自救系统 (Rénzhā Fǎnpài Zìjiù Xìtǒng) / The Scum Villain’s Self-Saving System

Автор: Мосян Тунсю 墨香铜臭 (Mòxiāng Tóngchòu)

Год выпуска: 2015

81 глава, 19 экстр, выпуск завершён.

Жанры: BL, приключения, юмор, попаданцы.

 

Перевод с английского и китайского: Псой и Сысой

Редакция: kaos

Помощь в сверке с китайским текстом и перевод послесловия: Диана Котова (DianaTheMarion)

Корректор: Екатерина

 

Оглавление:

 

Глава 4. Тайная помощь главному герою

Глава 5. Стартовое задание

Глава 6. Первый блин комом

Глава 7. Как угробить главного героя

Глава 8. Пряник после кнута

Глава 9. Глава пика Байчжань

Глава 10. Провокация демоницы

Глава 11. Как угробить главного героя во второй раз

Глава 12. Безумная охота за расположением

Глава 13. Дробление баллов притворства

Глава 14. Насколько пошлым может стать сюжет

Глава 15. Квест Мэнмо

Глава 16. Сюжет пошел налево. Часть 1

Глава 17. Сюжет пошел налево. Часть 2

Глава 18. Ручной старейшина

Глава 19. Сердечное наставление

Глава 20. Будни сюжетного негра

Глава 21. Собрание Союза бессмертных. Часть 1

Глава 22. Собрание Союза бессмертных. Часть 2

Глава 23. Вот так сюрприз! Часть 1

Глава 24. Вот так сюрприз! Часть 2

Глава 25. Как нести звание злодея с честью. Часть 1

Глава 26. Как нести звание злодея с честью. Часть 2

Глава 27. Как нести звание злодея с честью. Часть 3

Глава 28. Против Системы не попрёшь

Глава 29. Тут Система бессильна

Глава 30. Лекарство от смерти

Глава 31. Обратный отсчёт до возвращения главного героя

Глава 32. Воссоединение. Часть 1

Глава 33. Воссоединение. Часть 2

Глава 34. Монстр в чистом виде!

Глава 35. Подмоченная репутация. Часть 1

Глава 36. Подмоченная репутация. Часть 2

Глава 37. Лабиринт Водной тюрьмы. Часть 1

Глава 38. Лабиринт Водной тюрьмы. Часть 2

Глава 39. Лабиринт Водной тюрьмы. Часть 3

Глава 40. Бегство от смерти в Хуаюэ. Часть 1

Глава 41. Бегство от смерти в Хуаюэ. Часть 2

Глава 42. Потасовка в винной лавке

Глава 43. Конец всему

Глава 44. Пособие по самовозрождению

Глава 45. Особенности демонической культуры

Глава 46. Переполох в гнезде демонов

Глава 47. Отряд беззаветных сплетников Цзянху

Глава 48. Не ведая о встрече

Глава 49. Действительное положение дел

Глава 50. Разбитая вдребезги картина мира

Глава 51. Этот сон полон боли

Глава 52. Сожаления горы Чунь

Глава 53. Новая встреча учителя и ученика

Глава 54. Несчастливое воссоединение

Глава 55. Жизнь под домашним арестом

Глава 56. Человек в гробу

Глава 57. Священный Мавзолей

Глава 58. Зал Восторгов, зал Ярости, зал Сожалений

Глава 59. Тает снег, трескается лед

Глава 60. Старый глава дворца Хуаньхуа

Глава 61. Первая стража одиночек

Глава 62. Вторая стража одиночек

Глава 63. Путешествие на юг

Глава 64. Рандеву во вражеском лагере

Глава 65. Ну и семейка!

Глава 66. Скандал в приличном обществе

Глава 67. Трое в пути

Глава 68. Храм Чжаохуа. Часть 1

Глава 69. Храм Чжаохуа. Часть 2

Глава 70. Храм Чжаохуа. Часть 3

Глава 71. Возмездие Системы

Глава 72. Человек по имени Шэнь Цзю

Глава 73. Экстра 1. Похождения Сян Тянь Да Фэйцзи. Часть 1

Глава 74. Как важно вовремя вернуться

Глава 75. Ветер, приносящий снег

Глава 76. Возвращение в Бездну

Глава 77. Демонический хребет Майгу

Глава 78. Лица из прошлого

Глава 79. Былых чувств не вернуть

Глава 80. Ключевой артефакт (с цензурой)

Глава 80. Ключевой артефакт (без цензуры)

Глава 81. История начинается…

Экстры:

Глава 82. Пик противостояния между Бин-мэй и Бин-гэ. Часть 1

Глава 83. Пик противостояния между Бин-мэй и Бин-гэ. Часть 2

Глава 84. Пик противостояния между Бин-мэй и Бин-гэ. Часть 3

Глава 84.1. Ну вы поняли...

Глава 85. Слово о Чжучжи. Часть 1

Глава 86. Воспоминания о том, как Великий и Ужасный Лю бился с обольстительными демоницами

Глава 87. Слово о Чжучжи. Часть 2

Глава 88. Ло и Шэнь ломают голову над 100 вопросами

Глава 89. Похождения Сян Тянь Да Фэйцзи. Часть 2

Глава 90. Отчёт о медовом месяце

Глава 91. Юэ Цинъюань и Шэнь Цинцю. Часть 1

Глава 91. Юэ Цинъюань и Шэнь Цинцю. Часть 2

Глава 91. Юэ Цинъюань и Шэнь Цинцю. Часть 3

Глава 91. Юэ Цинъюань и Шэнь Цинцю. Часть 4

Глава 91. Юэ Цинъюань и Шэнь Цинцю. Часть 5

Глава 91. Юэ Цинъюань и Шэнь Цинцю. Часть 6

Глава 91. Юэ Цинъюань и Шэнь Цинцю. Часть 7

Глава 92. Похождения Сян Тянь Да Фэйцзи. Часть 3. Фрагмент 1

Глава 92. Похождения Сян Тянь Да Фэйцзи. Часть 3. Фрагмент 2

Глава 93. Похождения Сян Тянь Да Фэйцзи. Часть 4. Фрагмент 1

Глава 93. Похождения Сян Тянь Да Фэйцзи. Часть 4. Фрагмент 2

Глава 94. Похождения Сян Тянь Да Фэйцзи. Часть 5

Глава 95. Похождения Сян Тянь Да Фэйцзи. Часть 6 (добавленное послесловие). Фрагмент 1

Глава 95. Похождения Сян Тянь Да Фэйцзи. Часть 6 (добавленное послесловие). Фрагмент 2

Глава 95. Похождения Сян Тянь Да Фэйцзи. Часть 6 (добавленное послесловие). Фрагмент 3

Экстра [17]. Глубокий сон

Экстра [18]. Записки о продлении детства

Экстра [19]. Сожаления горы Чунь, Песнь БинЦю

Экстра [20]. Записки о вступлении в брак. Фрагмент 1

Экстра [20]. Записки о вступлении в брак. Фрагмент 2

Послесловие

237
Страницы: 1 2 3 100 следующая →

Лучшее   Правила сайта   Вход   Регистрация   Восстановление пароля

Материалы сайта предназначены для лиц старше 16 лет (16+)