Что почитать: свежие записи из разных блогов

Записи с тэгом #стихи из разных блогов

Джулиан, блог «Нэжвилль»

* * *

На острие меча

Опустилась стрекоза,

Солнце горит в её крыльях.

 

Romashka, блог «Случайные мыслишки»

Стиш

Забери меня с собой, осень,

Унеси меня с собой прочь,

В край, где ветер облака носит,

На руках баюкая их всю ночь,

Закружи меня своим листопадом,

Золотым платком опавшей листвы,

В небе солнце остывшим взглядом,

Уж не согревает, увы,

Уведи сквозь пустые рощи,

Проводи сквозь притихший лес,

Дождь натянет свои вожжи,

До земли от самых небес,

И когда журавлиный клин,

Нитью прошьет горизонт,

Зябко вздрогнут кудри рябин,

И раскроют багряный зонт_

 

Александр Чеботарев.

 

Caixa de Pandora, сообщество «And all that jazz»

«Русские сонеты» Марка Саньоля

Информация, интервью и стихи собраны по Интернету.

Марк Саньоль — французский поэт и дипломат. Родился в 1956 г. в Лионе. Был на дипломатической работе в Берлине, Вене, Варшаве, Киеве. В Москве руководил отделом книги Французского посольства. С 2015 года атташе по культуре посольства Франции в Германии. Первый поэтический сборник «Золотой век» вышел в 1999 году в издательстве «Дюмерше» (Париж) с иллюстрациями Колет Дебле. Второй сборник (билингвальный), «Места странствий», опубликован в 2010 году в издательстве «Комментарии» (Москва). В общей сложности Марком Саньолем написано двадцать стихотворений, посвященных российским городам.
28 февраля 2020 в 19:30 в Порядке слов Марк Саньоль представит билингвальный поэтический сборник «Русские сонеты», вышедший недавно в издательстве «Комментарии». В вечере также примет участие переводчик книги поэт и детский писатель Михаил Яснов.



Пишет Ольга Ефимова
Литературные известия № 12 (176), 2019

"... Сегодня Франция является одной из немногих стран, где русский язык преподается в системе не только высшего, но и среднего образования. Французский поэт Марк Саньоль назвал свою новую книгу, воссоздавшую его впечатления от многочисленных поездок по нашей стране, коротко и ясно: "Русские сонеты". Как мы знаем, сонет — это лирическое стихотворение из четырнадцати строк, построенное по строгой формуле (формулам). Язык сонета изыскан. Он отражает витиеватый комплимент предмету написания. И как же интересно смотреть на петербургские мосты глазами галантного француза:

читать дальше
Волненье вспыхивает в сердце белой ночи,
Толпа теснится вдоль гранитных берегов,
На светлой сцене — мост: его в герои прочат,
Он руки к небесам уже воздеть готов.


Французский сонет — изящный вариант сонета итальянского. Музыкальность — его неотъемлемое качество, звучит ли восхищение северной столицей или глубокое уважение к южному городу русских моряков:

Вот Севастополь — тот, что сжег свои суда
И затопил свой флот, на рейде, возле порта,
Чтоб вражьим кораблям не дать пройти сюда,
Где нынче он стоит, возвышенно и гордо.


Тема развивается плавно, красиво, я бы сказала, аккуратно. Выверенность, четкость сонетной формы выбрана автором не случайно. Марк Саньоль как бы отстраняется от своего "я" иностранного путешественника, фокусируя внимание не только на своих впечатлениях, но делая отсылки в различные периоды русской истории. "Сегодня" растворяется во "вчера", уступая место экскурсу в прошлое. Герой Саньоля видит не просто океанскую бухту, очередную достопримечательность столицы Приморья, но развернутую историческую панораму:

Итак, Владивосток, ветров с волнами братство,
И крепость, и залив, и малые форты,
И старых субмарин оскаленные рты,
И взгляд в Европу из пучины азиатства.


География стихотворений — от Рязани до Красноярска, от Крыма до Владивостока. Марк Саньоль вплетает в строки своих произведений топонимы, фамилии, увязывая полюбившиеся ему места с географическими названиями и знаковыми личностями русской культуры. Так, например, в сонете, посвященном Смоленску, фигурируют и Бонапарт, и почитаемая икона Смоленской Божьей матери, и отсылка к битве при Бородине, а заканчивается описание этого славного города торжественной кодой:

И отблески огня на меди небосклона,
Два лагеря, мороз и этот вновь, как встарь,
Всепобедительный — над городом — январь!
..."



26 февраля 2015 в 17:37
Пишет ИА DVINA29:

"В минувшую субботу в Добролюбовке французский поэт Марк Саньоль встретился с читателями. Он декламировал свои стихи из двух старых сборников («Золотой век» и «Места странствий»), а также несколько новых произведений из книги «Русские сонеты», которая еще находится в работе. Среди последних оказалось и стихотворение об Архангельске, написанное под впечатлением от первого приезда в наш город.

Незадолго до творческой встречи мы поговорили с господином Саньолем и узнали, откуда он черпает вдохновение, почему долго не публиковался и как относится к событиям на Украине.

Ехал на поезде к девушке…

– Марк, расскажите о своем первом вдохновении?
– Я начинал писать в юности, в возрасте 15–16 лет. Но очень долго не публиковал свои стихи. Помню первое стихотворение. Я жил тогда у родителей в городе Лионе. И впервые поехал в Восточную Германию. Там у меня была встреча с девушкой, которая даже никогда не думала о том, что поедет на Запад. Об этой ситуации я и написал: как я ехал в поезде к девушке, а она меня ждала.

читать дальше– А почему долго не публиковались?
– Во-первых, во Франции это сложно. И не только во Франции, вообще. А во-вторых, я руководил французским культурным центром сначала в Дрездене, потом в Киеве, а затем в Москве. Публиковался немного под псевдонимом. Потому что не любят, когда человек, у которого есть такие должности, сам занимается литературой. Моей задачей всегда было представить авторов, художников, писателей. Самого себя представить не могу, это неправильно. Теперь я уже не занимаю никаких должностей, работаю преподавателем в Париже и могу издавать сборники своих произведений.

Лионский вокзал

и снова тщетное ожидание возле вокзала
бесстрастное ожидание подобное вышке над морем
в этот день запредельного одиночества
на мостовой настолько пустой
что даже улица готова броситься навстречу незнакомке
не раскрывая объятий
слишком ранний звонок
столь же неожиданный сколь и ожидаемый
незаметно распространившийся мягкий полумрак
прикрывающий тайную
наготу встречи
исполненной сдержанности и присутствия духа


В Архангельске поразил ледокол

– Каким было ваше первое впечатление о нашей стране?
– Впервые я приехал в Россию в 1992 году. Первое место, которое я посетил, – Санкт-Петербург. Очень красивый город. Но, конечно, эти годы были немного печальными, потому что после распада СССР была сложная экономическая ситуация. Чувствовалось, что людям было не так просто. Потом, когда приехал позже, уже видел разницу.

Я три года работал и жил в Москве, с 2007 по 2010 год. Очень люблю Россию. В то время я много путешествовал по другим городам. Был в Ростове-на-Дону, Нижнем Новгороде, Екатеринбурге, Архангельске. В 2010 году мы организовали поездку французских писателей по России через Транссибирскую магистраль. Мы проезжали через Иркутск, Красноярск, Хабаровск до Владивостока.

Большой разницы между европейской и азиатской частью не заметил. Это странно, потому что едешь девять тысяч километров, и там тоже русские, и так же говорят, почти без различий с Москвой. Во Франции тоже есть части, или территории, где говорят по-французски, но люди совсем другие.

– Несколько стихотворений из сборника «Места странствий» на русском языке в переводе Михаила Яснова можно прочесть в Интернете. В том числе о Санкт-Петербурге, Угличе, Москве. Что вас в первую очередь интересовало в этих городах?
– В этом сборнике стихотворения не только о российских местах, но и о городах в Европе. Об их истории, архитектуре, природе. И о встречах, которые у меня там были, обычно с женщинами.

– Произведения из нового сборника будут отличаться от прежних?
– Теперь я пишу в основном сонеты александрийским стихом. В предыдущих сборниках были свободные стихи. Для нас во Франции на протяжении последних ста лет верлибр – самый популярный жанр, мало кто пишет классическим стихом. Но меня сейчас вдохновляет именно александрийский стих.

– Что напишете о нашем северном городе?
– В стихотворении об Архангельске я пишу о замерзшей реке, о порте, ледоколе, так как я приезжал зимой.
Я первый раз в жизни видел ледокол, который открывает судам дорогу во льдах! Это выглядело впечатляюще. Кроме того, в переводе не замечаешь, но в оригинале в конце стихотворения у меня написано про узников, строивших Беломорканал. Михаил Яснов перевел по-другому. Но ничего, я на него не обижаюсь, ведь ему было сложно сохранять форму.

«Я не поддерживаю Майдан»

– После множества мероприятий в рамках Года России во Франции у жителей вашей страны повысился интерес к русской культуре?
– Да, конечно, это заметно. В литературе, например. У нас издают и читают таких современных российских авторов, как Захар Прилепин, Юрий Буйда, Андрей Геласимов, и других. Хотя интерес к России всегда остается большим, даже если есть между нашими странами некоторые сложности из-за политики. Я думаю, что культурный обмен может способствовать улучшению взаимоотношений между государствами. Важно, чтобы люди понимали друг друга.

– Вы долго работали в Киеве. И присутствовали там, когда начались массовые выступления на Майдане. Вы тогда написали статью, в которой точка зрения на ситуацию отличалась от тех, что преобладали во французской прессе. Сегодня ваше отношение к происходящим на Украине событиям не изменилось?
– Сложный вопрос. Если вы читали эту статью, то поняли, что я не совсем поддерживаю Майдан, это движение. Сначала оно меня интересовало, я хотел посмотреть, у меня ведь много друзей на Украине. Но мне сразу не понравилось то, что я там видел.

Когда я был на Майдане в феврале 2014 года и слушал речи, понял, что будет, возможно, война. Так и оказалось. К сожалению, думаю, что, несмотря на достигнутое в Минске перемирие, конфликт будет продолжаться.

Через несколько дней я поеду в Донецк, чтобы встретиться с людьми, посмотреть на то, что там происходит. И, наверное, напишу еще одну статью, чтобы дать во Франции ту информацию, которую сейчас сложно получить. Ведь французские корреспонденты находятся только с одной стороны и передают то, что говорят официальные украинские агентства. Меня интересует взгляд с другой стороны.

Если бы я еще работал в министерстве, я бы не мог писать эти статьи. Но как честному человеку мне хочется рассказать о том, что я вижу. Думаю, что постепенно во Франции меня будут понимать.


Кстати

Марк Саньоль владеет несколькими иностранными языками. В 2003 году он стал лауреатом премии Ла Брюйер Французской Академии, присуждаемой в области философии с 1994 года. В настоящее время проживает в Париже, работает преподавателем немецкого языка.

Во Франции Марк Саньоль известен, прежде всего, как автор эссе о писателях и философах. Он пишет о Гете и Прусте, Жорже Переке и Пауле Целане, Вальтере Беньямине и Мишеле Фуко и др. Огромный интерес вызывают у писателя так же отдельные географические места на карте Европы: Мариаенбад, Волынь, Галиция.

Он является переводчиком на французский язык работ немецкого философа Ганса Блюменберга (1920-1996), трудов по теологии, с русского на французский — стихов российского сценариста и драматурга, лауреата Государственной премии СССР Александра Гельмана из его новой книги «Костыли и крылья», а также некоторых стихов известного российского поэта, переводчика и детского писателя Михаила Яснова."


САНКТ-ПЕТЕРБУРГ

Столица севера, холодная, сырая,
С густою дымкой на промерзлых островах, —
Здесь гордый всадник, из тумана выступая,
Давно сразил змею, повергнутую в прах.

Дар императора своей императрице —
Бессмертный Летний сад: когда придет зима,
Здесь боги мраморные поспешат укрыться
От снежной стужи в деревянные дома.

А там еще чуть-чуть — и выйдешь на Фонтанку,
Здесь взгляды девушки чаруют спозаранку,
Вода колеблет отражения дворцов.

Теперь — на Мойку и в «Бродячую собаку»:
Здесь хмель течет рекой, как прежде, и, однако,
Уже мы знаем — арестован Гумилёв.

ноябрь 2012


читать сонетыАРХАНГЕЛЬСК

На берегу Двины – ворота в Беломорье:
Архангельск крепко спит,
как зимнее подворье.
На рейде спячкою охвачены суда,
Зверьками корабли спят в окруженьи льда.

В обледенелый порт спускаются ступени –
Там яхты день за днем отбрасывают тени
На неподвижный снег, и лодки кверху дном
Лежат на берегу, и вмерз в песок паром.

Поодаль ледокол курсирует, взрезая
Огромным лемехом непроходимый лед,
И ждущим катерам в канал зайти дает.

Потом приходит ночь – настолько ледяная,
Что кажется, весь порт навек оцепенел.
И целый мир вокруг, как Беломорье, бел.


УГЛИЧ

Вот Углич, городок на волжском берегу, —
Ивана Грозного укрытье и опора.
Народу выпали при нем года террора,
Отнесся к сыну царь, как к смертному врагу.

И глядя нá реку, пытаюсь распознать я
То парусник вдали, мелькнувший сквозь туман,
То гавань с яхтами богатых поселян —
Как будто вопреки забытому заклятью.

Вот церковь — там, где кровь когда-то пролилась:
Здесь Дмитрия нашли, кругом краснела грязь,
Царевич умирал, плыл колокольный звон.

Несчастный случай — иль убийцей он сражен?
Трагическая смерть, начало долгой смуты.
И Годунов уже свои готовит путы.

2012


ПАТРИАРШИЙ ПРУД

Вот Патриарший пруд — один из тех прудов,
Любимых всей Москвой, украсивших столицу,
Где к непредвиденным свиданьям я готов:
Свидетель времени — здесь прошлое таится.

Фантомы бледные плывут по вечерам,
Пар от дыхания, и взгляды, и улыбки —
Смешалось все: и тени трепетные дам,
И этот царский лед, обманчивый и зыбкий.

То шляпка, то манто — танцовщицы, актрисы
Прокладывают путь в толпе, как за кулисы
Ночного города, на звук далеких гамм.

И словно на холстах причудливых Шагала,
Внезапно снег в саду обступит, как бывало
В те дни, которые так сладко вспомнить нам.

2013


РЯЗАНЬ

Рязанская земля, приют монастырей,
И жатвы тучные, и сумрачные битвы,
И колокольный звон, и маковки церквей,
И тьма паломников, читающих молитвы.

Дом губернатора — здесь Салтыков-Щедрин
Старался вслушаться в народные страданья,
Уж навидался он за жизнь таких картин,
В которых власти не отыщешь оправданья!

А в Константиново опять покой и тишь,
И прямо райский сад, куда ни поглядишь,
Вот скромный домик, где когда-то жил Есенин;

Вид, что давно знаком, а все же современен:
Шоссе, гостиница и школа, и притом
Звук пианино за распахнутым окном.

2013


КРАСНОЯРСК

Здесь Красный Яр возник на берегу реки.
Здесь, где течение неистово несется,
Таежный город цвета утреннего солнца
Воздвигли буйные, как волны, казаки.

Здесь красный мергель над пучиной Енисея
Все осветил своим немеркнущим огнем.
Здесь город берега связал стальным мостом,
Здесь мчатся поезда, огонь и грохот сея.

А ветер свищет над окрестными лесами
И разгоняет испарения низин.
В большом порту суда сверкают корпусами,

И женский голос поднимается, один,
Один на всей земле, — из глубины, наружу,
Гекзаметром строки смутив ночную душу.

2010


РОСТОВ-НА-ДОНУ

Столица южная на побережье Дона –
Всё степь да степь кругом, куда ни бросишь взгляд.
Здесь казаки живут – давно и непреклонно –
В Черкасске волны им донские не грозят.

А мне навстречу черноглазая мадонна
Спешит по берегу, черты её таят
Такую красоту! Она глядит влюблённо,
А грудь и талия любого покорят.

Мы с ней стоим вдвоём на берегу ночном,
А перед нами порт и лайнер у причала,
Он в плаванье уже отправиться готов.

И столько прелести в молчании твоём,
И ты меня такой улыбкою встречала,
Что я обнять тебя опять вернусь в Ростов!


ТАГАНРОГСКИЙ МЫС

Азовская волна, былая Меотида,
На скалах бодрствующий древний Таганрог!
В веках затерянный, вторая Атлантида,
И твой паромщик от тебя ещё далёк.

Лагуна здесь всегда была защитой флоту,
Который Пётр создал и оживил, как миф,
И город выстроил, подобный чудо-форту,
Надёжно юг страны прикрыв и защитив.

В музее видим мы известные полотна,
Сюзанну, старцев… А потом идём охотно
Вниз, вниз по лестнице, почти к морской волне,

Где чайка белая шагает в тишине,
Как чеховская тень, и вдруг – зачем, откуда
Анна Марли поёт? Мы слышим это чудо!


АЗОВСКОЕ МОРЕ

В Азовском море штиль, там отмели и тут,
Спокойны берега, песок течёт волною,
И грациозные купальщицы плывут,
Движеньем быстрых тел врываясь в ритм прибоя.

Вдаётся суша полуостровом в лиман,
И город окружён со всех сторон лагуной;
Вокруг просторных рощ оливковый туман,
Темнеют кроны туй почти за каждой дюной.

Своя особенность у внутренних морей:
Целует пресный Дон обшивку кораблей,
Река подобна той морячке одинокой,

Что ждёт любимого на лестнице высокой
И сверху смотрит, не мелькнёт ли там, вдали,
Знакомый парус, обогнувший край земли?
Изменено администрацией сообщества 25 сентября 2021 (02:46:55)

Darth Juu, блог «Мурлыкать можно»

Любимые духи.

Постепенно выздоравливаю. И как обычно бывает в такие моменты, хочется чего-то приятного. Покрасила вот волосы в рыжий цвет (краска была припасена заранее), хотела воспользоваться любимыми духами... У меня наверное, лет десять уже был крошечный флакон духов "Лондон Бербери". Я пользовалась ими на выход, когда хотела торжественного и чувственного настроения. Помню, как я его купила - долго перебирала флакончики, настояла на нем (почему-то и мать, и продавщица предполагали, что мне понравятся другие духи). Так и использовала. Таскала с собой в дорогу. В последнюю поездку в Москву и Питер тоже взяла. Лилит тогда еще смеялась "задушила нас духами". В хорошем или плохом смысле, не сказала, но духи и правда я использовала по капле, а хватало надолго.

И в общем, прочитала у Хильд один пост, подумала, зачем я эти духи берегу, мне вот прямо сейчас их надо. Открыла флакон... А духи закончились. Крошечная капля на запястье и запах во флаконе. И все. То ли правда закончились, то ли Элиф втихую измазала:) Впрочем, не буду на нее грешить, а если и она, лишь бы в радость.

Сейчас стала искать описание аромата, оказывается, у этих духов очень красивая реклама. А настоящий (не поддельный и наверное, речь только про большой) флакон обшит тканью расцветки "бербери".

 

Burberry London for Woman создает атмосферу лондонского вечера - с теплым дождем и опьяняющей свежестью первых поцелуев. Лепестки розы, жасмина, жимолости и пиона подчеркивают женскую нерешительность, а пряный перец, мускус и сандал оплетают томительным соблазном. Чуть горьковатый грейпфрут придает объятиям влюбленных терпкую нотку предстоящей разлуки…

 

 

Теперь флакон будет стоять и напоминать об аромате, о поездках... и вспоминается одноименное стихотворение Шарля Бодлера.

 

Флакон

Есть запахи, чья власть над нами бесконечна:

В любое вещество въедаются навечно.

Бывает, что, ларец диковинный открыв

(Заржавленный замок упорен и визглив),

 

Иль где-нибудь в углу, средь рухляди чердачной

В слежавшейся пыли находим мы невзрачный

Флакон из-под духов: он тускл, и пуст, и сух,

Но память в нем жива, жив отлетевший дух.

 

Минувшие мечты, восторги и обиды,

Мечты увядшие — слепые хризалиды,

Из затхлой темноты, как бы набравшись сил,

Выпрастывают вдруг великолепье крыл.

 

В лазурном, золотом, багряном одеянье,

Нам голову кружа, парит Воспоминанье…

И вот уже душа, захваченная в плен,

Над бездной склонена и не встает с колен.

 

Возникнув из пелен, как Лазарь воскрешенный,

Там оживает тень любви похороненной,

Прелестный призрак, прах, струящий аромат,

Из ямы, где теперь — гниенье и распад.

 

Когда же и меня забвение людское

Засунет в старый шкаф небрежною рукою,

Останусь я тогда, надтреснут, запылен,

Несчастный, никому не надобный флакон,

 

Гробницею твоей, чумное, злое зелье,

Яд, созданный в раю, души моей веселье,

Сжигающий нутро расплавленный свинец,

О, сердца моего начало и конец!

***

А я придумаю что-нибудь другое "сейчас":) Начала с воспоминаний, сбилась на рекламу и перешла к поэзии - ничего так.

P.S. В комментариях Хильд меня поправила, что лирический герой стихотворения грезит о настойке опия. Я отметила, что когда речь о чувстве удовольствия, не столь важно, о чем грезит герой. Ну что ж... С учетом того, сколько у меня духов и как часто я их покупаю, одно недалеко от другого по крайней мере, как метафора:)

Arina Lebrun, блог «Pensées et notes»

••• ღ •••

И кто-то тебя костерит, ругает, полощет имя, как простыню.

А ты, надменно ведя бровями, ни в грош не ставишь всю их грызню.

Смешливо смотришь на лица-маски: опять, скрываясь, кого-то пнёт?

Тебе их жалко – у них есть жало, вот только осы не носят мёд.

 

С тобою – утро, корицы привкус, горчащий кофе и тёплый взгляд.

Ты засмотрелась опять на небо, в котором рифмы, смеясь, шалят.

Добавишь в кофе щепотку соли, добавишь в будни глоток шабли…

Пусть мир – как книга, где на страницах – излом сюжетов картин Дали –

 

Ты в Зазеркалье, и хрупок воздух, но кто-то держит твою ладонь.

И кто-то рядом, и всё надёжно: свеча не гаснет, горит огонь.

Взрывает время мосты и стены – и чью-то глупость развеет в прах.

Ты замираешь в Его ладонях, и бьётся сердце в Его руках.

 

Ирина Василенко.

Arina Lebrun, блог «Pensées et notes»

* * *

Я думала, что главное в погоне за судьбой -

Малярно-ювелирная работа над собой:

Над всеми недостатками,

Которые видны,

Над скверными задатками,

Которые даны,

Волшебными заплатками,

Железною стеной

Должны стоять достоинства,

Воспитанные мной.

Когда-то я так думала

По молодости лет.

Казалось, это главное,

А оказалось - нет.

Из всех доброжелателей никто не объяснил,

Что главное, чтоб кто-нибудь

Вот так тебя любил:

Со всеми недостатками,

Слезами и припадками,

Скандалами и сдвигами

И склонностью ко лжи -

Считая их глубинами, считая их загадками,

Неведомыми тайнами твоей большой души.

 

Екатерина Горбовская

 

Екатерина Горбовская – современная российская поэтесса, которую критики ценят за «её остроумный дамский лаконизм», а читатели за то, что она легко и непринуждённо пишет о вещах, волнующих всех и понятных каждому.

Arina Lebrun, блог «Pensées et notes»

«С любимыми не расставайтесь!»: мистическая история одного из самых пронзительных стихотворений о любви


Строки из стихотворения «С любимыми не расставайтесь!» после выхода новогодней комедии «Ирония судьбы, или С легким паром» стали знакомы практически всем. Называется это стихотворение «Баллада о прокуренном вагоне», его автором является Александр Кочетков, а история появления стихотворения заслуживает особого внимания.
Историю появления стихотворения рассказала в своём дневнике супруга поэта Нина Григорьевна Прозрителева.

Далее...
Лето 1932 года супруги провели у родственников, и Александр Кочетков должен был уехать раньше жены. Билет был куплен до станции Кавказской, после чего нужно было пересесть на поезд Сочи – Москва. По воспоминаниям Нины Григорьевны, супруги никак не могли расстаться, и уже во время посадки, когда проводник попросил провожающих покинуть поезд, Нина Григорьевна в буквальном смысле вызволила мужа из вагона. Было решено сдать билет и отложить отъезд на три дня. По истечении трех дней Кочетков уехал и, прибыв в Москву, обнаружил, что друзья уже считали его погибшим в крушении, которое произошло с поездом Сочи — Москва. Получилось, что те три дня отсрочки спасли поэта от неминуемой гибели. В первом же письме от мужа, которое получила Нина Григорьевна, было стихотворение «Баллада о прокуренном вагоне».

Все произошедшее заставило поэта задуматься о роли случайностей в жизни человека и о великой силе любви, способной уберечь человека от трагических перипетий судьбы. Несмотря на то, что стихотворение было написано в 1932 году, напечатано оно было лишь спустя 34 года в сборнике «День поэзии». Однако, еще до опубликования, эти проникновенные строки никого не оставили равнодушными и передавались буквально из уст уста, как и сама история его создания. После выхода в свет стихотворение «Баллада о прокуренном вагоне» стало включаться в многочисленные сборники стихов как одно из лучших лирических произведений того времени.

Александр Кочетков написал много замечательных стихов, но он так и остался в памяти благодаря своей «Балладе…». Прошел не один десяток лет со дня написания «Баллады…», а строчки из этого стихотворения продолжают оставаться гимном всех влюбленных. И в любых жизненных перипетиях самое главное – это всегда следовать наказу поэта: «С любимыми не расставайтесь!», и тогда отступит даже неизбежное.

Баллада о прокуренном вагоне
— Как больно, милая, как странно,
Сроднясь в земле, сплетясь ветвями,-
Как больно, милая, как странно
Раздваиваться под пилой.
Не зарастет на сердце рана,
Прольется чистыми слезами,
Не зарастет на сердце рана —
Прольется пламенной смолой.

— Пока жива, с тобой я буду —
Душа и кровь нераздвоимы,-
Пока жива, с тобой я буду —
Любовь и смерть всегда вдвоем.
Ты понесешь с собой повсюду —
Ты понесешь с собой, любимый,-
Ты понесешь с собой повсюду
Родную землю, милый дом.

— Но если мне укрыться нечем
От жалости неисцелимой,
Но если мне укрыться нечем
От холода и темноты?
— За расставаньем будет встреча,
Не забывай меня, любимый,
За расставаньем будет встреча,
Вернемся оба — я и ты.

— Но если я безвестно кану —
Короткий свет луча дневного,-
Но если я безвестно кану
За звездный пояс, в млечный дым?
— Я за тебя молиться стану,
Чтоб не забыл пути земного,
Я за тебя молиться стану,
Чтоб ты вернулся невредим.

Трясясь в прокуренном вагоне,
Он стал бездомным и смиренным,
Трясясь в прокуренном вагоне,
Он полуплакал, полуспал,
Когда состав на скользком склоне
Вдруг изогнулся страшным креном,
Когда состав на скользком склоне
От рельс колеса оторвал.

Нечеловеческая сила,
В одной давильне всех калеча,
Нечеловеческая сила
Земное сбросила с земли.
И никого не защитила
Вдали обещанная встреча,
И никого не защитила
Рука, зовущая вдали.
С любимыми не расставайтесь!
С любимыми не расставайтесь!
С любимыми не расставайтесь!
Всей кровью прорастайте в них,-
И каждый раз навек прощайтесь!
И каждый раз навек прощайтесь!
И каждый раз навек прощайтесь!
Когда уходите на миг!

Александр Кочетков, 1932.

Arina Lebrun, блог «Pensées et notes»

«Ноктюрн» Роберта Рождественского: гимн любви, пронесённой через всю жизнь


Литературный критик Алла Киреева и один из самых известных советских поэтов Роберт Рождественский прожили вместе 41 год. И практически все его стихи о любви посвящены ей – «любимой Алёнушке». В том числе и стихотворение «Ноктюрн», которое было написано по просьбе Иосифа Кобзона и стало песней на музыку композитора Арно Бабаджаняна.

«Милая, родная Аленушка! Впервые за сорок лет посылаю тебе письмо со второго этажа нашей дачи на первый этаж. Значит, настало такое время. Я долго думал, чего бы тебе подарить к этому — (до сих пор не верю!) — общему юбилею. А потом увидел стоящий на полке трёхтомник и даже засмеялся от радости и благодарности к тебе. Целое утро делал закладки к тем стихам, которые (аж с 51-го года!) так или иначе имеют к тебе отношение… Ты — соавтор практически всего, что я написал…» А умирая, он очень просил: «Что бы ни случилось, ты, пожалуйста, живи, счастливо живи всегда».
Далее...
Между мною и тобою — гул небытия,
звёздные моря,
тайные моря.
Как тебе сейчас живётся, вешняя моя,
нежная моя,
странная моя?
Если хочешь, если можешь — вспомни обо мне,
вспомни обо мне,
вспомни обо мне.
Хоть случайно, хоть однажды вспомни обо мне,
долгая любовь моя.

А между мною и тобой — века,
мгновенья и года,
сны и облака.
Я им и тебе сейчас лететь велю.
Ведь я тебя ещё сильней люблю.

Как тебе сейчас живётся, вешняя моя,
нежная моя,
странная моя?
Я тебе желаю счастья, добрая моя,
долгая любовь моя!

Я к тебе приду на помощь,— только позови,
просто позови,
тихо позови.
Пусть с тобой всё время будет свет моей любви,
зов моей любви,
боль моей любви!
Только ты останься прежней — трепетно живи,
солнечно живи,
радостно живи!
Что бы ни случилось, ты, пожалуйста, живи,
счастливо живи всегда.

А между мною и тобой — века,
мгновенья и года,
сны и облака.
Я им к тебе сейчас лететь велю.
Ведь я тебя ещё сильней люблю.

Пусть с тобой всё время будет свет моей любви,
зов моей любви,
боль моей любви!
Что бы ни случилось, ты, пожалуйста, живи.
Счастливо живи всегда.

Роберт Рождественский, 1983

Arina Lebrun, блог «Pensées et notes»

«Не отрекаются любя…»: оригинальная версия стихов Вероники Тушновой, ставших популярной песней

После трехсуточного дежурства в госпитале врач отделения нейрохирургии Вероника Михайловна Тушнова, едва дойдя до дома, записала на клочке старой бумаги "Не отрекаются, любя..." И уснула. Ей было всего 33 года. Шел 1944-ый. Так началась история одного из самых щемящих современных романсов.

Романс "Не отрекаются, любя..." на музыку Марка Минкова впервые прозвучал в 1976-ом со сцены Московского драматического театра имени Пушкина. Тушнова его уже не услышала. Двумя годами позже Алла Пугачева, отредактировав, превратила этот романс в одну из своих самых знаменитых песен. Но сначала было слово.... И вот как звучало стихотворение в первозданном варианте:

 

Не отрекаются, любя.

Ведь жизнь кончается не завтра.

Я перестану ждать тебя,

а ты придешь совсем внезапно.

А ты придешь, когда темно,

когда в стекло ударит вьюга,

когда припомнишь, как давно

не согревали мы друг друга.

И так захочешь теплоты,

не полюбившейся когда-то,

что переждать не сможешь ты

трех человек у автомата.

И будет, как назло, ползти

трамвай, метро, не знаю что там.

И вьюга заметет пути

на дальних подступах к воротам...

А в доме будет грусть и тишь,

хрип счетчика и шорох книжки,

когда ты в двери постучишь,

взбежав наверх без передышки.

За это можно все отдать,

и до того я в это верю,

что трудно мне тебя не ждать,

весь день не отходя от двери.

 

Вероника Тушнова, 1944 год

 

Arina Lebrun, блог «Pensées et notes»

Самое душевное стихотворение Бориса Пастернака, наполняющее душу покоем

Борис Пастернак жил и творил в непростое для России время, когда рушились старые каноны, жестко менялась прежняя жизнь, ломались люди и судьбы. Но его стихотворение, написанное в 1931 году, которое начинается словами «никого не будет в доме», погружает читателя в особую атмосферу тишины и покоя зимнего вчера. И долго еще после прочтения стихотворения в памяти остается эта картина, наполняя душу покоем, умиротворением и сладостным ожиданием чуда.

 

Никого не будет в доме,

Кроме сумерек. Один

Зимний день в сквозном проёме

Незадёрнутых гардин.

 

Только белых мокрых комьев

Быстрый промельк моховой,

Только крыши, снег, и, кроме

Крыш и снега, никого.

 

И опять зачертит иней,

И опять завертит мной

Прошлогоднее унынье

И дела зимы иной.

 

И опять кольнут доныне

Неотпущенной виной,

И окно по крестовине

Сдавит голод дровяной.

 

Но нежданно по портьере

Пробежит сомненья дрожь, —

Тишину шагами меря.

Ты, как будущность, войдёшь.

 

Ты появишься из двери

В чём-то белом, без причуд,

В чём-то, впрямь из тех материй,

Из которых хлопья шьют.

 

Борис Пастернак, 1931 г

Страницы: 1 2 3 17 следующая →

Лучшее   Правила сайта   Вход   Регистрация   Восстановление пароля

Материалы сайта предназначены для лиц старше 16 лет (16+)